Учитель. Назад в СССР 6 (СИ) - Буров Дмитрий - Страница 14

— Мы с вами! — тут же подорвались пацаны, включая Леньку, который должен был оставаться на месте и сдерживать ребят от самодеятельности.

— А чего это только мальчишки! — возмутилась Таисия, решительно поднимаясь с места. — Девочки, мы тоже идем, правда? — ответить подружки не успели.

— М-да… Ну ничего, армия вас научит приказы командира выполнять с точностью и без самодеятельности, — хмыкнул я. — А пока буду учить я на правах классного руководителя.

Голубев мучительно покраснел, но глаза не отвел. Пацаны засуетились, Таисия смущенно потупилась.

— Егор Александрыч, давайте вон Тасю за главную… девчонка все-таки… командир пионерского звена, а мы с вами на поиски… — выдвинул встречное предложение Леонид.

— Именно что девочка, — намекнул я пацану. — Поэтому Тася может остаться за старшую, но если все парни уйдут, кто станет защищать девочек?

— Мы сами кого хочешь защитим, — фыркнула Вера.

— Не сомневаюсь в этом, Вера. Так, разговоры закончены. Время идет, а Ивана нет, — отрезал я.

— Егор Александровичи! — взмолилась Таисия, перебив меня. — У меня дед охотник! Я тоже хочу Ваньку искать! Я много чего знаю по следам! — затараторила Таисия, стараясь меня переубедить. — Почему как самое интересное, так сразу мальчики!

— Так, внимание, команда. В одну шеренгу становись! — велел я, вытянув правую руку, обозначив место, где выстроиться, физически ощущая, как утекает важное время. — Приемлемо, — кивнул я. — Значит так, Голубев остается за старшего. Соловьев и Кнут, шаг вперед.

Обозначенные мальчишки с довольными улыбками вышли из строя.

— Ребята, мы сейчас с вами обойдем дом и двор по кругу. Вы слева, я справа. Остальные — вольно, сели на скамейку и ждут. Леонид, никакой самодеятельности. Я на тебя рассчитываю.

— Да почему они-то? — психанул Голубев, но тут же смолк.

— Егор Александровичи, ну можно все-таки я тоже! — взмолилась Тася. — Я, правда, вижу следы и вообще, — девочка неопределенно махнула рукой. — Меня деда научил.

— В другой раз, Таисия, обязательно. Сейчас мы с ребятами просто обойдем дом, нас троих достаточно. Может быть, Иван на заднем дворе и не слышит. Ни к чему бросаться на поиски всей толпой. Следы затопчем. Леня, приказ ясен?

— Так точно, — недовольно буркнул Голубев.

— Вот и хорошо. Так, Вася, Гена, идете в ту сторону, и все время зовете Ивана. Зовем по очереди, я закончу, вы начали. Задача ясна?

— Ага.

— Да.

— Вот как с такими в разведку, — возмутился Голубев. — Егор Александрович… — вскинулся Ленька, но увидел мой взгляд, тяжело вздохнул и кивнул.

— Иван! Мальков! — крикнул я, двигаясь в сторону правого угла.

— Ванька! Малёк! Выходи! Ау! — заорали по очереди Соловей и Кнут.

Дом оказался больше, чем выглядел со стороны калитки. К тому же вокруг него буйным цветом разрослись кусты и трава, пришлось кое-где продираться, обходить. Я внимательно оглядывал местность, жалея, что послал ребятишек осматривать другую часть. Что они смогут увидеть, кроме явных признаков? Если, к примеру, Ваня действительно пошел вокруг дома с левой стороны, то примятую траву мальчишки заметят. А если его похитили лихие люди, к тому же профессионалы, то пацанята и не заметят ничего важного.

«Саныч, какие к ежам лихие люди? Чай, не девяностые. Кому нужен Ванька Мальков в глухой заброшенной деревне? Родители у него люди простые, небогатые. Выкуп просить не с чего… Саныч, какой выкуп? О чем ты думаешь!» — отругал сам себя, внимательно разглядывая травинки, былинки и прочие кусты.

Так, трава примята, здесь явно кто-то шел совсем недавно. Здесь Ванька зацепился за ветку, сломал кончик. А вот тут мальчишка долго стоял. Куда ты смотрел, Ваня? Что увидел? И почему не вернулся обратно?

Я застыл, внимательно разглядывая окрестности и горизонт. Ничего особенного не заметил. За хозяйственными полуразрушенными постройками на заднем дворе виднелся еще один покосившийся забор, за которым, по всей видимости, когда-то находился огород. Теперь там только трава по пояс и ничего более. В конце огорода торчало одинокое кряжистое дерево. Что ты мог там увидеть, Ваня? Что тебя настолько привлекло, что ты, не думая ни о чем, пошел к этому чему-то?

— Ванька! Выходи-и-и! — кричали слева.

— Иван! Ты где? — позвал я, вглядываясь в дерево и заросли травы, все еще надеясь, что мальчишка или неудачно пошутил, или свалился в погреб, не заметив прогнившую крышку.

«В Сибири-то вообще погреба делают? Мороз-то жуткий стоит, и снегом все завалено… Как в тот погреб пробираться? В доме подпол есть, по своему знаю… А на улице? Сараи вижу… Может, в них? Может, он в дом вернулся? В подпол полез? Надо тоже проверить».

— Гена, Вася, стойте на месте, — велел я, заметив мальчишек, которые вывернули из-за угла.

В вихрах у мальчишек торчали травинки, маленькие веточки. У Соловьева на щеке появились царапины.

— Это откуда? — уточнил я, показав на свою щеку.

— Ерунда, ветка, — отмахнулся Генка. — Может, мы с вами, а? Егор Александрович? — с любопытством косясь на покосившиеся сараи, предложил Генка.

— Нет. Стойте на месте, зовите Ваньку, — отрезал я и двинулся к деревянным сооружениям.

— Мале-о-ок! Ванька-а-а! Выходи! Хуже будет! — загомонили пацаны.

В отличие от дома, подсобные помещения сложили из досок, пусть и добротных, толстых, но досок. Со временем от непогоды и солнца в стенах сарая появились щели. Удивительно, но дверь оказалась снятой с петель. Словно кто-то хотел унести ее с собой, но в последний момент передумал.

Я поднял дверное полотно, отставил его в сторону, включил фонарик и посветил внутрь. Сарай оказался пустым и грязным. Видимо, в какой-то момент в нем обитало какое-то животное, затем ушло. Потревожили люди, или зверь просто решил сменить место обитания?

Я зашел в здание, обошел по периметру помещение и вернулся на улицу.

— Егор Александрович! Вы в порядке! — взволнованно спросили два архаровца, что стояли возле входа в сарай.

— Я где сказал ждать? — строго спросил у пацанов.

— Извините… Вы просто долго не выходили… Ну мы и решили посмотреть…

— Все в порядке? — раздалось от угла дома.

На тропинке, протоптанной мной, маячил Ленька Голубев.

— Вы чего-то замолчали… Мы переживаем… — пояснил мальчишка.

— Все в порядке. Иди обратно! — велел я.

Голубев помялся, но через секунду кивнул и скрылся за углом.

— Стойте здесь. Я пройдусь дальше. Ничего не делайте. За мной не ходить, ясно? — уточнил у пацанов.

— Да, Егор Александрович. Мы поняли… Честно, — заверили мальчишки, глядя на меня честными глазами.

— Надеюсь, — хмыкнул я, еще раз приказал стоять на месте и двинулся в сторону дерева.

Вот оно… Ванька или кто-то другой тут явно проходил. Хотя нет, трава примята едва-едва, если бы шли двое, к тому же один нес другого, полоса выглядела бы по-другому.

Сам Ванька с чужаком бы не пошел. Значит, его бы оглушили и потащили бы на плече, или спрятали в траве. Но Мальков не кричал, даже звука не издал. Либо неизвестный подкрался совсем уж незаметно. Но зачем? Либо все-таки мальчишка что-то заметил и решил проверить. Но что? И где?

Следы ведут к дереву. Опа, а вот тут Ванька, буду считать, что это он, долго стоял и куда-то смотрел.

— Куда ты смотрел, Ваня? — пробормотал я себе под нос, снова оглядывая окрестности.

Затем обернулся, посмотрел на своих семиклассников. Вася и Гена стояли там, где я их оставил, с тревогой наблюдая за моими изысканиями.

— Куда ты пошел дальше, а, Ванька? — повторил я вслух.

Следы резко обрывались на том месте, где я сейчас стоял. От вытоптанного пятачка больше не шло никаких тропинок.

— Похоже, ты вернулся назад… — склоняясь над травой, внимательно разглядывая растительность, решил я. — А вот дальше? Куда ты делся дальше?

Я медленно двинулся в обратную сторону. Если бы Ивана похитили и бросили где-то в траве, остались бы следы. Невозможно по таким зарослям пройти, не примяв веток. Значит, пацан пошел обратно к нам по протоптанной им же дорожке. А дальше? Дальше что, Ваня?