Пульс далёких миров: Хроники той, кто слишком громко думала.(СИ) - Светлана "cd_pong" - Страница 38

— Вы правда ничего не помните? — спросила я, обводя взглядом команду.

— Нет, — понуро ответили все, переглядываясь с лёгкой тенью вины.

Я по очереди обнялась с каждым: с Лирой — нежно, с Доком — коротко, но тепло (он лишь слегка сжал мои плечи и кивнул), с Дариэном — чуть дольше, чувствуя, как внутри разливается странное, щемящее чувство.

— Ну что? — спросил Дариэн, оглядывая нас с улыбкой. — Вернёмся на корабль? Заново со всеми познакомимся?

— А ещё ты должна нам рассказать правду про облако и про Гагарина, — добавил Риэль, подмигивая. — Иначе как мы поймём, стоит ли тебя оставить на борту или лучше отправить в отпуск на необитаемую планету? Там, говорят, отличные пляжи из метеоритной пыли.

Я погрустнела, вспоминая события последних месяцев.

«Гагарин… Где ты, козявочка?»

— Конечно, — ответила я. — Идём. Все мои вещи при мне. — Я усмехнулась, пытаясь разрядить обстановку. — Я, мой термокостюм и пониженная гравитация в кишечнике.

Мы вернулись на корабль.

Как же тут хорошо и спокойно…

Коридоры «Прыгуна» встретили меня знакомым гулом двигателей и мягким светом панелей. Воздух пах так, как должен пахнуть дом: смесью озона, разогретого пластика и едва уловимого аромата синтетического кофе из столовой. Каждый шаг отзывался привычным эхом — не пугающим, а уютным. Я знала, где пол чуть прогибается под весом, где скрипит половица, где вентиляция создаёт лёгкий сквозняк.

Проходя мимо иллюминатора, я задержалась. За стеклом — холодная бездна космоса, россыпь равнодушных звёзд. А здесь, внутри, всё было на своих местах. Системы работали, воздух циркулировал, температура держалась в заданных параметрах. И в этой размеренности, в этой предсказуемости было что-то невероятно успокаивающее.

«Гагарин, если ты меня слышишь — знай: я не плачу. Я просто жду. И твой термоконтейнер ждёт. И да — если ты не вернёшься, я украду у Дока лучшую пробирку и назову её твоим именем. Так что держи марку, друг».

Корв зашёл за мной в каюту. Осмотрелся, провёл рукой по панели управления, проверяя, всё ли на месте. Каюта была небольшой, но уютной: компактная койка, узкий стол с голопроектором, полка с личными вещами. На стене — выцветший постер с видом туманности, который я повесила ещё в первые недели на борту.

— Слушай… — начал он, оглядываясь по сторонам. — Кажется, моя комната будет поудобнее. Не желаешь перебраться? Там хотя бы стол не шатается.

Я улыбнулась.

— А что, у тебя там есть секретный запас шоколадных батончиков и личный генератор уюта? Или ты просто хочешь избавиться от моего постера с туманностью?

Корв усмехнулся, глядя на выцветший плакат:

— Генератор уюта — это ты. А батончики… придётся добывать самостоятельно. Но стол точно не скрипит.

—Зато скрипят другие вещи, — подмигнула я.— А насчёт комнаты… Я только за, но если твоя невеста не против.

— Она не против, — раздался мелодичный женский голос от двери.

Там стояла она — Вейра. Вся такая снежно-прекрасная: белоснежные волосы, голубоватые рога, светящиеся лунным светом, и глаза… Уф… Два пылающих сапфира. Хвост, как из ледяных кристаллов, почёсывал ей подбородок, будто она задумалась. Улыбка — сама лучезарность. Она была одета в лёгкий серебристый комбинезон, который переливался при каждом движении.

Я отвесила челюсть.

«Ну конечно. Легенда. Идеал. И всё такое. А я — та, кто переводит инструкции к унитазам и спит с тараканом. Но зато — мой таракан свехспаситель. Так что — вперёд, Вейра. Посмотрим, кто кого»

Вейра шагнула вперёд — плавно, почти невесомо, она скользила над полом. Свет от потолочных панелей переливался в её волосах, создавая иллюзию звёздного сияния. Она остановилась рядом с постером и слегка наклонила голову.

— Ты всегда окружаешь себя… космическим хаосом? — спросила она с лёгкой улыбкой.

— А ты — стерильной красотой. Мы как две стороны одной чёрной дыры, — парировала я, скрестив руки на груди.

Её губы дрогнули, но она сдержала смех. Вместо этого она провела рукой по краю стола, словно проверяя, насколько реальна эта обстановка.

Она улыбнулась, и в её глазах мелькнул озорной огонёк.

Вейра протянула мне руку:

— Мы с тобой так и не познакомились. Вейра. Экс-невеста.

— Экс?! — я резко повернулась к Корву. — А как же ваши старейшины?

— Мы не оставили им выбора, — звонко засмеялась Вейра, и её голос разлился по комнате, хрустальным перезвоном. — Они долго упирались, но ….. это отдельно интригующая история.

Риэль, который незаметно подкрался сзади, хлопнул в ладоши:

— О-о-о! Предлагаю немедленно отправиться в комнату отдыха — там как раз стоит новый аппарат для «Сиреневого шёпота». И пока Фэй будет рассказывать свои захватывающие истории, мы сможем оценить, насколько они соответствуют действительности. Или хотя бы проверить, выдержит ли аппарат тройную дозу любопытства.

Лира, появившаяся в дверях, добавила:

— И не забудьте про закуски! Я как раз приготовила особый сорт космических крекеров — они хрустят так громко, что заглушают даже самые неловкие паузы в разговоре.

Мы переглянулись, и вдруг все одновременно рассмеялись. Напряжение, которое висело в воздухе, растаяло, как туман под утренним солнцем.

— Ладно, — усмехнулась я, беря Корва за руку, а другой рукой невольно потянувшись к Вейре. — Пойдёмте. Но предупреждаю: история длинная. И местами… очень странная.

— Тем интереснее! — воскликнул Риэль, уже направляясь к выходу. — Чем страннее, тем лучше. Главное, чтобы в конце все остались живы. Ну или хотя бы почти все.

«А Гагарин… вернётся. Потому что тараканы — не врут. И не бросают своих. Даже если те — с пониженной гравитацией в кишечнике».

***

Мы зашли в знакомую комнату отдыха персонала — и я не узнала её.

Пространство преобразилось: стены украшали мерцающие голографические панно с пейзажами туманностей, а с потолка свисали нити светящихся кристаллов, создающих иллюзию звёздного дождя. На столиках — аккуратные композиции из закусок: миниатюрные бутерброды с икрой глубинных моллюсков, хрустящие шарики из водорослей с пряным соусом, пирамидки из фруктовых желе в форме созвездий. Диванчики, обитые мягким материалом цвета лунного серебра, были завалены разноцветными подушечками. В углу мерцал новый аппарат для «Сиреневого шёпота», испускающий лёгкий сиреневый пар.

Мои друзья расположились кто где: Риэль развалился в кресле, подбросив ноги на столик; Лира сидела на подоконнике, болтая ногами; Дариэн устроился на диване, скрестив руки; Док, как всегда, примостился у панели с приборами.

— Присаживайся, Фэй, — улыбнулась Лира.

Я опустилась в кресло рядом с Корвом. Он незаметно сжал мою руку, и я почувствовала, как его тепло проникает сквозь кожу, успокаивая. Мы говорили долго: и плакали, и смеялись.

Но тут я вспомнила:

— Риэль… Ты две недели назад всё это обо мне показал ребятам? Где вы были две недели? Не поверю, что «Белой Тени» понадобилось так много времени, чтобы добраться до «Прыгуна». У меня на шаттле этот путь занял четыре дня…

Вейра хлопнула в ладоши:

— Ура! Наконец-то эта тема! А то я уже думала, лопну от молчания!!!

— Корв, ну давай, давай рассказывай, — подтолкнул Дар, наклоняясь вперёд.

Корв вздохнул, провёл рукой по волосам — и янтарные узоры на его коже вспыхнули ярче.

— Мы летали на Зар-Халис, родную планету швархов, — начал он. — К старейшинам кланов. Чтобы разорвать помолвку и получить разрешение на новую…

Я зависла.

— Подробности будут?

— Ой, Корв, ну ты как всегда! — защебетала Вейра, подпрыгивая на месте. — Мы показали проекцию Риэля — ту, где Корв светится рядом с тобой. Они смотрели, обсуждали… О-о-очень долго! Но в итоге согласились. Представляешь?! Я могу выйти замуж за своего поэта! И у вас с Корвом есть будущее!

Но тут она сделала паузу, и её улыбка слегка дрогнула.