Измена. Жестокий муж - Давыдова Ирина - Страница 4

Тимур поднялся с кровати и подошел ко мне.

Ногтями впилась в нежную кожу ладоней всеми силами стараясь не вестись на его ласковые слова.

– Я не хочу тебя терять, любимая.

– Тимур, пожалуйста, не надо. Я не хочу так жить. Ты другой, не тот, за кого я выходила замуж.

– Помоги мне справиться, Айлин. Мне нужно к врачу.

– Ты понимаешь, что с тобой происходит?

Он покачал головой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Не совсем. Но мне кажется, что это наркотики или какие‐то вещества. Я не знаю.

– Кто это может делать с тобой?

– Я не знаю.

Тимур хотел обнять меня за плечи, но я выставила ладони вперед, не желая ощущать на себе его прикосновения.

– Не надо, пожалуйста. Ты обидел меня и… унизил.

– Айлин…

– Я не представляю, как дальше жить под одной крышей, Тимур. Я не смогу после того, что ты сделал со мной.

– Я был не в себе.

– Ты думаешь, я смогу ставить это в противовес случившемуся?

Я открыла двери собираясь пройти в ванную, чтобы привести себя в порядок, но Тимур оказался рядом и рукой прикрыл дверь.

– Между нами десять лет брака.

– Я помню и знаешь, это слово очень верное. Я и подумать не могла в кого может превратиться мой муж.

Он прикрыл глаза и медленно покачал головой.

– Мне стыдно, ― поднял руку, чтобы прикоснуться, но я снова выставила ладонь вперед.

– Не трогай меня. Или что, снова ударишь? Изнасилуешь?

– Я не мудак, Айлин! ― закричал он и я увидела, как его глаза налились кровью.

– Я боюсь тебя, Тимур. Прошу, отойди от меня.

Он усмехнулся, кивнул и прошел к выходу из комнаты.

– Ты поедешь со мной к Стрелецкому?

Я обернулась и глянула в сторону мужа.

– Только если после этого мы заберем сына домой.

– Заберем.

Я едва заметно кивнула и скрылась за дверью.

Мне нужна передышка. Мне нужно сделать новый вдох, переосмыслить все и понять, что делать дальше.

Я не верила Тимура. Не представляла, что он снова станет прежним. Да даже если и так! Он меня предал, он изменил мне с моей подругой, он поднял на меня руку и самое главное, он шантажировал меня сыном! Последнее я ему точно не прощу. Поеду с ним на этот праздник жизни, сквозь боль буду улыбаться всем, пусть думают, что я счастлива, как и прежде. А потом заберу сына и навсегда исчезну из жизни когда‐то любимого мужа.

Тыльной стороной ладони вытерла с лица слезы, и открыв в душевой кран, ступила под ледяную воду. Капли тут же лавиной обрушились на мое тело, и я вздрогнула. Только сейчас осознала, что встала под воду в одежде. Сквозь боль в ребрах принялась стаскивать мокрые вещи. Морщилась, куса губу и всхлипывала.

Ненавижу!

Ненавижу их…

Вскрикнула от того, что задела ушиб и тут же поморщившись, соскользнула по стене на пол. Я ненавидела себя жалеть, и никогда не приходилось этого делать. Теперь же, я не могла найти в себе силы, чтобы двигаться дальше. Понимала, что мне нужно уходить, что нужно забирать сына и бежать от Тимура. И было бы идеально, если бы это произошло в момент его трезвого состояния. Иначе он меня просто убьет. А с таким его настроением мне нужно забирать и свою маму, потому что он станет шантажировать меня и ею. В этом я теперь не сомневалась.

Помочь мне никто не мог. Я одна, и я просто обязана спасти своих родных, иначе это приведет к печальным последствиям.

– Айлин, ― неожиданно дверца в душевой открылась, являя передо мной голого мужа.

– Тимур, нет! Выйди отсюда!

― Пожалуйста, ― выдохнул он и ступил одной ногой в кабинку.

Я резко ударила по крану и собиралась оттолкнуть мужа, чтобы выйти из кабинки, но он перехватил меня и прижал к своему телу.

– Не трогай меня, Тимур. Я не хочу.

– Айлин, пожалуйста. Я такой, как прежде. Прошу, прости меня.

Я усмехнулась, глядя в его глаза и тут же покачала головой.

– Зато я не такая. И знаешь, кто в этом виноват?

Он прикрыл глаза, и я заметила, как дернулся его кадык.

Тимуру было больно, я видела это, но не настолько чтобы меня разжалобить. Я на такую херню не поведусь. Это было бы слишком глупо с моей стороны.

– Что мне сделать, чтобы ты поверила?

– Тимур, просто отпусти меня. Позволь нам с сыном начать жить самим.

– Я люблю вас, я не смогу жить сам.

– Ты взрослый мальчик, у тебя получится. Пойми, ты не можешь постоянно держать сына вдали от меня. Он начнет задавать вопросы, и ты будешь ему врать. Кому лучше от этого будет?

– Я не врал ему, ―Тимур руками коснулся моих обнаженных плеч, а мне захотелось оттолкнуть его, чтобы не касаться тела, ― я сказал, что мы хотим побыть вдвоем. Это нормальная практика для взрослых.

– Что? Нормальная практика? Когда муж бьет жену? Когда он ее… ― я задохнулась от возмущения и все же вырвалась из захвата, выбираясь из кабинки.

– Я не хотел этого. Ты же понимаешь, что со мной кто‐то играет! Я не виноват!

Я резко развернулась и медленно покачала головой, ощущая как к горлу подкатывают слезы.

– Ты виноват, Тимур. Не я, а именно ты.

– Я не виню тебя, но…

– Поехали в больницу? Покажем тебя врачам, сдашь анализы.

Он покачал головой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Издеваешься? Я не буду этого делать.

– Почему нет, Тимур? Что не так?

– Потому что я не стану унижаться.

Я схватила банный хала и сразу же набросила его на плечи. Завязала на поясе и вздернув подбородок кверху, усмехнулась.

– Унижаться? А то, что ты унизил меня, это нормально для тебя?

– Я не специально, Айлин!

– Нет, Тимур, специально! Ты делал это сам!

– Я был вне себя! Почему ты не хочешь меня услышать?

Он начинал злиться и меня это пугало до дрожи. Неужели, он сам принимает?

– Почему ты не хочешь меня услышать? Давай поедем в клинику?

– Иди собирайся. У нас мало времени.

Я прикрыла глаза и покачала головой.

– Ты невыносимый.

– Есть в кого. Или ты теперь будешь всю жизнь вспоминать мне то, что случилось?

Я от удивления приоткрыла рот и хмыкнув вышла из ванной.

Кажется, это тупик. Он не осознает, что творит и не хочет искать нить, которая связывает его с наркотиками. А то, что это наркотики я уже не сомневаюсь. Что еще может быть? А самый главный вопрос, почему он сам не хочет поехать в клинику? Боится, что его засекут компаньоны? Или… полиция? Но есть же специальный центры, где ты можешь анонимно сдать тест и думать, что делать дальше, после результатов.

Тимур против, а значит, ему есть что скрывать.

Выходя за него замуж, я и представить не могла в какую задницу попаду через долгие годы брака.

Подойдя к зеркалу, посмотрела в свои глаза, отмечая, что в них больше нет того прежнего счастливого огонька. Все потухло, как и надежды на светлое будущее. Нет, не так. Светлое будущее с мужем. Этого я больше не видела. А вот отдельно от него, вместе с Артуром да. И вместе мы справимся. Потому что мы есть друг у друга.

– Айлин, прошу, поторопись. Стрелецкий не любит, когда опаздывают.

Муж вошел в комнату после душа. Я видела на его теле крупные бисеринки воды. Раньше бы я подошла к нему и слизала их, после чего моя невинная шалость переросла бы в страсть. Раньше ― не сейчас.

– Во сколько мы выезжаем?

– В шесть. У тебя полчаса.

Я кивнула. Достала из шкафа брючный костюм, состоящий из штанов палаццо и жакета зеленого цвета, а также топик черного цвета. Все выглядело стильно и нарядно. Волосы решила убрать в низкий хвост, а на ноги надеть лоферы в тон топика. Каблуки мне сейчас были равны самоубийству. С моим ушибом я бы не смогла сделать и шагу.

– Ты потрясающе выглядишь, ― произнес Тимур, когда я полностью одетая и с легким макияжем спустилась вниз.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Хотелось бы как раньше растаять, улыбнуться и потянуться в его объятия за поцелуем. Но каждое мое движение напоминало мне, что вся та боль, что я испытываю нанесена «заботливыми» руками мужа.

– Мы не опоздаем? ― уточнила я, глядя на него прищурившись.