Демон в порядке - Смирнова Ирина "cobras" - Страница 9

Я не знала, понял ли меня хаос, но зарождающийся пылевой шарик вдруг рассыпался. Зонтик дернулся и затих. Мэри и Эльза переглянулись, явно решив, что новая хозяйка слегка того… с приветом. Но я была довольна. Наехала – и сработало! Пусть временно. А вообще, нефиг этой живой подозрительной рухляди где попало ползать… у меня в сумке полежит.

Да, сумка не выглядит большой, но это иллюзия. Помню, я как-то в ней помимо Йорика целую закупку на неделю из супермаркета приволокла. А сейчас там было пустовато, все на своих местах, зловредному зонтику не из чего будет генерить хаос. И не надо на меня так жалобно шелестеть!

Ободренная победой, я решила проверить еще один дальний угол, где висела вторая занавеска, похожая на ту, за которой мы нашли диван. Может, рогатый бездельник там спрятался? С одеялом?

Я осторожно отодвинула остатки истлевшей ткани. И замерла.

Да, рогатый главарь был тут. Стоял спиной ко мне, огромный и мрачный, как сама тень. На нем было… одеяло! Наброшенное на плечи, как плащ. Он копался в одной из почти не тронутых куч хлама – в той самой, где вчера я нашла брелок и табакерку. Его мощные плечи были напряжены, рога агрессивно торчали.

– Ага! Попался, одеялолюб! – начала я, но не закончила.

Редис резко обернулся. Его зеленые глаза горели воинственной яростью мужчины, в чей гараж пришла жена с тряпкой. В руках он сжимал старую, потрепанную книгу в кожаном переплете.

– Не смей! – прошипел он, прижимая свою находку к груди, словно драгоценность. – Это нужное! Его нельзя выкидывать!

Он сделал шаг ко мне, и от его дикой энергии, от этого властного, безумного взгляда мне стало не по себе. Главное, краем глаза я отметила, что от ошейника и цепи хаосовый псих умудрился избавиться.

Прибежавший Йорик спрятался у меня за ногами, откуда не менее грозно зарычал в ответ.

– Ага, поняла. – С мужиками, охранявшими дорогой сердцу хлам от любой уборки, я, слава богу, умела разговаривать. – Ты перебери тогда тут все и отложи, что нужное. Вон, возьми… это что? Корзина? В самый раз. И ничего, что ручка немного сломана, тебе ж не в дальний путь тащить поклажу. Влезут твои вещи, как думаешь?

– Не смей! – Зеленоглазый скандалист явно собирался продолжить ругаться, но в этот миг до него дошел смысл моих слов. – Тут все нужное!

– Да? – Я скептически хмыкнула и двумя пальцами вытащила из горы хлама драную, полуистлевшую тапку сорок последнего размера с облезлым меховым помпоном. – Уверен? Тогда хоть пыль стряхни, – и похлопала помпоном о какую-то торчащую деревяшку.

Одеялоносец моргнул на тапку, хотел что-то сказать, но не успел: пыль со спорного предмета поднялась столбом. Я-то прикрыла рукой нос, а вот он – нет, так что громкий чих прозвучал ответом на все вопросы сразу.

– Все нужное – в корзину. Остальное, если тебе не трудно, сгреби в одну кучу, чтоб легче выкинуть.

Глава 10

Главнокомандующий с рогами замер, глядя на драную тапку в моей руке так, словно я держала ядовитую змею. Гневная тирада явно застряла в горле, вытесненная чихом, прозвучавшим как выстрел из мелкокалиберной пушки. Он фыркнул, сморщился, потер нос костяшками пальцев, выглядя при этом одновременно жалко и комично.

– Все нужное – в корзину, – повторила я. – Остальное в кучу.

Рогач посмотрел на корзину, потом на гору хлама, из которой я только что извлекла злополучную тапку. Его зеленые глаза, сверкающие из-под нечесаных волос, метались от предмета к предмету. Ярость сменилась растерянностью, а затем упрямством.

– Я тебе не прислуга, – пробурчал он, но все же неуклюже присел на корточки рядом с кучей. Одеяло сползло с одного плеча, обнажив мощный мускулистый рельеф. – Я должен распоряжаться, приказывать. Решать, что важно. Это все… – он махнул рукой над грудой, – может быть важным!

– Решай, – разрешила я, возвращаясь к своей метле. – Но делай это в корзину. Не сиди на мусоре, как дракон на золоте. Мешаешь прогрессу.

Мужик насупился и начал копаться в куче хлама. Медленно, нерешительно. Брал какую-нибудь безделушку – сломанную ручку от зонтика, потрескавшуюся фарфоровую чашку без ручки, клубок спутанных ниток, – разглядывал с видом археолога, изучающего артефакт, и… с сомнением откладывал в сторонку. Иногда что-то все же отправлялось в корзину: кусочек резного дерева, странный блестящий камешек. Одеяло все время норовило сползти, и зеленоглазый черт сердито его поправлял, издавая странный звук, похожий на глухое раздраженное урчание. Непослушная «одежда» его страшно нервировала.

Закончив сметать к занавеске самую мелкую рухлядь, я не выдержала:

– Слушай, ну неудобно же! Может, скинешь эту мантию, пока не уронил в самую грязь? Или ты планируешь стать экспонатом «Жил-был царь под одеялом»?

Редис бросил на меня мрачный взгляд, в очередной раз поправив сползающее прикрытие.

– Не твое дело.

– Ага, не мое. А стирать его кто будет?

Рогатый упрямец промолчал, лишь сильнее закутавшись. Но копаться в хламе стал энергичнее. Видимо, чтобы побыстрее от меня отвязаться. Я пожала плечами, улыбнулась и занялась поисками совка. Где-то он мне тут на глаза попадался…

Йорик, потеряв интерес к великану, улегся в солнечном пятне у окна.

Прошло минут десять. Упрямый черт почти заполнил корзину и вдруг выудил из-под невнятной хламины потертую деревянную коробочку, украшенную инкрустацией. Открыл ее. Я смогла разглядеть только бархатную подкладку. Но искателя сокровищ проняло. Он застыл, дыхание заметно участилось. Прижав коробочку к груди под одеялом, бедолага заозирался, как вор.

Потом попытался закопать находку под другими «ценностями». Но ничего не вышло – только вывернул все на пол, потому что корзина треснула и начала бодро разваливаться.

– Ар-р! – разозлился Редис. – Гр-р-рах!

– Не ругайся, давай помогу, – не выдержала я.

– Отойди! – рявкнул черт, прикрывая коробочку ладонью. – Это… это мое! Очень важное!

– Отлично, – протянула я руку. – Тогда отдай мне на хранение, пока убираешься. А то вдруг уронишь или потеряешь в этом бардаке.

– Нет! – Мужик отпрянул, прижимая коробочку еще сильнее. – Не отдам! Вдруг ты украдешь?

– Украду? – Я фыркнула. – Ты всерьез думаешь, что этот конкретный мусор чем-то отличается от того, которым завален весь дом? Давай лучше поставим твои сокровища куда-то в определенное место, чтобы не потерялись и не мешали.

– Нет! – Голос Редиса сорвался на крик. Зеленые глаза снова загорелись яростью и паникой. – Отойди!

Вздохнув, я снова взялась за метлу. Мелькнула соблазнительная мысль пугануть рогатое порождение Хаоса как зловредный зонт: кастрюля, кипяток, отбеливатель. Но живого вредину жальче, чем относительно неодушевленный зонтик. И в сумку он все равно не влезет.

Пока я размышляла, рогатый чудик решил, что спорить со мной бесполезно. В очередной раз сверкнув глазищами, он выхватил из развалившейся корзины книгу, найденную последней шкатулку и… исчез. Вместе с одеялом.

– Да тьфу на тебя, чучело, – от души высказалась я. – Настоящий мужик. Наорал, корзину поломал, вещи раскидал и смылся! А мне прибирать. Ну и ладно…

Корзинку удалось кое-как починить с помощью веревки, сокровища рогатого я аккуратно сложила в нее и поставила на столик, чтобы не потерялись. И спокойно занялась другими делами.

День пролетел в грохоте, скрежете и облаках пыли, поднимавшихся к потолку холла, будто миниатюрные песчаные бури.

Рогатый беглец не подавал признаков жизни. Ни звука, ни шороха из темных коридоров, куда он смылся с одеялом и своими «сокровищами». Йорик пару раз настораживал уши, глядя в сторону его исчезновения, но потом снова засыпал на своем солнечном пятачке.

А работа кипела. Братья Горн оказались настоящими титанами. Под их напором рухнули горы ящиков у входа: они были аккуратно (насколько это возможно) разобраны, а их содержимое – в основном драное тряпье, битый фарфор и старые газеты – отправилось в гигантские мешки для мусора, которые предусмотрительно привез Джонатан.