Академия Пустоши. Турнир Истинных (СИ) - Рождественская Елизавета - Страница 1

Академия Пустоши. Турнир Истинных

Пролог

Священный Храм верховного оракула располагался на самой верхней точке горы Лимб. Белоснежная галерея полукруглой формы, обрамлённая четырьмя рядами золотых, пышно украшенных колонн, высокий полукруглый купол с большим количеством окон, выполненных из магических радужных кристаллов, и статуи богов во главе с верховным богом неба и земли Изир. Окружённый облаками храм словно парил в воздухе, придавая церемонии отбора излишнюю торжественность и сакральность. Международный Магический Турнир, в котором принимали участие академии всех государств, был одним из самых значимых грядущих событий, поэтому определять, какая академия будет представлять Трианн, решено было поручить священному оракулу.

– Гордиан Лерой. Ректор Академии Пустоши, – в центр вышел статный мужчина средних лет.

Длинные белоснежные волосы были собраны в хвост, перетянутый золотыми нитями.

– Ваши ладони, – тихо произнёс жрец, глаза которого были затянуты белёсой пеленой.

Распределяющая сфера призывно замерцала. Мэтр Лерой опустил в неё кисти рук и прикрыл веки. Шансов на то, что оракул выберет Академию Пустоши, было мало. Да, это одна из сильнейших боевых академий в Трианне, но у неё были другие задачи и не обо всех из них можно было говорить вслух. Для различных Турниров и мероприятий обычно выбирали центральные академии, которые и по масштабу, и по количеству дисциплин значительно превосходили Академию Пустоши, располагавшуюся в приграничном Дэйе. Однако вызвали всех, поэтому Гордиан смиренно ждал окончания длительной процедуры.

– Лиловый… – озадаченно проговорил жрец, а затем произнёс громче: – Оракул выбрал Академию Пустоши!

Храм загудел, словно пчелиный рой, а ректор Лерой сосредоточенно смотрел на скрытые в лиловом мареве руки. Что ж, так решил оракул, а следовательно, нужно искать тех, кто достойно представит страну. Ну, по крайней мере, один такой самородок у него уже был…

Глава 1

Хью де Баллио

Полоса препятствий была простой. Я проходил её сотни раз и, казалось, мог сделать это с закрытыми глазами, ведь уже давно выучил все ходы и подводные камни. Сначала тренажёры на скорость и реакцию, затем топь – тут важно не пропускать едва заметные вспышки света под влажным мхом и успевать на них запрыгивать. Дальше Итиры – к ним, главное, не становиться спиной, тогда можно уйти, ни разу не использовав боевое заклинание. Вот на этом повороте начинается локальный ураган, усмирить который поможет заклятье подавления. Через два пролёта на меня посыплются десятки Харг, но это лишь иллюзии, их можно развеять одним пасом руки, однако я всё же использовал заговоренный клинок. Настоящие Харги не поддаются магии. Они накидываются стаей, вонзая свои маленькие зубки точно в места, где располагаются крупные вены, потому что их взгляд способен сканировать организм человека или животного, вычисляя самые горячие точки. В Тёмной Зоне ждёт Чёрный Менталист. Это испытание давалось мне тяжелее всего, но за несколько лет упорных тренировок я научился бороться со своими демонами. Я больше не думал о прошлом, не анализировал настоящее. Передо мной было только будущее, в котором я поступал на службу Армии Приграничья, в корпус наëмников. В идеале хотелось стать разведчиком с внедрением на другие территории, но... как повезёт. Главное, уехать, и подальше.

Я обогнул руины, протиснулся в узкий проход, оказавшись на овальной площадке, расставил ноги и медленно обнажил заговорённый клинок. Рукоять щёлкнула, впитывая магию, изогнутое дугой лезвие тускло засветилось. Мне нравилась эта часть препятствия – от предвкушения защекотало в животе, а дракон внутри меня довольно рыкнул. В тот момент, когда по углам развалин зажглись жёлтые огоньки глаз Харгов, прозвучал гонг. Замигал красный сигнальный фонарь, и вылетевшие на меня твари развеялись, так и не достигнув цели.

– Да что б тебя... – выругался, понимая, что Белла снова провалила испытание. – Да зачем только полезла!

На Большой Турнир, где Академия Пустоши единственная представляла весь Трианн, были выбраны мы с Анабеллой Рокс. Я безоговорочно, а она... Эта лисица просто умела найти подход к любому падкому на девичьи прелести преподавателю. В отборе на турнир это умение ей очень пригодилось. Анабелла училась на факультете медицины по спецификации зельеварения и была в этом деле хороша, а вот на общих дисциплинах ловко использовала свои прелести для получения результата. Мэтр Френдинген, преподаватель теории боевых искусств, неизменно ставил ей высшие баллы и активно рекомендовал моему куратору, а по совместительству ректору академии, поставить на турнир именно её. В итоге тот сдался, и Анабелла Рокс официально стала моей напарницей. Изначально я был даже рад. Во-первых, времени до турнира было достаточно, а во-вторых, с девушкой нас связывали совсем не дружеские отношения, а это значило, что я мог спокойно тренировать её, не боясь, что она будет краснеть и бледнеть от каждого моего прикосновения. Но первая же тренировка показала, что Белла абсолютно не способна мыслить стратегически. А ещё через пару занятий, что всё, чего она ждёт от наших занятий – оказаться в горизонтальной плоскости.

И всё бы ничего, ведь дисциплиной на турнире Анабелла выбрала зельеварение. Но ключевым методом отбора в нашей академии была слаженность партнёров. В идеале каждый из нас мог заменить другого на испытаниях, а мой куратор добивался именно идеала.

– Рокс, что ты творишь?! – ледяной тон куратора лезвием резал застывший воздух. – До состязаний месяц, списки поданы, дисциплины заявлены, а ты чуть не свернула себе шею на простейших валиках?!

– Я неудачно наступила… – в голосе Беллы звенели слёзы. – Подвернула ногу и не смогла контролировать падение.

– Воздушные потоки! Этому учат ещё в школе! Напомнить тебе, на каком ты курсе?!

– Но…

– Пошла вон! В лекарской тебя поправят за несколько минут, а через час на полигон. Я сам буду тренировать тебя. Смотрю, с де Валлио у вас прогресс не в тех дисциплинах.

В тот момент, когда Анабелла, забыв про больную ногу, вылетела с тренировочной площадки, я вышел из-за угла и мгновенно удостоился уничижительного взгляда.

– Я говорил, что это плохая идея, – примирительно поднял ладони вверх.

– У нас не такой большой выбор, Хью, а её показатели были весьма неплохи… Что ж… – мужчина убрал руки в замок за спину. – Значит, моё решение было верным.

– Какое решение? – переспросил я.

– Всё завтра, Хью. Марш на полосу препятствий! Твоя задача – улучшить временной результат.

Спорить и допрашивать было бесполезно, поэтому я просто вернулся к испытаниям.

В том, что мне почти сразу стали искать новую партнёршу, я не сомневался. Насколько было бы просто, если бы мы были в паре с Лансом. Друг был отличным боевиком, именно у него я научился анализу и многим приёмам тактического боя. Но увы, на турнир от академии должны были поехать студент и студентка, а почти все наши девушки были далеки от боевой кафедры. Сесиль Олени ещё бы могла попытать счастья. Она была самой сильной из троих девушек, учившихся на нашем факультете, но Сесиль так неудачно сломала руку на последней тренировке, что восстановиться к турниру не было никаких шансов. Оставалось надеяться, что ректор не прогадал и выбрал лучшую из лучших.

Успешно сократив время прохождения испытаний на несколько секунд, я отправился в душ, а затем в комнату. Было уже поздно, студенты разбрелись по комнатам. Из-за дверей раздавалась болтовня и редкие взрывы хохота. Вставив в замок именную ключ-карту, я повернул ручку и оказался в полумраке комнаты. Тело приятно ломило от усталости, хотелось упасть на кровать звездой и не шевелиться хотя бы несколько часов, но моим мечтам не суждено было сбыться. Анабелла сидела на постели и тихо всхлипывала. Когда дверь закрылась, оставляя нас наедине, она вскочила и бросилась мне на шею. «Варх!» – мысленно застонал я, но всё же обнял девушку в ответ.