Южная пустошь 7 (СИ) - Цветкова Алёна - Страница 54

— Ягурда, не надо! — не выдержала я, чувствуя, как тошнота снова подкатывает к горлу. Видеть церемонию жертвоприношения еще раз я совсем не хотела. Тем более я чувствовала себя виноватой перед этими бедными женщинами. Ведь это я сама только что хладнокровно прирезала почти десяток умирающих от свиной болезни ахир, которые должны были быть на их месте.

Но Бывшая Верховная даже ухом не повела. Довольно хмыкнула и, кивнув Мехмеду, чтобы отошел в сторону и не мешал, воздела руки к потолку:

— Аммо ррайо дилигато, — начала она низким утробным тоном, постоянно меняя темп и уверенно играя голосом. Потом, продолжая петь, взмахнула руками, выворачивая кисти, и склонившись, закружилась в страшном уродливом танце.

Ритуал порабощения Богов оказался во много раз сложнее ритуала создания Цитадели. Если тогда Ягурда пела и танцевала, то сейчас звуки, которые она издавала все меньше походили на пение, превращаясь в визг, рычание и теряя всяческую человечность. Даже не верилось, что Это способен воспроизвести человеческий рот. Движения рук стали ломанными, резкими и отрывистыми. Иногда мне даже казалось, что кости и пальцы Ягурды гнуться в местах, природой не предназначенных для движения. А танец, в котором во время создания Цитадели была своя завораживающая красота, превратился в пугающую на подсознательном уровне дикую пляску.

И чем дальше, тем больше магичка походила на бешенного зверя, попавшего в капкан, который в приступе бессильной злобы катается по земле, пытаясь выдернуть лапу из холодного захвата мертвого железа.

А еще в отличие от прошлого ритуала, я совсем не чувствовала магии… Совсем… Как будто бы прямо сейчас Ягурда просто сошла с ума, а не творит страшное заклинание, которое должно накинуть удавку на самих Богов.

У меня даже появилась надежда, что это так и есть.

Но надеялась я ровно до того момента, как при очередном взмахе неестественно скрюченной руки, с единым вздохом не упали замертво все семь рабынь…

Я закричала. Я думала, Ягура будет убивать их так же, как в подвале крепости! Но…

Тут я ощутила внутренний толчок. Великая Мать вернулась в мое тело. Мир мгновенно налился потусторонней темной зеленью, чернота южной ночи поблекла и превратилась в уже знакомые сумерки Изнанки. И вот тогда я увидела все…

Тень Ягурды кружилась в танце. Рваные и странные в реальности движения, стали плавными и красивыми. Визгливые выкрики здесь на Изнанке слышались совсем по-другому и превратились в знакомую вязь магического заклинания.

— У тебя малое Зеркало, — шепнула Мать. — Откуда?

Я не успела ответить, как она сама нашла ответ в моей памяти:

— Моя жрица… Я не думала, что их род все еще жив…

И я опять ничего не успела спросить, как Она уже начала отвечать на мой вопрос.

— Пока она не тянет поводок, я почти свободна, — в Ее голосе я снова услышала боль и отчаяние, которые отозвались в моей душе такими же чувствами. — Хотя он все равно слишком короток, чтобы я могла… Если бы не артефакт, то я не смогла бы поговорить с тобой… Останови ее… Пожалуйста…

— Если бы я знала как, — выдохнула мысленно. — Я сделала все, что смогла, но у меня ничего не вышло. Мы проиграли…

Великая Мать тяжело вздохнула.

— Война еще не закончена… Даже если все будет очень плохо, у нас есть шанс на победу. Но не могу ничего сказать тебе. Это знание может обернуться против нас. Я совершила много ошибок. И пришло время расплаты. Мне так жаль, но из-за меня может погибнуть весь мир. Но я знаю, ты сможешь остановить смерть всего живого, если догадаешься о чем я не могу тебе сказать.

— Мне нужна подсказка, — отозвалась я. — Дай мне подсказку.

Она снова тяжело вздохнула:

— Я уже сказала тебе все, что могу и даже больше, Елина. Дальше тебе придется самой… И прости за то, что взваливаю все на тебя. Но так сложилась судьба, что именно ты стала ключевой фигурой, той, которая может оказывать влияние не только на свою жизнь, жизнь своей семьи и своего мира, но и…

Она не договорила. И я ощутила, как Богиня покинула мое тело… Меня снова выкинуло в реальность. Ягурда визжала и царапалась на полу, словно окончательно потеряла разум. Но в этот раз я уже понимала, что это не так. Просто магия сейчас твориться совсем на другом уровне…

Поэтому, когда Бывшая Верховная, изогнувшись, как паук, мгновенно оказалась рядом с Гиремом, я поняла, что должно случиться чуть раньше, чем тварь засунула изогнутую крючком ладонь в его грудь. Как будто бы тело не было твердым и материальным, как будто бы вместо плоти была каша. И она, словно размешивая кашу в чугунке, крутанула рукой, размалывая внутренности и убивая…

— Нет! — заорала я и изо всех сил, рванула к ним. Но магические путы не позволили даже двинуться с места. А потом, через короткий миг я ощутила еще что-то… И, тяжело дыша, застыла на месте, прислушиваясь к тому, что не могла ни видеть, ни слышать.

Хурра… На зов проклятой ведьмы пришла моя Хурра! Я знала это точно, шестым чувством ощущая рядом присутствие дочери. Проклятая тварь была права. Она примчалась сразу, как поняла, что ее отцу грозит смерть.

— Нет! — заорала я, чувствуя, как из глаз хлынули сухие, как песок Аддийских пустынь слезы, — Хурра нет! Уходи! Беги отсюда! Девочка моя!

Над головой Ягурды, отскочившей от Гирема сразу после убийства, и замершей чуть поодаль, воя что-то нечленораздельное и извиваясь всем телом,что-то вспыхнуло. И она быстро зашевелила руками и ногами… Она перебирала ими, словно паук, поймавший муху в паутину.

Но я знала… Там, на Изнанке, моя малышка Хурра, попала в ее сети. Древняя Богиня Аддия получила свой ошейник и теперь подвластна воле это свихнувшейся тысячи лет назад Ягурде… И появление Фиодора и Анни, которые непременно почувствуют, что с сестрой случилась беда, вопрос очень короткого промежутка времени.

Так и вышло. Не успело сердце в моей груди отмереть от ужаса, как еще одна вспышка на миг осветила обезображенное страшной гримасой лицо Ягурды. Она снова взмахнула паучьей сетью. И торопливо засучила лапками, сворачивая жертву в плотный кокон. Не знаю, кого она успела поймать первым: Абрегора или Грилора, но последний Бог не заставил себя долго ждать, появившись через одно мгновение… Третья вспышка, и Ягурда сделала третий бросок.

Все было кончено.

Бывшей верховной жрице удалось все то, о чем она мечтала.

Теперь Древние Боги находятся в ее власти.

Я закрыла глаза. Я больше не плакала, хотя слезы сами сочились из глаз. Густые и просоленные так крепко, что кристаллики соли засыхали прямо в глазнице, царапая и раздражая. Я плакала кровью…

Но любая боль меркла перед тем отчаянным бессилием, которое я испытывала прямо сейчас.

А потом мир вокруг меня дрогнул. Я физически ощутила, как там, за стенами Цитадели бушуют Древние боги, пытаясь добраться до той, что посмела накинуть на них удавку. Но крепость стояла, хотя мелкую дрожь ударов Божественной силы я ощущала всем телом.

Ягурда затихла… Превратившись из паука в уставшую до черноты девчонку, лежавшую на полу без сил.

— Елина, — легкий ветерок пронесся по ритуальному залу… Колыхнулись одежды на мертвых женщинах, на замершем неподвижным истуканом Мехмеде, лицо которого белело в темноте, как лик молодой луны. — Елина…

Внезапно Гирем вздрогнул и, слегка подергиваясь, сел, огляделся по сторонам. На короткий миг задерживаясь на каждом трупе. А потом повернулся ко мне… Его губы дрогнули, и он снова прошептал тихо, но в то же время оглушающе громко:

Глава 28

— Гирем, — прошептала я.

В этот самый момент крепость крупно вздрогнула, закачалась. Высоко в небе вспыхнула искра, отливающая зеленью, и с силой падающего метеорита ухнула прямо в нас. Я невольно закричала от ужаса, представляя, как прямо сейчас мы сгорим в небесном пламени какого-то Древнего Бога. Но оно бессильно сползло, так и не добравшись до стен крепости. А потом вспышка, приправленная магической синевой вернулась обратно, опаляя пространство за стенами. До Богов оно, конечно не достало, но на короткое мгновение в степи, окружающей Цитадель, стало светло, как днем.