Тайна доктора Авроры (СИ) - Александра Федулаева "Сандра Барро" - Страница 65

Приглашаю вас с супругом на ужин на следующей неделе. Мы не виделись уже три месяца, и я искренне надеюсь на тёплую встречу.

С любовью, твоя тётя Агата».

Я не могла сдержать улыбку. Почерк, стиль, даже обороты фраз — всё было типично для леди Агаты. В её мире всё ещё существовал незыблемый порядок, в котором браки заключались не иначе как между семьями «старой крови», визиты совершались по четвергам, а полдники начинались ровно в четыре. Я сложила письмо и, прихватив его, отправилась в кабинет мужа.

Лорд Сеймур сидел за письменным столом, изучая бумаги. При виде меня он поднял голову, взгляд его стал мягче.

— Дорогая, вам пришло письмо. От кого оно? — спросил он, откладывая перо.

— От леди Агаты. Она приглашает нас на следующей неделе. Они с Фелисити возвращаются в город. Хочет видеть нас в особняке.

Я протянула ему письмо, он мельком пробежался по строчкам, чуть усмехнулся.

— Агата не теряет времени. Всё, как всегда, методично. Думаю, это может быть полезно… для Эдит.

— Вы так думаете? — спросила я удивлённо.

— Почему нет? — Николас откинулся на спинку кресла. — Фелисити — смышлёная, хорошо воспитанная девушка. Может быть, между ними возникнет дружба. А Эдит нужно выходить за рамки общения только с Эллой и Бетси. Она должна учиться держать себя в обществе, понимать ритм городского дома. Это полезно.

Насчёт дружбы между Фелисити и Эдит я сомневалась, но решила согласиться и, улыбнувшись, добавила:

— Уверена, леди Агата охотно возьмёт на себя часть «обучения». Этикет — её стихия. Лучше наставника в этом вопросе не найти. У неё всегда готова целая программа уроков: как сидеть, как молчать, как бросать взгляд, когда заходишь в комнату...

Сеймур рассмеялся. С ним такое бывало редко, и оттого смех звучал особенно приятно.

— Тем лучше, — ответил он улыбаясь. — Думаю, вы не возражаете, если я оставлю организационные хлопоты вам?

— С удовольствием, — ответила я. — Я займусь этим. Тем более я так и не смогла посетить особняк с Генри из-за его вечной занятости. Теперь у меня будет возможность забрать дорогие мне вещи и записи.

Поразмыслив немного, я написала кузену записку, в которой пересказала пожелания его матери. Затем отправила её с посыльным в особняк Рэдклиффов. Генри, узнав о нашем визите, сразу назначил день ужина и передал послание тем же вечером. Бетси, услышав об этом, тут же загорелась идеей:

— Миледи, пожалуйста, возьмите нас с собой, — взмолилась она. — Я не виделась с кухаркой миссис Грей и с некоторыми служанками с нашего последнего отъезда, а у Эллы там подруга, с которой они вместе служили ещё при вашей матушке…

Элла в ответ лишь молча кивнула, но в её глазах мелькнуло что-то тёплое, как память.

В назначенный день мы прибыли в особняк ближе к семи вечера. Он выглядел так же, как и в тот раз, когда я приехала сюда в первый раз: высокий, строгий фасад, распахнутые окна с мерцающим светом свечей. Генри, как всегда, всё организовал безупречно.

На крыльце нас встретила леди Агата. Она была в длинном тёмно-зелёном платье, с жемчужными серёжками. Тётя выглядела сдержанно-радостной и величественной. Рядом стояла Фелисити — повзрослевшая, стройная, с проницательным взглядом и гордо поднятым подбородком. За это время она не утратила своей уверенности, свойственной девочкам, воспитанными в благородных семьях. Она не шептала, говорила открыто и прямо, не беспокоясь о том, как её слова повлияют на окружающих.

— Аврора! — вскричала она первой и крепко обняла меня, не дожидаясь, пока я поднимусь по ступеням. — Вы не представляете, как я скучала! Три месяца! Три! Я думала, что не дождусь этой встречи.

— Она места себе не находила, всё спрашивала, когда ты приедешь, — вставила тётя Агата, а потом серьёзно добавила: — Но, слава небу, вы здесь. Добро пожаловать домой, дитя.

Я представила им Эдит, которая стояла чуть позади нас, крепко держа меня за руку, как ребёнок, которого вывели в незнакомое место. Её глаза, всегда чуть расширенные, казались сегодня особенно большими. Она поклонилась, как её учили, и тихо произнесла:

— Леди Ньюборн. Очень приятно...

Сеймур сделал шаг вперёд, коротко кивнул:

— Моя подопечная. Дочь покойной баронессы Ньюборн. Мы исполняем её последнюю просьбу — быть для Эдит семьёй.

Тётя Агата всмотрелась в лицо девушки, потом перевела взгляд на меня. В её глазах промелькнуло что-то острое, как всегда, когда она что-то подмечала.

— Прелестная внешность, — сказала она. — И скромность. Это уже две победы. Фелисити, ты ведь не будешь единственной молодой особой сегодня за ужином, постарайся вести себя как пример.

— Я всегда — как пример, тётушка, — бросила Фелисити и тут же повернулась к Эдит: — Вам понравится у нас. Надеюсь, вы любите фисташковый пирог?

Ужин прошёл в уютной, но оживлённой атмосфере. Слуги сновали бесшумно, свечи отражались в полированных бокалах, а за столом царило тепло. Генри рассказывал о последних событиях в Эвервуде, тётя Агата обсуждала литературные кружки и молодых людей с перспективами, Сеймур высказывался сдержанно, но внимательно слушал. Я наблюдала за Эдит и Фелисити. Первая — настороженная, молчаливая, вторая — уверенная и слегка язвительная. Но уже в середине вечера они обменялись первыми фразами. И хотя Эдит ответила коротко, я видела: лёд тронулся.

Леди Агата взяла бокал вина и наклонилась ко мне:

— Сын рассказал мне о девушке и условиях, в которых она выросла. Не совсем понимаю, почему её мать не смогла дать ей должного воспитания, но, надеюсь, у неё были на то причины. Не беспокойся. Я научу её держать спину, правильно пользоваться приборами и вести беседу. Для таких, как она, ещё не всё потеряно.

Я улыбнулась:

— Я на это и надеялась.

Глава 61

— У неё ещё предостаточно времени, — с величавым спокойствием произнесла тётя, осторожно отставляя бокал. — Если мы начнём готовиться сейчас, Эдит вполне сможет дебютировать в следующем сезоне. Главное — не упустить момент. У девушки редкая внешность, запоминающаяся. Такие лица замечают даже сквозь вуаль скромности.

Я посмотрела на Эдит, которая сидела напротив. Она словно уменьшилась в размерах. Плечи её опустились, взгляд упорно прятался в тарелке, но губы тронула слабая улыбка. Она знала, что говорят о ней, но не понимала, как реагировать.

— Мы можем составить для неё график, — продолжала тётя, уже мысленно расчерчивая будущее. — Я возьму на себя основные уроки — манеры, позы, правильные ответы на скучные вопросы. А Фелисити поможет с... тонкостями. Правда, милая?

Фелисити, не отрываясь от бокала с морсом, повела плечом:

— Конечно. Я умею отличить светскую улыбку от настоящей. Это полезное умение.

Я едва сдержала усмешку. Это было так в её духе — язвительность никуда не исчезла. А потом, бросив беглый взгляд на Генри, внезапно заметила, как он нахмурился. Едва заметно, но я хорошо знала его лицо. Что-то в словах матери его задело. Или, может, сама идея дебюта Эдит... Я ещё не успела об этом подумать, как он уже взял себя в руки, улыбнулся и спокойно заговорил:

— Если речь идёт о выходе в свет, — сказал он, — то мы как раз получили приглашение на скаковые в следующую субботу. Там будет весь Эвервуд. И не только. Герцог с супругой обещали присутствовать. Думаю, это отличный повод для первой светской прогулки. Не бал, конечно, но и не камерный вечер в узком кругу. Я позаботился о лучших местах — ложа возле трибуны уже забронирована.

Леди Агата оживилась:

— Прекрасно! Эдит должна начать именно с чего-то подобного. Место, где есть публика, но нет давления. Пусть привыкает к взглядам и обсуждениям.

— Эдит не лошадь, чтобы её выводить на арену, — тихо заметила я, но никто не отреагировал. Хотя, кажется, Фелисити одобрительно хмыкнула.

Лорд Сеймур, до этого внимательно наблюдавший за разговором, положил салфетку рядом с тарелкой и сдержанно сказал: