Тайна доктора Авроры (СИ) - Александра Федулаева "Сандра Барро" - Страница 56

Старую графиню, мать нынешнего лорда Сеймура, я знала лично. Она была женщиной умной, строгой и чуткой к людям, которые ей были не по рангу. С лордом Сеймуром мы тогда лишь обменивались короткими взглядами. Он был красив, высок, задумчив. Ещё слишком молод, чтобы его касалась боль и болезни.

После смерти матери я осталась одна в доме, слишком большом для одной женщины. Я распродала часть имущества, часть — сдала в аренду благонадёжным людям. А затем уехала в Локстон. Город манил меня: в нём было достаточно суеты, чтобы раствориться, и достаточно бед, чтобы стать нужной.

Мне понадобилось меньше года, чтобы открыть первую аптеку. Ещё два, чтобы их было три. Я знала, чем лечить. Я знала, как говорить с женщинами, у которых ни один доктор не понимал, почему им больно. Я лечила и не спрашивала титулы. Я давала отвары, которые помогали засыпать, мази, которые останавливали лихорадку, капли от тоски и снадобья от страха.

И уже скоро аристократы — те, кто годами плевал в сторону простолюдинов, — стали приходить ко мне. Их жёны, дочери, иногда и сами — под покровом ночи. Слуги приносили мне плату в конвертах, иногда — в тканевых мешочках с гербами. Я не спорила. Я давала им то, за чем они приходили: облегчение.

А потом появился он барон Ньюборн, небогатый, но титулованный вдовец, с глазами опытного игрока и карманами, полными долгов. Мы оба понимали, что это будет союз без любви. Я — дама с деньгами и связями. Он — человек с нужной строчкой в реестре. Он предложил мне титул и общественное положение в обмен на финансовую безопасность. Я приняла. И получила фамилию. Но жизнь, как ты знаешь, не держится на золотых узах.

Мой муж прожил всего три года. Умер за карточным столом — не от яда, как иногда шептались, а от острой злобы: проиграл всё в один вечер. И снова я осталась одна. Уже не просто купеческая дочь, а вдова с титулом, опытом и домами по всей округе.

И всё бы могло быть по-другому. Но однажды….

Ханна взглянула на Марса, и в её лице появилось что-то нежное, почти материнское.

— Он не просто кот, ты ведь понимаешь? Он твой Проводник. Как и та, что спасла меня давным-давно, когда я горела в собственном доме.

Она говорила спокойно и монотонно. Я сонно моргнула и кивнула.

— Эти животные, — продолжала она, — не просто домашние любимцы. У них несколько жизней, и они переходят между ними, как по мостам. Люди думают, что кошки «уходят на радугу». А на самом деле они находят чистые души, чтобы переместить их в новый мир. Мир, где эти души могут что-то изменить. Те, кто сохранил в себе чистоту, искренность и знание, получают шанс начать заново. В новом теле. В другом времени. В другой реальности. Это своеобразный обмен информацией: один мир отдаёт душу с опытом, другой принимает и получает толчок к развитию. Иначе эволюция тянулась бы века.

— Значит, ты... — я сглотнула. — Ты была... выбрана?

— И ты тоже, — твёрдо сказала Ханна. — Таких, как мы, немного. В каждом уголке мира — несколько человек. Кто-то лечит, как мы. Кто-то проектирует дома, создаёт новые корабли, строит мосты, пишет законы. Но все они — перемещённые. У каждого есть доля магии. Не той, что у фокусников или колдунов. Настоящая. Скрытая. Она проявляется только в одном: исцелении, создании, интуиции. Всё зависит от человека.

Я вспомнила, как моя рука однажды убрала жар у лихорадящего ребёнка, стоило только коснуться его лба. Как кошка умирала от яда, а на следующий день, после ночи у меня на груди, снова ела и мурлыкала. Я считала это совпадением. Но теперь...

— И что теперь? — спросила я шёпотом. — Что мне делать?

— Принять. И научиться. У тебя дар не только в травах. Ты лечишь энергией. Но только чистые души могут принять её. А потому — дети и животные. Это твоё предназначение. Помни это.

Я кивнула, ощущая, как будто во мне щёлкнул замок, и дверь распахнулась внутрь, к самой сути моего «я».

— А Эдит?.. — Я вспомнила девушку с ясными глазами и наивной улыбкой.

— Эдит не моя дочь, — сказала Ханна. — Я нашла её в Локстоне. Её привёл ко мне Проводник. Маленький дымчатый кот с глазами, как у ангела. Он сидел у моего порога, а за ним — люлька с ребенком, вероятно, кто-то подкинул её к богатому дому. Ей было пять или шесть месяцев. Она так смотрела на меня, как будто всё понимает. Я забрала её. Позже поняла: она тоже перемещённая. Но в момент перехода что-то пошло не так. Её душа перенеслась, но разум... почему-то развивается очень медленно, будто ей нужно время для чего-то. Она стала расти, тело взрослело, но внутри она всё та же — девочка.

— И ты заботишься о ней?

— Да. Потому что она особенная. Она может успокоить любого ребёнка. Даже младенца. Она чувствует, чего тот хочет. Может предсказать простые вещи: кто упадёт, кто заболеет, кого нужно обнять. а от кого держаться подальше. Она как светоч. Но такие, как она, уязвимы. В городе, в большом обществе, на неё накинутся, как вороны. Погасит кто-то этот свет, и вернуть его будет невозможно. Только искренняя любовь вернёт ей разум, я это чувствую. И так же знаю, что именно ты и Проводник ей сможете помочь.

Глава 52

Ханна посмотрела на меня пристально:

— Потому я и позвала тебя. Моё время уходит. Мне осталась неделя, может, чуть больше. Я знаю, когда приходит конец. И хочу передать тебе всё, что у меня есть. Всё, что собирала. Все записи, настойки, травы, знания. А ты обещай, что позаботишься об Эдит. Сделаешь её частью своей жизни. Ты сможешь.

Я почувствовала, как внутри что-то сжалось — и расправилось. Как будто я ждала этих слов всю жизнь. И теперь, наконец, нашла свою дорогу.

— Я обещаю, — произнесла я, глядя ей в глаза. — Обещаю позаботиться о ней. И о тебе — пока ты с нами.

Ханна кивнула, удовлетворённая. Она поднялась, подошла к полке и вынула оттуда свёрток с тетрадями, перевязанными бечёвкой.

— Это первое. Потом покажу остальное.

Я взяла свёрток, прижала к груди.

— Ханна... — вдруг спросила я. — А что случается с Проводниками? Когда их время уходит?

Ханна посмотрела на Марса, который всё это время будто дремал, но уши у него были направлены на нас.

— Они возвращаются туда. В тот мир, откуда всё началось. Где ищут следующую чистую душу. А потом снова приходят сюда. В другом обличье. Но всегда с той же задачей: охранять, оберегать, вести. Иногда возвращаются к тем же людям. Иногда — к другим. Но всегда — на помощь.

Я посмотрела на Марса и вдруг ощутила к нему такую нежность и благодарность, как никогда прежде. Он не просто мой кот. Он мой страж.

— Спасибо, — прошептала я. Ханна мягко улыбнулась.

— Не мне. Ему.

Марс открыл один глаз, зевнул и тихо буркнул:

— Ну наконец-то дошло. А теперь пошли, дорогая, а то танцы без тебя не начнутся.

Ханна засмеялась — громко, впервые за вечер.

— И правда, как ведьминский шабаш. И разговор, и кот. Но ты не ведьма, Аврора. Ты — Целитель. И ты нужна этому миру.

Прикрыв глаза, я прислушалась к ощущениям внутри себя. Когда открыла их, Ханна улыбалась, глядя на меня.

— Как тебя звали в той жизни, Аврора?

Пожав плечами, я погладила Марса по голове.

— Ничего особенного. Елена…

Знахарка снова громко расхохоталась.

— Да уж… — сказала она. — Ничего не происходит просто так. Елена — светлая, сияющая, избранная. Избранница богов, судьба. Тебе суждено было стать Авророй. Ты — утренняя заря, начало, светлое будущее.

Я вышла из дома, унося с собой свёрток, знания и чувство, будто внутри меня распустился цветок, о котором я даже не подозревала.

Марс шёл рядом, и его хвост касался моей ноги, как напоминание: он рядом. И я была благодарна ему за это.

***

Десять дней в поместье пролетели как один миг, насыщенный событиями и открытиями. Эти дни стали для меня временем погружения не только в прошлое Ханны, но и в будущее Эдит.

Я познакомилась со многими семьями из округи — простыми, честными людьми, которые встречали меня с удивлением, но постепенно открывались, рассказывали о своих заботах и нуждах. Мы сидели на скамьях у домов, за длинными столами, на крылечках, в небольших хижинах, пахнущих ржаным хлебом и сушёными травами. Я слушала, делала записи, иногда — давала советы. Постепенно я почувствовала, как становлюсь частью их жизни. Я запомнила каждого, кто помогал нам: Молли, энергичная хозяйка пекарни с пятью детьми, принесла старую школьную скамью. Том, кузнец, изготовил ручки для дверей больничных палат. Миссис Винслоу, вдова аптекаря, бесплатно передала нам сундук с банками и склянками.