Навязанная, беременная, моя! (СИ) - Ганова Алиса - Страница 20

– И много было проверок?

– Попыток много, да ни одна не увенчалась успехом.

Хоть я и злилась, не смогла сдержать улыбку.

– Околдовала всё же, моя ведьма! – Обнял меня Роберт, уткнувшись носом в макушку с короткими, разлохмаченными прядями.

– Я не ведьма! – попыталась оттолкнуть его.

– Так решила судьба. Это бывает с теми, в чьих жилах течёт кровь древних. Твоя мать увлекла твоего отца, став его истинной парой.

– Откуда ты знаешь про это?

– Знающая рассказала. Некоторые знают её, как меру Фаору. Но её истинное имя никому не ведомо.

Я прижала руку к груди в волнительном осознании, что лишь благодаря Знающей тайные козни раскрылись, и теперь я могу спокойно, во́льно жить, дышать, улыбаться, радоваться!

– Ничего не бойся, Лиэн. Я буду с тобой. Всегда.

– Нет, Роберт. Не выйдет, – остановила его, выставив руку. – Между нами слишком много гадких слов, что ты наговорил.

– Я был опоен, околдован! Иначе бы никогда не наговорил того, что сказал.

– А если я ведьма?

– Тогда ты моя ведьма! – с жаром произнёс Роберт, заставив моё сердце забиться чаще.

– Навязанная, по твоим словам.

– Моя, навязанная судьбой, ведьма. – Он попытался обнять меня и притянуть к вздымающейся груди. – И я рад этому. Очень.

– Ты обвинил меня в бесчестье. – Напомнила самое обидное, нестерпимо-унизительное обвинение, от которого до сих пор саднила жгучая обида.

Роберт сомкнул губы, подавленно смотря на меня. Желваки заиграли на его висках.

– Лиэн, ты и я знаем, что это наш ребёнок, наш малыш. Наш сын. И пусть череда чужих козней привела нас к недопониманию, клянусь, беды развеются, и я никогда не перестану благодарить судьбу, что она подарила мне тебя.

– Разве я могу тебе верить? Вдруг ты снова околдован?

– Клянусь перед Светлой в полном уме и здравии, что люблю тебя, Лиэн! Всем сердцем!

Я верила Роберту, однако быстро дарить прощение не спешила и сдержанно ответила:

– Поживём – увидим, а пока…

Договорить он не дал. Заключив в объятия, опрокинул меня на спину и, прошептав:

– Лиэн! Любимая! Моя! – властно, собственнически накрыл губами мои губы, возвращая веру, надежду и любовь, ведь мне в мужья достался самый лучший мужчина на свете.

Конец