Урожай Мабона - Сутягина Полина - Страница 6

– Марта, точно, это их средняя, кажется. Ее старшего брата я редко вижу, а вот младшие мальчики, как правило, там же на ферме, когда захожу за молоком, вертятся рядом с матерью, – с улыбкой продолжала она. – Марта – хорошая девочка, ответственная…

Роджер тихо вздохнул и скрылся с кухни.

На место встречи он пришел заранее, с небольшой сумкой через плечо и в тряпичной шляпе бежевого цвета с полями. Другого головного убора дома не нашлось, но мальчика это мало смущало. В любом случае, уж лучше так, чем снова лежать в траве, прибитым дневным солнцем, а потом спать полдня. Большее беспокойство ему причиняла старая фляга его деда. Но без воды в этот раз выходить было совсем неблагоразумно. Надо будет попросить отца купить ему флягу, решил Роджер. И отчего он никогда не думал о такой практичной вещи?

Он сел у валуна, прислонившись к его еще не прогретой поверхности спиной и откидывая голову. По небу тонкими струйками тянулись редкие облака, предвещая очередной знойный день.

– Эй, что это ты? Рановато для солнечного удара! – раздался рядом веселый голос.

Марта стояла перед ним, как и в прошлый день, с флягой через плечо и небольшой корзинкой.

Роджер поднялся:

– Это ты каждый день на пикник ходишь? – кивнул он на корзину, не желая продолжать тему его вчерашней оплошности.

– Это? – удивилась девочка. – А, нет… – она приоткрыла крышку, – там подкормка для овец.

Роджер кивнул, несколько смущенно. В фермерских делах он понимал немного.

– Ну, пойдем, пока солнце не так припекает.

И она резво зашагала вверх. Сегодня Роджер чувствовал себя лучше и не отставал от нее.

– Расскажи мне про город, – вскоре снова заговорила Марта.

Этот неспецифичный вопрос поставил Роджера в тупик.

– Что именно тебя интересует?

– Ну как там вообще… – протянула она, качая в такт шагам корзиной.

Это пояснение понимания не прибавило, и он молчал.

Марта коротко глянула на спутника, махнув коротко остриженными волосами.

– Что, совсем нечего сказать?

– А здесь как вообще?

– Не поняла… – она даже замедлила шаг.

– Вот и я не понял, что именно ты хочешь узнать про город, – пояснил Роджер. Он вовсе не хотел показаться грубым, но искренне не знал, что отвечать на подобные вопросы.

Но Марта вовсе не обиделась и даже рассмеялась.

– Ну да, точно. Помнишь, я вчера тебе говорила, что с этого года буду учиться в городе?

Роджер коротко кивнул, было бы странно, если бы он забывал, что ему говорили столь короткое время назад.

– Ну а я ведь всегда только здесь и жила, понимаешь? В Дорфштадте всего несколько раз и бывала, да еще на ферме тети и дяди в соседней долине. Вот такая я путешественница, – и она повела краем рта в некотором недовольстве, как будто в этом возрасте подобное зависело только от ее решений. – У тебя много друзей в школе?

– Ни одного, – честно ответил Роджер.

Марта остановилась и посмотрела на него, расширив серо-голубые глаза, напоминавшие по цвету маленькие цветочки вероники.

– Ну тогда там хуже, чем я думала! У меня-то все подруги здесь. Но мы все в разные школы пойдем, а Петра и вовсе остается помогать родителям на ферме. Хорошо, что мой отец считает, что я должна учиться.

– Твой отец совершенно прав, – согласился Роджер. – Только ты сделала неправильный вывод из моих слов. Я лишь ответил на твой вопрос, друзей нет у меня. Почему ты решила, что у тебя их не будет? Здесь же у тебя есть. Логичнее предположить, что раз у тебя они есть здесь, то будут и там.

– Спасибо, – улыбнулась она.

– За что?

– За поддержку.

Роджер не совсем понял, почему она посчитала его рассуждения именно поддерживающими, и хотя ему было приятно, он почувствовал облегчение, когда они снова зашагали вперед, и не нужно было больше смотреть на девочку и чувствовать ее взгляды на себе. Взгляды людей в целом были весьма сильно ощущаемы Роджером. И говоря, он предпочитал смотреть чуть ниже или в сторону, лишь изредка проверяя выражение лица собеседника. Многих его сверстников раздражала эта особенность, и они даже посмеивались над ним. Но взрослые это воспринимали, как правило, легко, и Роджер находил более приятным общение с людьми старше себя. В этом смысле Марта стала неожиданным исключением, но ее взгляд сильно смущал, и общаться было куда приятнее, когда оба смотрели на змеившуюся перед ними тропку вверх по холму.

Дорога, впрочем, оказалась совсем не такой долгой, как описывала бабушка за завтраком, а Роджер тогда пожалел, что слишком рано упомянул о своем выходе, подвергшийся ремаркам младшего брата.

– В поход, да? – заметил тот с озорной улыбкой. – Укомплектовался по полной? Провизии взял на два дня? Может, еще плащ-палатку?

Несмотря на его шуточки, Роджер действительно захватил спички и перочинный нож на всякий случай, но брату он, разумеется, об этом говорить не стал.

По зеленой гриве склона были рассеяны белые и сероватые облачка овец. К детям они не приближались, продолжая стричь плоскими зубами сочную траву. Но вот среди них выделилось пятно поменьше и потемнее и, стремительно приближаясь, обернулось большой лохматой длинноносой собакой.

– Тихо, Ласси, тихо! Свои! – закричала девочка подскочившему к ней животному. Хвост охранника стада слегка дернулся, но потом собака подошла к Роджеру и внимательно и настороженно обнюхала. Единственный пес, с которым Роджер был близко знаком, был дружелюбный дурашливый спаниель Бена – Пиджен. И потому такая реакция весьма крупного животного мальчику не понравилась.

– Не волнуйся, Ласси добрая, – Марта ухватила собаку за ошейник и, подтащив к себе, принялась гладить, а потом хлопнула ее слегка: – Давай, гони их сюда, – и слегка присвистнула.

Только что вилявшая хвостом Ласси тут же сорвалась с места и принялась наворачивать крутые обороты вокруг стада, чуть ли не кусая овец за ноги. Те сбились в неравномерную толчею и рассеяно блеяли.

– Она натренированная, – пояснила Марта. – Отцу подарили Ласси еще щенком, друзья привезли откуда-то с севера. Там ее имя значит – «девочка», так они сказали. Эта порода довольно дружелюбная и очень умная. А так с пастушьими собаками лучше аккуратнее. Особенно, когда они одни сторожат, без пастуха. Когда гуляешь, никогда не проходи между собакой и стадом.

– Хорошее дело… – Роджер наблюдал, как лохматый зверь гонит облачко овец в их сторону, – как-то это безответственно слегка. Человек не может спокойно гулять, потому что оставленной без хозяина собаке может что угодно в голову взбрести, и тебе ей не объяснить, что просто мимо шел?

Марта повела плечами, раскрывая корзину:

– Собаки очень помогают. К тому же здесь и дикие животные есть, особенно на верхних пастбищах. Все-таки собака может их отпугнуть. Вон гляди, какая Ласси молодец!

Собака и впрямь очень резво справлялась со своими пастушьими обязанностями. Впрочем, когда овцы, наконец, завидели девочку с корзиной, они и сами припустили в ее направлении. Уже вскоре Марта и Роджер были окружены нетерпеливым стадом, овцы громогласно блеяли и беспардонно толками мальчика пушистыми боками.

– Вот, держи, – девочка извлекла из корзины горсть спрессованных катышков и протянула Роджеру, – прижми большой палец к остальным и дай им на протянутой руке.

Роджер с сомнением принял подношение, и был чуть не сбит одним из парнокопытных.

– А они ее не откусят?

– Не, они травоядные! – рассмеялась Марта. – Но пальцы лучше не растопыривай, особенно с лошадьми.

– Тут их и нет, – он вытянул руку, и тут же почувствовал на ладони мягкие овечьи губы. Теперь животные толпились двумя группками у каждого. – А что здесь?

– Витамины, в основном. Им нравится. Еще они любят лизать соляной камень. Но его брат уже принес. Тео сейчас на другом пастбище, там, где коровы, наши и соседские.

Когда с подкормкой было покончено, они двинулись чуть выше и сели под невысокое раскидистое деревце. Марта обтерла руки о платье, а Роджер предпочел сполоснуть свои из фляги. Ласси улеглась рядом с девочкой, но больше поглядывала на стадо, чем на хозяйку.