Сдать экзамен по любви - Нарватова Светлана "Упсссс" - Страница 18

– А где? – Летов не собирался сдаваться так легко. – Давайте я вас подхвачу и довезу.

– Вместе с велосипедом? – насмешливо спросила Гордеева, и Герман не понял шутки. У него приличный автомобиль бизнес-класса, между прочим.

– Каким велосипедом?

– Моим велосипедом, – довольно улыбалась по сторону Юлия.

– Вторая декада декабря, какой велосипед? Отставить велосипед!

– Это мой велосипед и не собираюсь его нигде оставлять!

– Ладно, – покладисто согласился Летов и прикинул время на дорогу. – Тогда я подожду.

– Герман Рудольфович, у меня сегодня выходной!

– Замечательно! Значит, нам никто не помешает! Буду вас ждать у подъезда, – закончил Летов разговор на высокой ноте.

Он не торопясь собрался. От офиса до дома репетиторши было минут пятнадцать, если повезёт со светофорами. Герман дал девушке шанс приехать раньше, чтобы не заставлять его ждать. Но Юлия Игоревна им бессовестно не воспользовалась. Летов позвонил в домофон. Никто не ответил. И окна тоже не горели. В квартире определённо никого не было.

Из людей.

Летов настроился на долгое ожидание и приготовился скролить на телефоне новости, как к подъездному крыльцу пришвартовалась девушка на велосипеде.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, кому принадлежал велосипед, о который в прошлый раз ударилась Арина. Невероятно, но факт: Гордеева не соврала. Она действительно ездила по делам на своём двухколёсном друге. Пофигу мороз тем, кто в Сибири рос, как говорится.

Лыжный костюм подчеркивал стройную фигуру. Как всё-таки женщины умеют создавать себе сложности! Красивая, не дура, формы и талия на месте – и не замужем. Не то чтобы Герман был против. В данном конкретном случае. У него даже были некие неясные, но вполне непристойные фантазии, готовые оформиться в планы. Однако сам факт всё равно был необъясним.

Точнее, объяснение было. Такие, как Милена, вцеплялись в мужчин мёртвой хваткой, поскольку не могли без них прожить. Оттого были милы нежному мужскому самолюбию и будили инстинкт защитника: если не я спасу её от жизненных неурядиц, то кто же? А Юлию Игоревну, с её-то арбалетом, и спасать не нужно. Она сама кого угодно спасёт.

Потом догонит и ещё раз спасёт.

Чисто для интрижки – очень привлекательный типаж. Для серьёзных отношений…

Выходя из машины, Герман задумался – чисто гипотетически, в порядке мыслительного эксперимента, – смог ли бы он жить с такой женщиной в браке?

По всему выходило, что если бы у них был регулярный секс, то почему бы нет? Милена, что скрывать, умела зажечь звёзды в постели. Как побочный эффект аффекта. Но с момента, когда «звёзды» стали отвешиваться в граммах в качестве подкрепления или не отвешиваться в качестве наказания, их ценность для Летова резко упала. И результативность аффектов тоже: истерики и выяснение отношений вызывали скорее глухое раздражение, чем страх. А раздражение – не та сила, которая толкает мужчину на подвиги.

– Добрый вечер, уважаемая Юлия Игоревна, – Герман надел перчатки и потянулся к велосипеду. – Позвольте, я помогу вам с вашим стальным буцефалом.

– Герман Рудольфович?.. – кажется, вздрогнула учительница и обернулась. – Откуда вы знаете, как я зову свой байк?

– И как, удачно? Он приезжает? – Велосипед оказался довольно увесистым, и Летову пришлось приноровиться, чтобы взять его удобно.

– Кто? – не поняла Гордеева.

– Байк. Когда вы его зовёте.

– Очень остроумно, Герман Рудольфович. – Она придержала дверь, когда тот входил в подъезд. Велосипед вырывать из рук не стала. Значит, не замужем не потому, что фемка.

– Рад, что вы оценили. На охоту ездили? – Летов обратил внимание на пристёгнутый за спиной арбалет. Оружие находилось в чехле-мухоморе, но по форме легко угадывалось. – В рюкзаке трофеи? Не тяжело?

– Своя ноша не тянет. – Спутница предусмотрительно пропустила Германа с не своей ношей вперёд.

– Скальпы двоечников? – не сдавался тот.

– И этот человек пытался приписать мне избыток гуманизма в крови!

– Попытка не пытка. И вообще, каждый имеет право на ошибку. Так куда вы ездили в такое время с арбалетом?

– В тир, Герман Рудольфович.

– Эх, какое разочарование… А я хотел припугнуть Арину. Так в рюкзаке у вас два килограмма болтов? Выглядит увесисто. – Летов даже обернулся, чтобы придать словам значительности, хотя с этого ракурса рюкзак видно не было.

– Там коньки, – неожиданно призналась учительница. Видимо, ей надоело играть в словесные кошки-мышки.

– Изобрели новый вид биатлона? На коньках и с арбалетом?

– Герман Рудольфович, вам не кажется, что вы слишком бесцеремонны?

– Не кажется. Я знаю это совершенно точно. – Летов опустил велосипед на площадке выше третьего этажа, где на него налетела Арина. – Не боитесь, что украдут?

Гордеева скрутила замок с руля и пристегнула своего верного Буцефала к батарее. Чтобы погрелся с дороги, видимо.

– Нет.

– Юлия Игоревна, не обижайтесь на меня, пожалуйста. Просто вы настолько загадочны и нешаблонны, что удержаться от расспросов просто невозможно. – Герман широко улыбнулся и раскрыл руки: вот он я весь как на ладони, простой российский парень.

– И всё же постарайтесь, – ледяным тоном отбрила Гордеева, вызывая забег мурашек вдоль позвоночника.

Герман невольно попытался представить её в постели.

Конкретно ничего не нарисовалось, но желание пригубить экзотики ощущалось.

– Понял. Осознал. Извините, больше не буду, – легко согласился он.

Училка скептически искривила губы, слегка подкинула связку ключей, которая звякнула, падая в ладонь, и молча направилась к квартире.

– Так что у вас за срочность такая возникла, раз вы внезапно, собственнолично, рванули ко мне на другой конец города? – поинтересовалась хозяйка, разуваясь и снимая куртку в прихожей. Герман был бы не против ознакомиться со всем «списком», но дальше стриптиз не зашёл.

– Мой офис не так далеко, – поделился он не без намёка. – Я испугался, что энтузиазм Арины заглохнет на взлёте. Точнее, зачахнет на корню, выражаясь языком биологии. Она так внезапно решила погрузиться в учёбу, что я боюсь дышать в ту сторону.

– Где же вы раньше были со своей родительской прытью?

– Юлия Игоревна, но вы же опытный педагог, мастер мотивирования. Ну, поддержите мои робкие попытки быть хорошим отцом.

– Я уже давно не отчитываюсь за воспитательную работу с родителями, – недовольно буркнула Гордеева.

– А вы не ради отчёта. Вы для души! – Герман включил обаялку на полную мощность.

– Я сейчас вернусь. Проходите пока в комнату, – не самым радушным тоном пригласила училка.

Но Летова тон не волновал.

Если бы он всегда делал то, чего хотят от него окружающие, давно оставил бы этот мир в результате какого-нибудь инфаркта. Или инсульта. Поэтому делал то, что нужно.

Разумеется, ему.

А если кому-то нужно что-то другое, пусть этот кто-то это другое и делает.

– Так в чём у Арины возникли затруднения? – Гордеева вышла к гостю в джинсах и футболке с мотивирующей надписью «Всё в ваших руках».

Хотя в контексте недавних упрёков она звучала двусмысленно.

А в контексте недавних Гериных фантазий содержала любопытный посыл.

Уж послала так послала.

– В костях. Их соединениях, точнее.

– У вас закончился мобильный трафик? Вы не оплатили счёт провайдера? Кто-то вычерпал весь интернет и не оставил вам ни капельки? – Юлия Игоревна упорно отказывалась вестись на провокации. И вообще ценить проявленный к её особе интерес.

Нет, если бы интерес был не столь… стойким, Герман бы сейчас проникся и даже испытал вину.

Может быть.

– Боюсь ошибиться в толковании. Хотелось бы консультации специалиста.

– Есть три вида соединения костей, – сдалась учительница и рухнула в своё преподавательское офисное кресло. – Подвижное, полуподвижное и неподвижное. Самое распространённое – сустав. Это подвижное соединение. Суставная головка, покрытая хрящом для гладкости, входит в суставную впадину. Сверху всё это добро упаковано в суставную сумку, которая, с одной стороны, придаёт соединению дополнительную прочность, а с другой – удерживает синовиальную жидкость, которая снижает трение. Суставами соединены все кости конечностей, а также нижняя челюсть с верхней. Всё понятно? – уточнила она.