Регрессор в СССР. Цикл (СИ) - Арх Максим - Страница 815

Разбирая этот феномен, я находился в полном смятении. Я был поражён до глубины души творческим гением таких режиссёров.

«Это же надо так сделать фильм, что если убрать из него похабные шутки, то фильм фильмом сразу же перестаёт быть и становится просто нарезкой каких-то кадров. Они, блин, в натуре гении!!»

Но, к сожалению, если и были они гениями, то гениями злыми, ведь, после просмотра таких комедий наше добродушное и хлебосольное население не просто глупело, но ещё и тупело, оскотинивалось и озлоблялось.

Вот в таких думах я и вышел из метро, так и не придя к какому-то общему знаменателю. Комедии были, но той, которая нужна была мне, найти пока не сумел.

Впрочем, эти поиски можно было на время и отложить. Не к спеху. Сейчас бы голову после таких приключений привести в порядок. Тяжело было сосредоточиться на чём-либо одном конкретном. Воспоминания о том, что мне удалось пережить несколько часов назад, так плотно сидели в подсознании, что мешали думать, постоянно вылезая на первый план. В голове творились сущий бардак, вакханалия, хаос, а над этим хаосом витала мысль:

«Как я мог натворить так много фигни, что так изменило будущее? Как⁈»

Вопросы были без ответа. Да и найти этот ответ, по сути, просто не представлялось возможным. Как его найти, если, вполне возможно, что никуда я не перемещался и всё это мне приснилось? Правда ли то, что со мной произошло? Или, быть может, это плод воображения? Сон? Галлюцинация? Очевидно, что ответа нет и быть не может. Однако, если исходить из того, что в том видении всё было абсолютно реально, и если учитывать, что столь отчётливых снов в жизни не бывает, то становится фактом то, что я на некоторое время всё же побывал в будущем. Будущем, которое сформировалось из этой реальности — той, что я меняю сейчас. И, признаться, увиденное там мне очень не понравилась. Да, информация, которую я узнал, была вполне себе логична и, как вероятность, всё то, о чём говорили на телепередаче, могло было бы быть, если бы я начал внедрять в сознание людей дух к протесту. А какой другой результат я смогу получить, если начну борьбу с чёртовой бюрократией, то есть, фактически, устрою «перестройку»? Да ещё и на восемь лет раньше! Разумеется, и результат не заставит себя ждать, появившись намного раньше, чем в прошлом историческом процессе.

Во всяком случае, этого исключать было нельзя. А значит, при общении с бюрократами мне необходимо теперь действовать согласно народной мудрости «Семь раз отмерь, один раз отрежь». Необходимо обдумывать каждый свой шаг. И впредь, прежде, чем давать компромат Щёлокову на тех или иных ответственных товарищей (иногда подтасовывая и извращая факты), необходимо все эти самые «семь раз» хорошенько взвесить.

'А то вон, как получилось — я по ходу дела нового компромата на Андропова нарыл, передал и его с Председателя КГБ сняли. Он из-за стресса получил инфаркт и умер. А на его место пришёл тот, который стал рубить с плеча, пытаясь показать себя во всей красе. Да показал так, что лучше бы не показывал. В республиках начались аресты, а вслед за ними и недовольство, которое впоследствии переросло в противостояние с центром и в первую кровь.

В этот раз этого нельзя было допустить. А посему необходимо было придумать метод, по которому можно и нужно бороться со взяточниками и расхитителями социалистической собственности, не вызывая массовых волнений в обществе.

Некоторые идеи у меня уже возникли в голове, но, естественно, всё нужно было хорошенько обмозговать.

А вообще получалась удивительная и тупиковая ситуация — с Андроповым плохо, и без Андропова тоже плохо. Замена его на человека его взглядов проблему не решит. А замена на человека кардинально других взглядов может привести к катастрофе. Значит, если и снимать Андропова, то заменять его не теми замами, кто у него есть сейчас, а кем-то другим. Только кем? И как его привести во власть? Это же непростое дело даже с моими знаниями о вероятном будущем. Нужна серьёзная аналитика и селекция, а это дело очень долгое.

Или…'

От внезапно пришедшей мысли в голове помутнело. Подошёл к автомату с газировкой, потратил три копейки, налил себе стакан лимонада, с удовольствием выпил, и, почесав макушку, сделал неожиданное для себя открытие.

«А может быть, в следующей беседе с министром МВД СССР настоять на том, чтобы тот попробовал подружиться с Председателем КГБ СССР не фиктивно, а взаправду⁈ Гм, а почему бы и нет? Сейчас они не дружат и являются конкурентами, но если их объединить, то, вполне возможно, их общие усилия смогут принести больше блага нашей стране. Ведь действуя сообща, они смогут сделать намного больше, чем врозь. Тем более что Андропов уже скоро, увидев общую картину в Политбюро и ЦК, начнёт обдумывать перестройку центрального государственного аппарата ввиду всё большей деградации последнего. Ну а через несколько лет он встретится с великим будущим перестройщиком — Горбачёвым, и благословит того на ратные подвиги, которые и будут названы 'Перестройкой».

И тот с энтузиазмом примется перестраивать всех и вся.

Кстати говоря, удивительное дело, поправил-то страной этот неадекватный гражданин всего семь лет, а натворил столько, что будут помнить его теперь в веках.

Закончится вся его модернизация страны в 1991 году развалом этой самой страны. А вместе с этим потерей огромных территорий, тотальной разрухой и полным обнищанием 99 % населения. Апофеозом же трагедии стали старики, копающиеся в помойках, для того, чтобы не умереть с голоду на фоне роскошных Мерседесов, малиновых пиджаков, золотых браслетов, корпоративов и барахолки величиной со страну. А ведь среди тех, кто собирал бутылки, чтобы прокормиться, было немало участников Великой Отечественной Войны. За такое ли счастье они воевали и кровь проливали, спасая мир от коричневой чумы? Ясно, что нет. Как ясно и то, что я не имею права в этой истории допустить такого ужаса и позора!

И, значит, теперь я должен подойти к делу с точки зрения всё той же логики. Зададим себе вопрос: Стал бы Юрий Владимирович Андропов приводить к власти Горбачёва, если бы он точно знал, чем всё это закончится?

На мой взгляд, не стал бы, ибо, как ни крути, а никогда и никаких документов, говорящих о том, что нынешний Председатель КГБ работает на какие-то иностранные государства и является врагом нашей страны, никогда не было. А значит, вероятность того, что Андропов сознательно работает на развал СССР, нет. Очевидно, что он не просчитал последствия тех реформ, что затеял. Да и кадры подобрал он тоже, мягко говоря, неподходящие.

А это, в свою очередь, означает, что если бы он заранее знал результат придуманных им изменений, то не стал бы их воплощать в жизнь. Во всяком случае, не стал бы действовать по обречённому плану. И уж тем более очевидно, что не стал бы проводником своих идей выбирать будущего рекламщика пиццы.

Вот только возникает один вопрос, как мне Юрия Владимировича перетащить на свою сторону, пока он дел не наворотил? Ведь, насколько я понимаю, сейчас они вместе с товарищем Сусловым крайне негативно относятся ко всем моим начинаниям.

Однако идея переманить на свою сторону Андропова мне показалась крайне интересной и очень перспективной.

Вот только, к сожалению, хорошенько обдумать её я не успел.

Обгоняя со спины, рядом со мной поравнялся какой-то сгорбленный старик, который, к моему удивлению, голосом Кравцова произнёс:

— Васин, не оглядывайся и со мной не заговаривай. Домой не иди. Погуляй по округе и через полчаса из телефонной будки позвони по номеру…

Он назвал семь цифр, закрыв рот ладонью, закашлялся, от чего скорчился ещё больше, и, пошаркивая ногами, повернул в сторону булочной.

«Это что за маскарад?» — удивился я, покосившись на удаляющуюся фигуру.

Седой, бородатый, сутулый старик в сером плаще, в чёрном берете на голове и в очках. Если бы полковник со мной не заговорил, то я бы ни за что не догадался бы, что это он.

«Интересно, что случилось?» — я повернул в сторону сквера и стал нервно обдумывать, какие проблемы могли возникнуть за время моего отсутствия в этом мире.