Регрессор в СССР. Цикл (СИ) - Арх Максим - Страница 80

— Да так.

— Вот. Как всё это произойдёт, то сразу едем в солнечную Армению, где записываем не две, а четыре песни — две для женского голоса и две для мужского. А заодно и снимаем то о чём я написал сценарий.

— Погоди со сценарием. Время уходит. Мы можем не успеть.

— Ну мне в школу послезавтра, что я могу сделать то? — напомнил я.

— Вот чёрт… эта школа… Ладно, решим с ней по-быстрому, но затем летим к нам.

— Вообще-то, там по списку, идёт институт… а уже потом полёт, запись и съёмки.

— Нет! Сдаёшь и летим, а тут пока тебя в институт устроят.

— И что вам помешает передумать, после того как мы всё запишем? Какие гарантии?

— Ты, что мне не веришь? Я обещаю! — взъерепенился Армен.

— Армен Николаевич, вопрос веры, или даже правильней сказать доверия основывается как минимум на времени. А мы с вами знакомы только два дня. О чём вы говорите?! И кстати, мне бы хотелось уточнить, нужны ли вам ещё две песни кроме этих двух и готовы ли вы мне помощь собрать актёров необходимых для небольшого фильма. Это важно знать сейчас, потому что если вы не захотите мой сценарий снимать на киностудии находившийся в ваших краях, то все мои планы изменятся… Поэтому хотелось бы уже сейчас понимать — куда мы будем двигаться…

— Ты имеешь в виду, что сможешь обратится к Азербайджанским или Узбекским друзьям? Думаешь они могут то, что не можем мы? — с недовольной миной на лице произнёс собеседник, а я усмехнувшись про себя подумал:

«О! А мы уже ревнуем?! Решили, что теперь я только от вас зависеть буду. Не ребята! «Этот самолёт не полетит!» Я и в прошлой жизни сам по себе был, а в этой и подавно… Сейчас я вам нужен, поэтому «кровь из вас попью» в достатке… Но вы там держитесь, если «чо». Вообще-то конечно, такая «заморочка» типа — «то здесь, то там», до хорошего не доведёт, ибо в конечном итоге, кто ни будь окажется в проигрыше и обидится, а обидевшись захочет сделать мне какую ни будь гадость… И окажусь между «молотом и наковальней. Поэтому действовать я должен крайне аккуратно и лишний раз не подставляться.»»

— Нет. Я другие варианты прорабатывал, но спасибо за подсказку. На всякий случай, может и пригодиться… Поймите, у меня есть идея, её я сам реализовать не могу, поэтому помогите мне, а я сделаю всё для того чтобы ваше исполнители получили достойные песни. Кстати, а вы не узнали, кто будет петь мужские песни? А то у меня идея есть?

— Какая?

Я рассказал.

— Почему именно Фрунзик Мкртчян? — поинтересовался Феликс.

— Прикольно поёт, — просто ответил я.

— Ладно посмотрим. Так, теперь вот, что… Ты сценарий написал? Приготовил? Показывай, — скомандовал начальник.

Я достал из папки стоку напечатанных листов с рисунками и произнёс:

— Итак друзья, слушайте-слушайте и не говорите, что не слышали. Сейчас я расскажу вам сказку…

Глава 17

Интерлюдия. База.

— Какой же ты дурак Кеша! — заорал Антон, когда часть ВИА ушла с репетиции. — Какой же ты дурак…

— Я думал… — лёжа на диване не громко промямлил главный зачинщик «кипиша».

— Ну*** ты не думал! Если бы ты думал, то не предложил бы нам такой фигни!! И мы…, и мы все «повелись» на твои обещания! Мы тоже дураки!.. Господи, какого чёрта я согласился?! Ты же сказал, что просто с ним поговоришь!..

— Действительно Кеш, ты собирался Сашка приструнить, а вместо этого зачем-то Юлю обидел. На фига? — вторил Антону Мефодий.

— Да это случайно получилось, — отмазывался обвинённый во всех тяжких грехах. — Она влезла и вот…

— Хрен ли вот?! — в бешенстве заорал лидер группы ходя по репетиционной и размахивая рукам. — Что?! Скажи мне, что?! Что ты хотел добиться своей выходкой?! Ты, что не знал, что Савелий к ней не ровно дышит?.. Знал! Знал мля!! Ты сам нам об этом рассказывал и ещё смеялся над его поползновениями… Ты понимаешь, что ты наделал? Из-за тебя половина наших друзей от нас отвернулась! Из-за тебя ансамбль на грани развала! Ты это понимаешь?!

— Ничего, я что ни будь придумаю… — бубнил Кеша пытаясь подняться с дивана.

— Хрен ли ты раньше не придумал?! — задал резонный вопрос Антон, нависнув над сидящим на диване потерпевшим. — И вообще — зачем мы его приструнить-то хотим? Нормальные песни парень пишет, нас играть подучил… или за песню кто-то по двести рублей не хочет получать? Что-то я не видел, что кто-то ему вернул деньги! Так на хрена мы собрались его проучить?! Какого хрена я повёлся на ваши уговоры — не вмешиваться?! Что же теперь делать?..

— Ребят… — не смело встрял в разговор Дмитрий.

Все взгляды присутствующих немедленно устремились на него, в надежде, что быть может этот алканафт — первый помощник бунтаря предложит что-то дельное для спасения ансамбля…

— Я это…

— Ну!.. Не томи… — поторопили его.

— Ну это… Мне в общем выйти надо на пару минут. Я сейчас… — сказал тот и пошёл к выходу.

— Стой, — остановил его Антон, присаживаясь на диван рядом с потерпевшим. — Знаю я зачем тебе надо выйти, — он вздохнул. — Тут «жри»…

Дмитрий по-быстрому поинтересовался для проформы у присутствующих — «будет кто» и получив отрицательный ответ обрадовался немедленно, опорожняя «чекушку» в «одно лицо».

Наступила тишина, ибо только в тишине лучшие мыслители Древней Греции пытались найти ответ на три извечно Русских вопроса: — Кто виноват?.. Что делать?.. и… Едят ли курицу руками?..

— Я вот что подумал, — решил нарушить тягостное молчание занюхавший «питие» рукавом Дмитрий. — Может ему шоколадных конфет купить? Дети любят сладкое, — пояснил он, не понимая почему Антон резко покраснел и закрыв голову руками заорал:

— Ё**********************…

31 августа. Среда.

Новости дня:

— На парламентских выборах в Родезии (современное Зимбабве) Родезийский фронт Ян Смита получает все 50 мест, выделенные для белого населения (всего в парламент входят 66 человек).

Обычное утро. На пробежке размышляю какие ещё нужно бы сделать фотографии с планшета для большего зрительного эффекта…

Позавтракав сходил в библиотеку. Впрочем, без толку, потому как из большого количества заказанной мной литературы Эмма Георгиевна не смогла предоставить мне ни чего, «отмазовшись» тем, что муж её очень занят на работе и ему не досуг… Ладно, я сделал вид, типа поверил и поблагодарив удалился, раздумывая над тем — чем же я так напугал добрую женщину, уж не заказом ли библии?

«Что ж, нет так нет,» — решил я и поехал прогуляться по книжным магазинам, начиная с магазина на Тверской, которая сейчас называется улица Горького. Неподалёку от обычного книжного, находится также интересующий меня объект — магазин «Академическая книга.»

Побродив по магазину и купив несколько довольно странных брошюр на тему мифов и легенд, а также огромную карту мира поинтересовался у продавщицы:

— Извините. А нет ли у вас таких же размеров катр атлантического океана?

— И зачем тебе мальчик океан? — поинтересовалась вероятно не выспавшаяся тётя за прилавком.

— Нужно. У меня там дело…

— Ах дело… — вероятно мысленно покрутив у виска сказала она и добавила: — Нет у нас таких карт!

— А карт звёздного неба?

— Что и там у тебя дела?

Получив утвердительный кивок, она разгорячилась и произнесла:

— Иди отсюда мальчик. Готовься к школе, а то деловой через чур… Ходят тут всякие, а потом…

Что там происходит потом, я не узнал, так как её отвлекла какая-то бабуля, которой срочно понадобился справочник металлурга в четырёх томах.

«Ну да, — раздумывал я, когда выходил из магазина, — тут народ читающий. Вот и бабулька с утра почитает как «куют металл» и станет стахановкой, возможно отлитой в бронзе… А всё же жаль, что карты океана нет, ибо у меня там действительно дело… Меня там ждёт открытие, мировой величины, а у них «понимашь» даже подробной карты местности, где это открытие спряталось, нет — не порядок.»