Охотник на демонов 2 (СИ) - Шимохин Дмитрий - Страница 33

Они развернулись и так же быстро, как и появились, растворились в толпе.

Не вызывая лишних подозрений, я в том же темпе направился в общагу, но внутри все похолодело. Я чувствовал себя загнанным зверем.

Влетев в свою комнату, я захлопнул за собою дверь, прислонившись к ней спиной. Я пытался унять бешеное биение сердца.

Сантехник. Теперь эти «коллекционеры». Это не была паранойя.

Я бросился к тумбочке и, отшвырнув в сторону стопку старых бумаг, выхватил его. Старый, потертый амулет с символом змеи, кусающей собственный хвост. Еще вчера он был для меня забытой безделушкой, сувениром из проваленной операции.

Я рухнул на диван, сжимая амулет в кулаке.

С одной стороны — мой дядя, готовый разорвать меня за унижение сына и остатки наследства. С другой — не понятно кто готовый на все, чтобы заполучить этот кусок металла.

А между ними — я.

Нужна консультация так сказать специалиста, да и по охотиться я не откажусь.

Ближе к вечеру я добрался до заброшенной промзоны.

Вытащив из-под толстовки амулет, который дала мне Лира, и сжал его в руке, вкладывая в него свой беззвучный зов.

Она появилась почти мгновенно, шагнув из тени.

— Я так понимаю, это не светский визит, — сказала она, и в ее голосе не было удивления. Она сразу поняла, почему я ее позвал. — Ну что, не получается в команде забирать энергию «низших»?

Я молча кивнул.

— Они не понимают и не поймут. Они всегда будут «спасать» меня. Это бесполезно.

Она кивнула, словно ожидала этого.

— Хорошо.

— Кстати, — я остановил ее, прежде чем она успела открыть портал. — Ты не знаешь, что это? — вытащил я свой сувенир.

Глава 18

Глава 18:

Лира на мгновение замерла.

Она с интересом, разглядывающий незнакомую побрякушку.

— Ясно, — наконец произнесла она, и ее голос стал ледяным.

— Что «ясно»? — удивился я. — Лиса ничего не почувствовала, и Кайл сказал, что это простое кольцо, не имеющее ценности.

— Потому что так оно и есть, — ответила Лира. — Вне ритуала этот амулет — просто кусок металла. Он не излучает магию, у него нет ауры. Он полностью «пустой» и невидим для любого сенсора, включая твою подругу.

— Тогда в чем его смысл? Зачем за ним так охотятся?

— Это не просто амулет. Это концентратор, — пояснила она. — Представь себе линзу для луча света. Сама по себе она не светит, но без нее ты не сможешь сфокусировать энергию. Этот амулет нужен, чтобы многократно усилить энергию, вливаемую в ритуал призыва. Или для того, чтобы связаться с кем-то очень могущественным и далеким.

Она посмотрела мне в глаза, и ее взгляд стал еще холоднее.

— И их должно быть три.

— Три? — переспросил я, чувствуя, как по спине ползет холодок.

— Три, — подтвердила она. — Они работают в связке, как ключи от одного замка. Один позволяет пробить брешь в реальности. Второй — стабилизировать их, чтобы они не схлопнулись. А третий — усиливает зов, позволяя призвать не случайную тварь из Бездны, а кого-то конкретного.

Я в шоке смотрел на кусок металла в своей руке. Все это время я считал его безделушкой, сувениром. А на деле — таскал с собой ключ.

Теперь все встало на свои места.

— Мне нужно стать сильнее. И как можно быстрее.

— Я согласна, — кивнула она. — Идем.

Она подняла руку, и за ее спиной снова начал закручиваться вихрь, тени начали собираться вокруг нас. Спустя секунд я оказался уже в другом месте.

Меня окутала липкая, промозглая духота. Это был не сухой жар саванны, а влажный, тяжелый воздух, который, казалось, можно было резать ножом. Мы оказались в болотистой местности где-то в самом сердце Африки. Небо было затянуто плотной, грязно-желтой дымкой, сквозь которую солнце пробивалось лишь как тусклый, белесый диск, не дающий ни теней, ни нормального света. Все вокруг было погружено в зловещий, болезненный полумрак.

Под ногами чавкала темная, почти черная грязь. Повсюду из мутной, застойной воды, как кости древних гигантов, торчали полуразрушенные строения из черного, незнакомого мне камня. Местами руины уходили прямо в трясину, образуя опасные, топкие лабиринты. Тишину нарушал лишь тихий шелест камышей и бульканье пузырей метана, поднимавшихся со дна топей.

Лира вела меня по этому кошмарному пейзажу, выслеживая очередную жертву.

— Там, — она кивнула в сторону полузатопленной башни, одиноко стоявшей посреди болота. — Внутри. Справишься быстро.

Я молча двинулся вперед, перепрыгивая с кочки на кочку. Башня была сложена из огромных черных блоков, и внутри царил мрак. Я вошел, и мой взгляд зацепился за что-то белеющее в дальнем, заваленном обломками углу.

Это были кости. Человеческие.

Скелет сидел, прислонившись к стене, в позе человека, который просто сел отдохнуть и больше никогда не встал. На нем были истлевшие остатки одежды, которая даже сквозь грязь и тлен выглядела чужеродно в этом мире. Плотный пробковый шлем, какие носили европейские исследователи в XIX веке, валялся рядом. Походный китель из плотной ткани почти полностью истлел, но высокие кожаные сапоги, хоть и растрескались, сохранили свою форму. Рядом с ним лежал полностью проржавевший остов тяжелого крупнокалиберного штуцера, а на пальце поблескивал массивный родовой перстень-печатка.

Я опустился на колено рядом с останками. Мой взгляд привлек небольшой, чудом уцелевший фрагмент ткани на воротнике. Это была нашивка из плотного сукна. Выцветшая, почти потерявшая цвет, но на ней все еще можно было различить вышитый серебряной нитью герб: Лев сжимающий в лапе серебряный компас.

Знак Королевского корпуса исследователей аномалий —подразделения которое занималось истреблением демонов в колониях Британской империи, в академии про них рассказывали.

Такой же, как я , — пронеслось в голове. — Застрял здесь, в чужом, враждебном краю, и умер в одиночестве. Он заслуживал лучшего, чем гнить в этой богом забытой дыре.

Мой следующий взгляд привлек широкий браслет из потемневшей, потрескавшейся кожи с тусклыми серебряными вставками на его левом запястье. Я, движимый интуицией, расстегнул старые, закисшие пряжки и снял его.

Браслет был тяжелым и холодным. Но когда я примерил его на свою руку, он сел идеально, словно был сделан по моей мерке. Я почувствовал странный резонанс, едва заметный гул, отозвавшийся в моем источнике. Я инстинктивно направил в браслет крошечную, едва заметную искорку своей силы.

И он отреагировал.

Символы, выгравированные на внешней стороне, на мгновение вспыхнули тусклым фиолетовым светом. В тот же миг я почувствовал, что внутри браслета что-то есть. Что-то инородное. Я сконцентрировался, мысленно потянувшись к этому ощущению с намерением «достать».

Перед моей рукой прямо в воздухе возникла легкая дымка, из которой на пол с тихим стуком выпала фляжка.

Я в шоке уставился на нее, потом на браслет.

«Пространственный схрон».

Я читал о таких артефактах, но никогда не видел вживую. Я был уверен, что даже у Кайла, не было ничего подобного. Это была невероятно редкая и баснословно дорогая вещь.

Фляжку, сконцентрировавшись, я отправил обратно в браслет. Я смотрел на кости охотника, который оставил здесь такой ценный артефакт.

Я протянул руку к черепу скелета. Я заберу тебя с собой, брат. И похороню в более достойном месте.

Я сконцентрировался на браслете, вкладывая в него намерение «спрятать». Я почувствовал, как моя энергия потекла в артефакт. Но ничего не произошло. Кости остались на месте.

Я попробовал снова, вложив больше сил. Символы на браслете ярко вспыхнули, но кости так и не сдвинулись с места. Я почувствовал, как артефакт отторгает их.

Значит, он хранит только неорганику , — промелькнуло у меня в голове. — Неживые предметы. Эти кости, хоть и мертвы больше века, для него все еще часть живого мира. Либо это слишком большой предмет, чтобы его запихать в браслет.