Охотник на демонов 2 (СИ) - Шимохин Дмитрий - Страница 24

Кто я такой? Что это за «печать» у меня внутри? Кто такая Лира и чего она на самом деле хочет?

Я понял, что не могу просто сидеть и ждать. Я должен был сам во всем разобраться. Узнать правду.

Встав я и начал мерить шагами свою скромную комнату. Решение пришло само собой. Холодное, ясное и пугающее. Мне нужно было встретиться с Лирой снова. Но на этот раз — не как жертва, попавшая в ловушку. А как равный. Сознательно. По своей воле.

Мне нужны были ответы, и она была единственной, кто мог их дать.

Приняв душ, и перекусив, я переоделся в простое, гражданское. Взял меч, закрепив его за спиной под курткой. Это была не охота. Это были переговоры. Но на переговоры с дьяволом лучше приходить вооруженным.

«Цербер» ревел подомной, унося прочь от города, от его правил и лжи. Я ехал спокойно и сосредоточенно, направляясь в самую глухую и заброшенную часть промзоны, где тренировал свой проблеск.

Я оставил мотоцикл в тени ржавого ангара и прошел вглубь заброшки. Вокруг — лишь скелеты старых цехов, битый кирпич под ногами и гулкий вой ветра в пустых оконных проемах.

Вытащив из-под куртки амулет, который дала мне Лира. Гладкий, холодный обсидиан лежал на моей ладони. Сердце бешено колотилось. Я не знал, что произойдет. Появится ли она вообще? Или это тоже было частью ее игры?

Я сделал глубокий вдох, отгоняя сомнения, и сжал камень в руке, вкладывая в него все свое намерение, весь свой беззвучный зов: «Я здесь. Я готов говорить».

Сначала не произошло ничего. Прошла минута, другая. Я уже начал думать, что все это было зря, что я — идиот, стоящий посреди развалин в ожидании чуда.

И в этот момент камень в моей руке начал теплеть.

Тепло становилось все сильнее, превращаясь в ощутимый жар. Воздух стал плотнее. Тени в углах заброшенных зданий, казалось, сгустились и ожили.

Она появилась бесшумно. Она просто шагнула из самой густой тени у стены старого цеха, словно была ее частью. На ней были все те же иссиня-черные доспехи.

Она медленно сняла шлем, уставившись на меня своими золотыми глазами и произнесла:

— Я знала, что ты позовешь, — ее мелодичный голос нарушил тишину. — Но не думала, что так скоро.

Глава 13

Глава 13

Слова повисли в стылом воздухе заброшенного цеха. Ветер гулял под высокими сводами, гоняя пыль и шевеля обрывки брезента, но здесь, рядом с ней, казалось, замерло само время. Она стояла в нескольких шагах, сняв свой иссиня-черный шлем. Серебристые волосы тускло мерцали, ловя слабый свет далеких городских огней, пробивающийся сквозь выбитые окна. Идеальное, фарфоровое лицо, с которого, казалось, сошла древняя фреска. И глаза. Золотые, как два расплавленных солида, они смотрели на меня без гнева, без угрозы.

Я с трудом сглотнул, чувствуя, как по спине ползет холодок, не имеющий ничего общего с ночной прохладой. Тело гудело от напряжения, каждый мускул был натянут, как струна, готовая лопнуть. Я сделал шаг назад, упираясь спиной в холодную, шершавую колонну. Безопасное расстояние. Иллюзия безопасности.

— Хватит игр, — мой голос прозвучал хрипло и грубо, эхом отразившись от бетонных стен. Рука сама легла на рукоять меча, просто чтобы было за что держаться. — Кто ты? Что ты такое? Ты назвала себя полукровкой — что это значит?

Я впился в нее взглядом, пытаясь прожечь эту маску спокойствия, увидеть под ней истинное, уродливое лицо монстра. Но она не дрогнула. Лишь ее губы тронула легкая улыбка.

— Ты задаешь правильные вопросы, Александр, — тихо сказала она. — Но ты ищешь простые ответы там, где их нет. Ты делишь мир на черное и белое, на людей и демонов. А я застряла между ними.

Она сделала едва заметный шаг ко мне, и я инстинктивно напрягся.

— Ты хочешь знать, кто я? — Лира подняла взгляд к темному, теряющемуся во мраке потолку, словно читала там строки древней летописи. — Моя мать была… богиней. Покровительницей и стражем мира. Мира, которого больше нет.

Богиня? Это что, бред сумасшедшего? Она пытается меня запутать, сбить с толку масштабом лжи. Чем чудовищнее ложь, тем легче в нее поверить. Классика.

— А потом пришла Бездна, — ее голос стал ниже. — Голодная, вечная тьма. И во главе ее армады был мой отец. Архидемон Бальтазар, один из тех, кого можно назвать истинным владыкой бездны. От мира остались руины. А мою мать… он не убил. Он счел ее слишком прекрасной для смерти. Он пленил ее, сделал своей вечной игрушкой.

Она снова посмотрела на меня.

— И от этого союза, появилась я.

Какая слезливая история , — пронеслась первая мысль.

А следом и вторая: н о если в этом хоть капля правды… то передо мной существо, по сравнению с которым «четверка» из подвала — просто щенок. Дочь того, кто способен поглощать целые миры. И эта… эта сущность стоит передо мной и рассказывает мне сказки? Зачем?

Молчание, повисшее между нами, было тяжелее свинца. Я смотрел на нее, и мой мир, такой понятный и простой еще час назад, трещал по швам, рассыпаясь на миллионы острых, как стекло, осколков. История о богине и архидемоне звучала как бред, как эпическая поэма, не имеющая ничего общего с моей грязной, кровавой работой.

Я заставил себя оторваться от гипнотического взгляда. Нужно было вернуть контроль. Нужны факты, а не мифы.

— Хорошо… допустим, — я с трудом выдавил из себя слова, голос был чужим. — Допустим, я тебе верю. Но это ничего не объясняет. Как ты здесь оказалась? Почему вы все лезете в наш мир, как тараканы из щелей?

Лира медленно обвела взглядом убожество заброшенного цеха — ржавые балки, битый кирпич, горы мусора. На ее лице промелькнула тень брезгливости, смешанной с усталостью.

— Вы, люди, так забавно уверены в своей значимости, — произнесла она, и ее тон стал похож на тон профессора, объясняющего первокурснику очевидные вещи. — Вы думаете, Бездна мечтает завоевать это ? Ваш маленький, тусклый мир? Александр, ваш мир — не цель. Тихая заводь, вдалеке от всего. В нем нет абсолютно ничего интересного.

Она сделала шаг, и ее доспех не издал ни звука.

— Большинство демонов попадает сюда случайно. Ткань реальности тонка. Иногда в Бездне возникают нестабильные разломы, блуждающие порталы. Мелкие твари, копейки, двойки и другие, как вы их называете, просто проваливаются в них, как мусор, который затягивает в водоворот. Они слабы, глупы и действуют на чистых инстинктах: голод и страх. Я сама попала сюда так же, услышав о подобной аномалии искала путь, чтобы сбежать.

— А магия? — перебил я, цепляясь за единственную вещь, которая казалась реальной. — Наша магия?

— Ваша магия? — она тихо рассмеялась. — Это не ваша магия. Это эхо. Остаточная энергия, которая просачивается в ваш мир вместе с нами в короткие мгновения открытия разломов. Она слабая, разбавленная, неагрессивная. Идеальная среда для роста. Здесь любая тварь может эволюционировать гораздо быстрее и безопаснее, чем в вечной войне Бездны. Но когда они становятся сильнее, им становится тесно. Магии вашего мира им уже не хватает, она кажется им пресной водой после чистого спирта. И они уходят. Ищут путь обратно или в другие, более богатые энергией миры.

Значит, мы не защитники, а просто санитары? Подбираем то, что случайно просочилось из другого мира? А вся наша магия — лишь объедки с их стола? Эта мысль была омерзительной. Она переворачивала все, во что я верил. Весь мой путь, вся моя ненависть… все это было основано на непонимании? Я анализировал ее слова, пытался сопоставить их с тем, что знал. Хаотичные прорывы. Разные уровни силы. То, как сильные твари всегда появлялись в одиночку… Что-то в этом было. Что-то чудовищно логичное.

Лира снова посмотрела на меня, слегка склонив голову набок, словно рассматривала любопытный образец под микроскопом.

— В некоторых из вас, одаренных, я даже чувствую далекое, почти угасшее эхо демонской крови, — как бы невзначай добавила она. — Это значит лишь то, что когда-то давно кто-то из демонов стал прародителем нового рода. Возможно, даже не по своей воле.