Охотник на демонов 2 (СИ) - Шимохин Дмитрий - Страница 22

Кайл с трудом поднялся на ноги, опираясь на стену.

— «Сова», это Кайлов. У нас четверо раненых, состояние стабильное. Контакт с объектом высшего уровня потерян. Место зачищено. Высылайте группу зачистки и следователей. Конец связи.

Он с трудом поднялся на ноги, опираясь на стену. Взгляд его снова стал жёстким, капитанским.

— Уходим. Немедленно.

Опираясь друг на друга, хромая и шатаясь, мы покинули этот зал смерти. Мы спускались по тёмной лестнице небоскрёба. Тишину нарушал лишь скрип бетона под ногами и тяжёлое дыхание Грома. В этой тишине вопрос Кайла прозвучал оглушительно громко. Он шёл рядом со мной, помогая Ворону, и его голос был тихим, предназначенным только для меня.

— Саня… один вопрос.

Я посмотрел на него.

— Он играючи раскидал нас всех. Ты остался один, — его взгляд был прямым и пронзительным. — Так что произошло на самом деле?

Глава 12

Глава 12

Я встретил его взгляд. Сейчас решалось все. Доверие, которое я с таким трудом завоевал, висело на волоске. Но правда была еще опаснее.

— Я не знаю, Кэп. Честно, — я посмотрел ему прямо в глаза, и в моем голове не было лжи, только усталость и боль. — Я помню, как он уложил тебя. Помню, как ярость ударила в голову. Я бросился на него, рубанул мечом… кажется, даже попал. А потом — вспышка дикой боли в груди и темнота.

Я сделал паузу, словно пытаясь собрать мысли.

— Следующее, что я помню — я прихожу в себя на полу, один посреди зала. Первая мысль была — проверить остальных. Я подбежал к Лисе… ну, а дальше ты знаешь. Что было в промежутке, пока я был в отключке — понятия не имею. Может, он решил, что я уже труп, и просто ушел. Может, его что-то спугнуло. Я не знаю.

Кайл долго смотрел на меня изучающим взглядом. Он видел след от удара, видел мою усталость. Моя версия была простой, логичной и, что самое главное, ее невозможно было опровергнуть.

— Понятно, — наконец, коротко кивнул он, отводя взгляд. — Разберемся потом.

Тень подозрения в его глазах никуда не делась, но она сменилась растерянностью. Теперь у него не было за что зацепиться. А у меня была история, которой я буду придерживаться до конца.

— Ворон, ты как? Сможешь идти? — Кайл переключился в режим командира.

— Ноги целы, — прохрипел тот, с трудом поднимаясь и начали медленный спуск, поддерживая друг друга, а там и до фургона доковыляли.

Мы загрузились внутрь. Ворон, морщась от боли, хотел было сесть за руль, но я его остановил.

— Я поведу, — твердо сказал я, забирая у него ключи.

Из всей команды я был в наилучшей форме. Остальные едва держались на ногах. Я сел за руль, бросил последний взгляд на покинутый нами небоскреб и вывел фургон на дорогу.

Кайл достал свой коммуникатор и набрал номер.

— Пётр Андреевич? Это Дмитрий, — его голос был хриплым и уставшим. — Прошу прощения, что отвлекаю. У нас проблемы. Всю мою команду сильно помяли. Нам нужна помощь. Срочная. И… неофициальная.

В динамике раздался спокойный, глубокий голос.

— Дмитрий, какой разговор. Ты знаешь, что мои двери для тебя всегда открыты.

— Спасибо, — коротко ответил Кайл и сбросил вызов. Он повернулся ко мне, и в его глазах была мрачная решимость. — Саня, гони. Ты знаешь адрес.

Фургон свернул с шоссе. Я вел машину мимо безупречных газонов и вековых лип, направляясь к огромному особняку.

Нас уже ждали.

Едва я заглушил двигатель, двери распахнулись, и на крыльцо высыпала целая бригада в стерильно-белых халатах. Возглавлял их высокий, седовласый мужчина в безупречном костюме дворецкого.

— Господин Кайлов, — с легким кивком произнес он. — Его светлость ждет вас. Прошу следовать за мной.

Помогать нам не пришлось — мы сами вытащили из фургона едва стоявших на ногах Грома и Лису. Ворон, хоть и держался прямо, был бледен как полотно. Мы выглядели как банда оборванцев, ввалившаяся на императорский бал.

Воздух здесь пах стерильностью и антисептиками. Медицинский блок, оборудованный по последнему слову техники, мог дать фору любой столичной клинике. Целая команда магов-целителей тут же окружила нас, и началась быстрая, деловая суета.

— Дробленые ребра, внутреннее кровотечение, — скомандовал один из них, указывая на Грома. — В операционную, немедленно!

— Черепно-мозговая, сильная контузия, — констатировал второй, просвечивая голову Лисы мягким зеленым светом. — Ее в палату интенсивной терапии.

Ворона просто усадили в кресло и вкололи в шею какой-то сложный регенератор. Я видел, как он почти сразу перестал морщиться от боли.

Когда моих товарищей разобрали, как запчасти в мастерской, в зале появился сам князь. Он выглядел уставшим, но, увидев Кайла, на его лице промелькнула тень беспокойства.

— Дмитрий, — его голос был полон сдержанной тревоги. — Судя по вашему виду, охота была неудачной.

Он указал Кайлу на свободную кушетку, но тот покачал головой. Его взгляд остановился на мне.

— Сначала посмотрите его, Пётр Андреевич, — тихо, но твердо сказал Кайл. — Он принял на себя главный удар.

Я похолодел. Это была не забота. Это была проверка. Кайл все еще сомневался. Он хотел увидеть мои раны — или их отсутствие — своими глазами.

Князь перевел свой проницательный взгляд на меня.

— Александр. Прошу, раздевайтесь до пояса и проходите на диагностическую платформу.

Я молча кивнул. Под внимательными взглядами Кайла и Петра Андреевича я стянул с себя форму и футболку.

В тот момент, когда я повернулся к ним, Лиса, которую как раз укладывали на каталку, тихо ахнула. Кайл замер, и на его лице промелькнула тень… вины. Я видел, как ему стало стыдно за свои подозрения.

Вся моя грудь, от ключицы до солнечного сплетения, представляла собой один сплошной, уродливый синяк иссиня-черного цвета с багровыми подтеками. Он был настолько жутким, что казался нарисованным.

— Если бы не бронежилет, — спокойно констатировал Волконский, когда я лег на платформу, — это был бы летальный исход. Удар был чудовищной силы.

Он провел надо мной руками, и я почувствовал, как теплая, исцеляющая магия проникает в тело. Боль начала отступать, сменяясь приятным теплом. Пока целители занимались мной, Волконский присел на стул рядом.

— Молодой человек, ваше безрассудство едва не стоило вам жизни, — тихо сказал он, и в его голосе слышался укор ученого, а не священника. — Вы поторопились, пойдя к церковникам. Их варварские методы чуть не убили вас. Я два дня вытаскивал вас с того света, когда Дмитрий привез вас ко мне в прошлый раз.

Я молчал, не зная, что ответить.

— Я изучил подобные случаи, — продолжил он. — И нашел подсказки, но вы поспешили. Хотя молодости свойственна спешка.

Снова ритуал. Воспоминание о ледяных цепях и боли заставило меня содрогнуться.

— Спасибо за все, Пётр Андреевич, — сказал я с благодарностью.

Волконский понимающе кивнул.

Через час вся команда была на ногах. Боль ушла, переломы срослись, сотрясения прошли. Осталась лишь гулкая, свинцовая усталость и тяжелый взгляд Кайла, который он больше не отводил. Доверие, хоть и пошатнулось, начало восстанавливаться. Мы были живы. И это было главное.

Кайл как раз прощался с князем, когда на его коммуникаторе, лежавшем на столике, бешено замигал красный огонек экстренного вызова. Капитан бросил на него тяжелый, раздраженный взгляд.

— Да, — коротко ответил он.

Из динамика донесся срывающийся голос дежурного:

— Капитан! Где вас черти носят? Принимайте следующий вызов!

Кайл молча выслушал, его лицо превратилось в гранитную маску.

— Принял, — отчеканил он и сбросил вызов. Он обвел нас взглядом. В его глазах не было ни удивления, ни паники. Только бесконечная, смертельная усталость и стальная решимость. — Слышали? Отдых отменяется. В фургон.

И наш короткий миг покоя лопнул, как мыльный пузырь.

Следующие сутки слились в один бесконечный, кровавый кошмар. Вой сирены стал фоном нашей жизни, саундтреком к этому апокалипсису в миниатюре. Он не замолкал ни на минуту, ввинчиваясь в мозг, вытесняя любые мысли, кроме одной: «Следующий».