Охотник на демонов 2 (СИ) - Шимохин Дмитрий - Страница 18

Связь прервалась. Лиса бросила на меня короткий, уже абсолютно деловой взгляд. Наша личная, неловкая игра закончилась, так и не начавшись.

— Слышал? — её голос был твёрд. — У нас в городе вечеринка. Собирайся.

Через пять минут мы уже спускались в лифте. Она — свежая, одетая в форму, собранная и готовая к бою, с копной идеально уложенных волос. Я — в своей вчерашней помятой одежде, с полным хаосом в душе и всё ещё гудящей головой. Контраст был убийственным.

«Аврора» рванула с места, вливаясь в утренний поток. Город жил своей обычной жизнью, но в воздухе уже чувствовалось напряжение — вдалеке то и дело подвывали сирены. В салоне же царила наша собственная, неловкая тишина. Я смотрел на дорогу, но видел только смятую постель и её насмешливую улыбку.

— Молчишь, Зверев, — нарушила она тишину, не отрывая взгляда от дороги. — Переживаешь, что воспользовался моим пьяным, бессознательным состоянием? Как ты мог… А еще напарник, эх!

Я поперхнулся воздухом.

— Что? Я… мы… там что-то было? — выдавил я, чувствуя, как щёки заливает краска.

Лиса фыркнула, а потом от души расхохоталась — громко, заразительно, без капли злости.

— Успокойся, герой-любовник. Если бы мы даже захотели, у нас бы ничего не вышло. — Она бросила на меня быстрый, насмешливый взгляд. — Ты был в дрова. Абсолютные. Еле дотащила тебя до кровати. Да и я не лучше. Так что совесть твоя чиста, не обесчестил даму! А то жениться пришлось бы. Мда, нашла себе кавалера… — пробормотала она уже тише, и снова рассмеялась.

Я шумно выдохнул. Гора свалилась с плеч, но чувство неловкости никуда не делось. Чтобы сменить тему, я ухватился за единственное, что имело сейчас смысл.

— Можешь закинуть меня в общагу? Мне нужно переодеться и забрать снаряжение.

— Конечно, — кивнула она, уже серьёзнея. — Не пойдёшь же ты на общий сбор в помятых джинсах.

Тишина снова вернулась, но теперь она была другой — рабочей, сосредоточенной.

— Слушай… — начал я, глядя на проносящиеся за окном дома. — Это не кажется тебе странным? Вчера — бойня. А сегодня — внезапный аврал по всему городу.

— Ничего странного, — ответила она, ловко перестраиваясь. — Демоны — хаотичные твари. Прорвало в одном месте, пошла цепная реакция.

— А что, если нет? — я подался вперёд. — Что, если бойня в поместье была… преждевременной? Может, мы сорвали им главный ритуал, который должен был состояться сегодня? И теперь они лезут изо всех щелей, беспорядочно, потому что их план нарушен?

Лиса на мгновение задумалась, её пальцы чуть крепче сжали руль.

— Или ещё хуже… — продолжил я. — Что, если это всё звенья одной цепи? Сначала ловушка для спецназа и охотников в поместье, чтобы вывести из строя как можно больше бойцов. Теперь — волна мелких прорывов, чтобы растащить наши и так потрёпанные силы по всему городу. Идеальный момент, чтобы нанести главный удар где-то ещё. — Попытка избавиться от нас по частям…

Она мрачно усмехнулась.

— Ты думаешь, «культисты» — это единая организация с профсоюзом и корпоративами? Их десятки сект. Каждая ищет свое, одни ищут запретные артефакты, знания, вечную жизнь. У каждой свой хозяин, свои цели и свои ритуалы. Они грызутся между собой не хуже, чем мы с ними.

— Но как вообще можно им поклоняться? Видеть этих тварей и… служить им?

Лиса тяжело вздохнула, останавливаясь на светофоре.

— Люди всегда найдут причину, чтобы продать душу, Зверев. Особенно если им кажется, что они заключают выгодную сделку.

«Аврора» с визгом шин рванула на зелёный, оставляя наш философский разговор позади. Через пару минут она резко затормозила у моего общежития.

— Давай быстрее, Зверь, — бросила она, и в её глазах уже не было ни тени утренней неги, только сталь. — Вечеринка только начинается.

Я пулей вылетел из «Авроры», не дожидаясь, пока она полностью остановится.

Пять минут. Пять минут, чтобы превратиться из помятого в боевую единицу. Я влетел в общагу, перепрыгивая через ступеньки. В комнате — хаос. Сорвать с себя вчерашнюю одежду, натянуть жёсткую, привычную форму, затянуть ремни разгрузки. Схватить со стола меч, закрепить на поясе кобуру. Ещё минута — и я уже вылетал обратно на улицу, вскакивая на «Цербер».

Рёв мотора вернул меня в чувство, окончательно. Я гнал по утреннему городу, не обращая внимания на правила и светофоры. Я подлетел к отделу, бросил мотоцикл на парковке и влетел в наш кабинет.

Вся команда уже была в сборе. Они стояли в полной боевой выкладке у голографического монитора в центре комнаты. Карта города, висевшая над ним, пестрила десятками тревожно мигающих красных точек. Гром, Ворон и Кайл, уже в броне, выглядели мрачными и уставшими, словно и не ложились спать. Все обернулись на меня.

— Ближе всех живёт, а явился последним, — с язвительной улыбкой протянула Лиса. В её глазах, впрочем, плясали не столько смешинки, сколько отблески красных огней с карты.

— Надо было заскочить за формой и снаряжением, — буркнул я, защёлкивая на ходу крепления своего бронежилета.

— Раз все в сборе, слушайте, — прервал нас Кайл. Его лицо было серьёзным. Он указал на карту. — Дежурная смена захлёбывается. Прорывы по всему городу одновременно. Нас бросают в Адмиралтейский. Там уже легло два патруля. Судя по данным, мелочь, «копейки» и «двойки», но её очень много. В первую очередь двигаем в недострой, указал Кайл на одну из точек, и спустя пару минут мы уже грузились в машину.

Ворон гнал с невероятной скоростью, прошивая утренний поток, и я понял, что он борется за каждую секунду. Мы молча раскачивались в такт его резким манёврам.

Недостроенный небоскрёб, прозванный в народе «Иглой», мы увидели издалека. Он возвышался над промзоной, как зазубренный клык, вонзённый в серое небо.

Когда мы припарковались я огляделся, картина была удручающая. Строительная техника — краны, бетономешалки, самосвалы — застыла на своих местах, брошенная посреди рабочего дня. Валялись инструменты, недоеденные обеды в контейнерах. А поодаль, у самого оцепления, которое уже успел выставить прибывший патруль, жалась кучка перепуганных рабочих в грязных робах. Они молча курили и смотрели на тёмный силуэт «Иглы».

Кайл подошёл к ним, мы — за ним.

— Кто старший? — без предисловий спросил он.

Вперёд вышел коренастый мужчина в каске — бригадир. Его лицо было бледным.

— Что тут у вас стряслось? — спросил Кайл.

— А хрен его знает, — выдохнул бригадир, нервно сжимая пачку сигарет. — Минут сорок назад грохот раздался. Сверху. Будто… не знаю, будто там плиту бетонную уронили. А следом крики и рычание. Но такие, что кровь в жилах застыла. Нечеловеческий.

— Я видел! — вмешался молодой парень рядом с ним, его глаза были круглыми от ужаса. — Я на лесах был! В окне мелькали тени! На двадцатом этаже, может, выше. Огромные!

— Кто-то поднимался туда? — спросил Кайл.

— Нет! Там только голый бетон и ветер гуляет. После этого крика мы и рванули со стройки и вас вызвали. Жизнь дороже.

Кайл обменялся с нами коротким, мрачным взглядом. Крик, тень, грохот. И короткий всплеск «пустой» энергии, который засекли наши датчики. Картина начинала складываться.

Кайл выслушал бригадира, его лицо превратилось в непроницаемую маску.

— Ясно, — коротко бросил он и повернулся к нам. — Работаем тихо. Движемся вверх. Этаж за этажом. Саня, ты первый, Гром, страхуешь его. Лиса, Ворон — замыкаете. Ищите любую мелочь — следы, магический фон, что угодно. Пошли.

Мы вошли в бетонное чрево небоскрёба. Внутри здание встретило нас давящей, неестественной тишиной и холодом.

Я шёл первым, как живой миноискатель, заглядывая в каждое пустое помещение, в каждый тёмный угол. За мной, как тени, бесшумно следовала команда. Мы двигались, как единый, отлаженный механизм, общаясь только жестами. Взгляд Кайла, кивок Грома, едва заметное движение руки Лисы — этого было достаточно.

Этаж за этажом. Пятый. Десятый. Пятнадцатый.

Ничего.

Только голый бетон, покрытый слоем пыли, торчащая из стен арматура и завывающий в пустых шахтах лифтов сквозняк. Не было ни следов, ни тел, ни малейших признаков магической активности.