Системный Кузнец. Трилогия (СИ) - Мечников Ярослав - Страница 136

– Здраво мыслишь, кожевник, здраво, – Свен одобрительно хлопнул парня по плечу. – Хорошего преемника себе Гром воспитал. Хоть и тот ещё злыдень, уж не знаю, как ты его терпел, – хохотнул рыжий. – Но мастер он, да… один из лучших во всём Пределе.

Рыжий подошёл поближе к Ларсу и, прищурившись, вгляделся в лицо.

– А ты, парень, откуда родом‑то будешь? Глазищи‑то какие голубые… Я уж почти во всех деревнях в округе бывал, а таких, как ты, не видал. Как у нас‑то оказался? Гром тебя привёз откуда, или ты сам прибился?

Парень отвёл взгляд – лицо, до этого оживлённое, стало напряжённым.

– Деревни моей… больше нет, – сказал тихо, почти шёпотом. – Налётчики сожгли.

Кожевник замолчал, сглотнув.

– Я один выжил. Скитался, побирался… Добрался до баронского замка. Там и встретил мастера Грома – тот заезжал за каким‑то заказом. А я тогда в одной мастерской за еду да медяки полы мёл – увидел, как он работает, и напросился. Сказал, что готов всё делать, хоть задарма, лишь бы научил. Ну, он посмотрел на меня, хмыкнул… и забрал с собой. Так я в Оплоте и оказался.

– О какая история… – выдохнул Свен, положив огромную ладонь на плечо Ларса. – Повезло тебе, парень, считай. Хоть и беда такая случилась, а все ж таки большая удача с таким мастером встретиться. Сами духи тебя сюда и направили. Видишь, оно как обернулось: там деревню твою покрошили, а теперь ты здесь, и своим ремеслом сможешь помочь защитить наших людей.

Паренек воодушевился, выпрямился, и в голубых глазах блеснул огонь.

– Я, если нужно, и сам оружие в руки возьму, – молодой кожевник сжал кулак. – Первым брошусь на тварей, если потребуется.

Голос парня дрогнул. Было видно, как в его памяти зашевелились страшные воспоминания того дня.

В кузне повисла глухая тишина – будто мы трое, не сговариваясь, решили замолчать, в память о тех, кого Ларс потерял.

– Мастер Свен, – начал я тихо, нарушив тяжёлую тишину. – Выстоим же? Наша деревня выстоит?

– Духам только и известно, парень. Одним духам, – плотник покачал головой. – А к чему ты спрашиваешь?

Сжал губы.

– Хлипкий у нас частокол какой‑то. Ворота на соплях держатся.

Мужик тяжело вздохнул.

– А то я не знаю, – с досадой в голосе сказал он, и голос осип. – Мне одному это не по силам. Тут нужно, чтоб староста подсуетился, чтоб вся деревня навалилась. Большие работы нужны, чтоб восстановить рухлядь. Да только дела никому до этого нет… Ладно! – рыжий хлопнул себя по коленям. – Не гоже нам сейчас о плохом. Про оружие нужно думать. Когда первые наконечники‑то готовы будут?

– Сегодня, – ответил твёрдо.

Взгляд упал на Ульфа, который всё это время молча стоял в стороне, глядя на нас, как огромный, ничего не понимающий ребёнок. Свен проследил за моим взглядом, но ничего не сказал. Только как‑то по‑особенному, медленно кивнул – будто одобряя, что я взял к себе того, на кого никто до этого не обращал внимания.

Мы сделали все необходимые замеры для втулки и древка, а затем обсудили, как будет устроена финальная сборка оружия.

После того как мужчины ушли, я остался в кузне с молотобойцем. Парень всё это время стоял как молчаливый валун, не шелохнувшись. Я выдохнул, чувствуя, как внутри разгорается рабочий азарт.

– Ну что, Ульф, начнём?

Только‑только взял первый брусок, чтобы отправить в горн, как дверь в кузню снова отворилась.

На пороге, заслоняя свет, появился тот, кого меньше всего ожидал увидеть. Длинный, почти до пят, тёмный халат, скрывающий фигуру, смуглая кожа и бесстрастные чёрные глаза. Силуэт замер в дверном проёме.

Алхимик Ориан молчал. Но одно его присутствие тут же заполнило кузню холодной аурой.

Я медленно отложил в сторону брусок и уставился на него, невольно нахмурившись.

– Мастер Ориан? – выдавил из себя с большим трудом. Почувствовал, как вместе с его именем на языке появилась горечь, как от яда.

Мужчина сделал несколько шагов внутрь. Не шёл, а будто скользил по земляному полу, как змея.

– Чем обязан? – спросил я, стараясь говорить ровно.

Ориан окинул чёрным взглядом кузню – пыль, сажу, кучи металлолома. Воображение тут же нарисовало, как тот брезгливо морщится, но в полумраке выражение лица разглядеть было сложно.

– Вы собираетесь сражаться против них голым металлом? – спросил тот сухо, но с таким ледяным пренебрежением, что я поморщился.

Его общество тут же начало раздражать, но следом пришёл холодный расчёт. Начало речи предвещало что‑то дельное – неужели пришёл предложить помощь?

– Острым металлом, – осторожно поправил его, сделав акцент на первом слове.

Тот хмыкнул – гортанным звуком, а затем прошёл глубже и бросил взгляд на свежеизготовленный штамп. Мужчина не склонил головы, лишь одними глазами скользнул по граням и впадинам, а затем снова посмотрел на меня.

Я стоял, чувствуя, как тело невольно напрягается, мышцы твердеют в ожидании удара.

– Кай. Я пошёл кушать, – раздался за спиной голос Ульфа.

Почувствовал, что даже простодушному детине стало не по себе, тот захотел стремительно ретироваться. Не успел и подумать об этом, как молотобоец, похожий на огромный шкаф на ножках, быстро‑быстро перебирая ими, выскользнул из кузни.

– Что вы хотели? – спросил уже твёрже, не скрывая раздражения. В памяти всплыла сцена у рунного камня, угрозы и пустые глаза.

– Глупо с твоей стороны, щенок, было не подумать о моих способностях, раз уж ты надумал создавать оружие против глубинных тварей. – Алхимик говорил медленно, с расстановкой. – Твой металл не поможет. Он не окажет сопротивления. Нас всех перебьют, прежде чем успеем опомниться. Если слухи о тварях верны… они придут роем. Не сотнями, а тысячами. Падальщики живучи. Даже если ты проколешь их крюком, будут трепыхаться ещё долго, цепляясь за оружие, забирая на себя силы и время солдат.

Ориан говорил надменно, с уверенностью профессора, который объясняет прописную истину недалёкому студенту.

Задышал чаще, чувствуя, как раздражение волной заполняет внутренности, но тут же взял себя в руки.

– У вас есть конкретное предложение, мастер Ориан? – сказал, стараясь звучать так же холодно, как и он. – Если так – прошу, не томите. На разговоры вокруг да около у нас нет времени. Вы это знаете лучше меня.

Алхимик долго и беззвучно выдохнул.

– Ты знаешь, чем на самом деле занимаются алхимики?

– Смешивают ингредиенты, – нетерпеливо бросил ему.

– Смешивают ингредиенты… и силу, – поправил Ориан. – Если напитать металл особыми маслами, заряженными энергией, тварь не продержится и нескольких секунд. Проникнув внутрь, смесь тут же уничтожит её изнутри. Тебе не мешало бы об этом знать. Если бы ты и вправду думал, то в первую очередь пошёл бы ко мне.

Почувствовал укол досады на себя за то, что сразу не сообразил, но, справедливости ради, в памяти Кая ничего подобного и не было. Картина мира мальчишки ограничена скудными познаниями, которые передала мать. А отец рассказывал о силе скорее в форме охотничьих баек и легенд, а не через конкретную теоретическую базу.

– Я ещё многого не знаю, мастер Ориан. Но стараюсь учиться, – сказал ровно. – Так понимаю, вы пришли, чтобы помочь?

Мужчина долго молчал, вперившись в меня чёрными, как ночь, глазами. Затем хищная ухмылка коснулась его губ.

– Никому из нас не выгодно, чтобы эта деревня пала.

Ориан сказал это с многозначительной интонацией, и подтекст прочитался мгновенно. Он, алхимик, – чужак, возможно, из Диких Земель – оплот для него не родина, а удобное и безопасное логово. Мужик хорошо устроился здесь – и потому вынужден помочь, чтобы сохранить комфорт.

Но в словах прозвучало и ещё кое‑что, от чего по спине пробежал холод. Алхимик сказал «никому из нас», обращался ко мне так, будто чувствовал, что я, человек, занявший тело Кая, – тоже не местный, такой же пришелец, как и он. Может, я надумал, но прозвучало именно так, и от этой мысли стало не по себе.

– Что ж… – медленно протянул я, принимая игру. – Тогда приносите ваше масло. И мы вместе сделаем всё, что необходимо. Первая партия наконечников будет готова сегодня к ночи.