Магические будни интровертки (СИ) - Касперович Алла Леонидовна - Страница 7

– Мда… – вздохнул мухомор. – Не повезло тебе его первым встретить. Они с Ринкой не в ладах были. Уж не ведаю, что у них там стряслось, я ж то сам не местный. Знаю только, что годков десять уж как грызутся – столько я тут и живу.

Он, наверное, ждал от меня дальнейших вопросов, но мне вдруг ещё сильнее захотелось спать, так что я вовсю клевала носом и слушала даже не вполуха, а на какую-нибудь его двадцатую часть.

– Так, это… Будить вас так, как я Ринку будил?

– Не надо! – выпалил Боюн. – Мы сами просыпаемся!

Рыня опечалился, и коту стало совестно – а вот мне нет, но я почти спала, – и он предложил:

– Заходи лучше к нам иногда, чаю вместе попьём. Только рано не надо. Да, Насть?

– Умгу, – кивнула я.

– Хорошо! – просиял мухомор. – А что такое «чая»?

Глава 5

Рыня вскоре удалился, но вовсе не потому, что его усовестил мой вид – я почти распласталась на столе в приёмной. Ушёл он только после того, как съел всё, что я накрыла.

– Ой, с вами так хорошо! Я к вам ещё приду! – пообещал он на прощание.

– А вот угрожать не надо! – пробормотала я, когда за ним закрылась дверь.

– А мне он понравился! – заявил кот.

– Вот и будешь с ним общаться, а я спать пошла.

Зевнув, я двинулась обратно в спальню, кошак же, задрав и распушив хвост, потрусил за мной. Кроссовки я, кстати, так и не нашла, поэтому шлёпала босыми ногами.

– Эй, Настя! Так же нельзя! День на дворе, а ты спать!

– Вы, коты, вообще сутками дрыхнете. А я чем хуже?

Я вошла в вожделенную комнату и постаралась оставить котейку за дверью, но он успел протиснуться, даже хвост не прищемил. А жаль.

– А посуду кто убирать будет?

– Вот ты и убирай. – Я стащила через голову худи и бросила его… Ну, куда-то бросила, потом найду.

– Не могу, у меня лапки! – напомнил Боюн, запрыгнув на стул. Поэтому джинсы и приземлились на одного чрезмерно говорливого субъекта. – Эй!

– У меня тоже лапки, – зевнула я и забралась в постель. Ах, и это я возмущалась, что подушки слишком мягкие? Беру свои слова обратно! – Всё, я спать.

Мне показалось, что мне наконец удалось донести коту свою мысль, но он ещё не всё сказал.

– А посетители?

Я резко села на кровати, одеяло упало с груди, а глаза мои округлились:

– Какие, к чёрту, посетители?!

– Настя, ты Рыню вообще не слушала? Сегодня же приёмный день!

– Какого?!

Не то чтобы сон с меня слетел, но пока отступил, потому что я, мягко говоря, пребывала в шоке. Это я, работавшая в самом безлюдном месте, теперь буду принимать каких-то там посетителей? Что за подстава?! Им же ещё и помощь нужна наверняка, а чем я смогу помочь? Рассказать, где находится двадцать девятый том «Британники»? Рядом с двадцать восьмым, блин!

– Нет уж! Давай как-нибудь без этого! – запротестовала я и всё-таки выбралась из постели, и принялась ходить взад-вперёд по спальне. – Нет, ну за что мне всё это? А можно не надо, а? Да ё-моё…

– Насть, ты б оделась, что ли. Мне-то всё равно, а другие не поймут. Эй, Настька, не надо джинсы-то! – Кот уселся на них, да ещё и вцепился когтями, чтобы я точно не отобрала. – Рыня говорил, что местные девки… – тут он поймал мой свирепый взгляд, – то есть, местные девушки штаны не носят.

– Нет у меня другого! – огрызнулась я, хотя и так знала, что Боюн на это ответит

– А сундук? Это ж теперь всё твоё.

Ну, секонд хэндом я никогда не брезговала, конечно, но на этот раз мне было не по себе, ведь эти вещи мне оставила покойница. Однако деваться было некуда, и я, поворчав скорее для проформы, откинула тяжёлую крышку и уставилась на «приданое». Выглядело всё очень чистым, свежим и, кхм, новым? Так это Арина для меня всё новенькое подготовила! Точно же! Откуда я это знала? Да кто ж его разберёт. Даже если я и напридумывала себе – плевать, потому что стало легче.

– Настька, поторопись!

– Во сколько они хоть придут-то? – спросила я и вытащила первое попавшееся льняное платье цвета пожухлого василька. Сюда и поясок с серебристой вышивкой подошёл.

– А мне откуда знать? Я в ваших человеческих часах не понимаю. Рыня сказал, что скоро.

– Блин.

Кроссовки, видимо, окончательно от меня сбежали, зато я нашла просто замечательную обувь из натуральной кожи. И размер – тютелька в тютельку мой! Здесь были и сапожки, и ботинки, и несколько пар туфелек на плоской подошве – чем-то на балетки похожи, но только более грубые. Одну из пар я и надела.

«Даже если кроссовки не найду – не беда», – решила я, потому что в жизни своей ничего удобнее не носила.

– Настька, поторопись!

– Да тороплюсь я!

В шкатулку с украшениями я заглядывать не стала – знала, что снова начну там всё рассматривать. Так что оставалось только причесаться. На столике меня ждал деревянный гребень, но я помнила, что в рюкзаке, в среднем кармашке притаилась маленькая массажка – дорожный вариант. Увы, её я не обнаружила. Как и мобильного, паспорта, мятной жвачки, ключей и гигиенички. Только зонтик лежал один-одинёшенек.

– Блин, – повторила я со вздохом и отложила в сторонку почти бесполезную сумку. Вот куда мои вещи исчезли? Или это была плата за интересное кино? Тогда я хочу вернуть билет!

В общем, пришлось орудовать гребнем. Необычно, но сойдёт.

– Настька!

– Да иду я!

К тишине этого места я почти привыкла, поэтому меня немного удивил и, врать не буду, напугал гул снаружи. Это как зайти на главный рынок города – все жужжат и что-то от тебя хотят.

– Я ж вообще ничего в травах не смыслю! – запаниковала я, остановившись у дерева посреди приёмной.

– Но меня же ты как-то вылечила, – возразил Боюн, сев около меня.

– Вот именно! Как-то! Это вообще не я была.

– Ты – не ты, но получилось же.

– И что это ты такой спокойный и уверенный? – прищурившись, поинтересовалась я.

– Так я ж отвар, который ты Рыне дала, чуть-чуть попробовал. Ты сама разрешила!

– Я?!

Кот замялся:

– Ну… То есть, ты не запрещала. Я совсем чуточку! Капельку! Капелюсечку! Честно-честно! Просто так вкусно было!

– Погоди-погоди… – замотала головой я. – Какой отвар? Когда?

– Так, после завтрака почти сразу! Настька! – ахнул он. – Ты опять ничего не помнишь?

– Ничегошеньки… Боюн, что я делала?

Он призадумался:

– Ну… Ты вдруг встала и сказала нам ждать, пока ты сходишь в зельеварню…

– Куда?!

– В зельеварню. Ты сама так её назвала! Короче, ты скоро вернулась и принесла целый жбан чего-то зелёного. А пахло-то как вкусно!.. – кошак аж зажмурился от приятных воспоминаний. – Рыня мне глоточек предложил, ну я и попробовал.

– Вообще ничего не помню… – Я прикусила губу, потому что начинала догадываться, в чём дело. – Это что, я теперь из-за всех этих посетителей память терять буду?

– Это ещё проверить надо! – хмыкнул кот. – Давай, Настька, не дрейфь! Я в тебя верю! Ты сильная, ты справишься!

Трусом он мне больше нравился.

Вдохнув и выдохнув, и стараясь игнорировать колотящееся сердце, я открыла дверь и на пороге столкнулась ни с кем иным как с Тором. Вот почему именно он?! Да где ж я так накосячила?!

Но… До чего же привлекателен подлец! Сегодня на нём была простая рубаха с достаточно открытым воротом, и я могла разглядеть литые мышцы на его груди. А что не могла – дорисовало воображение.

Ух, мужчина моей мечты…

– Слишком долго, Травница. Опаздываешь.

… пока рот не открывает.

– Доброе утро, – задрав подбородок повыше, поздоровалась я. Пусть видит, что не у всех тут отсутствуют манеры.

Приветствие моё Тор, можно сказать, проигнорировал, потому что его еле заметный кивок ответом я считать отказываюсь. Отступив в сторонку, викинг открыл мне хороший обзор на довольно приличную очередь.

– Мать моя котячья… – вместо меня высказался Боюн, и я была с ним полностью согласна.

Очередь, хоть и длинная, но это меня как раз и не пугало – в гос. поликлиниках они порой и побольше будут, особенно на рентген или к заведующей. А вот – как бы это выразиться поточнее? – видовой состав действительно меня поразил. И меня ещё говорящий мухомор удивлял? Ха!