Магические будни интровертки (СИ) - Касперович Алла Леонидовна - Страница 3

– Это не я. Тебе показалось.

Может, я и продолжила бы «разборки» с котом, если бы краем глаза не заметила справа от себя полупрозрачную тень. Но стоило мне туда повернуться, как она исчезла.

– Здесь я… Здесь… – подтвердил мои догадки голос.

Что-то как-то надоело мне это кино. Я уже согласна была и просто побыть в каком-нибудь забытьи, пока меня там дома не откачают. Но мой организм упорно не желал проваливаться в спокойный сон. Ключевое здесь – спокойный.

Рюкзак я поставила на лавку – потом с ним разберусь, а пока я намеревалась выяснить, что же от меня хочет мой внутренний сценарист. Я когда-то смотрела какую-то документалку – а может, это и в дораме какой было, сейчас уже не вспомню, – что тело может реагировать на всё, что придумает наш мозг, когда мы в коме. Например, если мы порежемся «во сне», то и наяву потечёт кровь. А если нам голову открутят – ух, даже думать страшно. Я за свои двадцать семь лет столько всего пересмотрела и перечитала, что и представить не могла, куда поведёт меня вдохновение.

– Уважаемая, – снова начала я. Кот под креслом притих, но я всё равно грозно поглядывала в его сторону. – Кто мы, где мы и что будет дальше? И, если можно, без всяких там «беда». – Я во второй раз за сегодня одёрнула себя – вежливее надо быть. – Пожалуйста.

– Видимо, боги милосердные, придётся иметь дело с этим.

Эй, это со мной, что ли?

– Ничего не понимаю, – буркнула я.

– Теперь, дитя, – голос был полон смирения, – ты будешь Травницей вместо меня.

В смысле, я? Почему я? Травницей? Я? Да у меня все растения сдохнут! Кто-нибудь смените сценариста!

Вопить, как мой полосатый спутник, я не стала. Кстати, а с настоящим котом что? Я его хоть спасла? Надеюсь, я его не придавила своим телом. Веса во мне не так уж и много, но дворовому котейке и этого хватит.

– Прошу прощения? – уточнила я. – Кем?

– Травницей… – повторило невидимое создание. – Дитя, времени у меня осталось немного…

– А если я не хочу? – тут же оборвала я голос, пока мне не навязали ничего неприятного.

– Боюсь, дитя, у тебя нет права отказаться… Милосердные боги по неведомой причине выбрали именно тебя…

– Вот и мне интересно, – пробормотала я и зыркнула на кота, явно собиравшегося перебраться поближе к рюкзаку. По крайней мере, взгляда моего усатый вредитель убоялся, и на том спасибо.

– У богов свои причины! – отрезала Травница, да так, что я чуть не подпрыгнула. А вот у кота опять случилось недержание.

– Я не нарочно. Простите.

– Дашь ему, дитя, настой из семи трав… – Невидимка снова заговорила спокойно и даже как-то обречённо, что ли. – Ты готова, дитя?

– Нет! – вот тут уж рявкнула я. Но вопрос оказался риторическим, потому что я не смогла больше произнести ни слова, мне будто кляп вставили, и всё, что я могла делать – лишь мычать.

Двигаться мне не позволили: туловище моё обвили невидимые лианы, и единственное, чем я могла шевелить – пальцами на ногах. Невелика свобода, но я хотя бы знала, что тело по-прежнему подчинялось мне. Ну, почти.

Будто сразу отовсюду стал доноситься шёпот, от которого дыбом встали волосы – настолько замогильно он звучал:

– Отдаю тебе, дитя, силы свои, знания свои. Береги их и передай следующей. Призови её, как и всех нас ранее, из мира другого. Ту, что, как и все мы, жизнь готовы посвятить растениям, дабы излечивать хвори людские и не людские. До самого вздоха своего последнего неси исцеление страждущим.

«В смысле, до последнего вздоха?!» – внутренне ужасалась я. – «Не надо до последнего вздоха!»

Но, разумеется, меня никто не слышал. Зато я наконец увидела ту, что всё это время со мной разговаривала. Она так и не стала плотной, как мы с кошаком, но теперь и вправду походила на привидение. И меньше всего я предполагала, что Травница окажется не древней старушкой, а писаной красавицей с длинными золотистыми волосами, ресницами-опахалами и длиннющими же ногами, чьё совершенство не скрывало простое, перевязанное плетёным поясом, льняное платье в пол. Кого-то мне она напоминала… Да ладно! Почти один в один с той топ-моделью, из-за которой я и попала сюда, не знаю куда. Сходится: точно мои память и фантазия объединились против меня, определённо это они надо мною издеваются. То есть, я отныне буду встречать тех, на кого мне довелось обратить внимание в реальной жизни? Тогда у меня есть целый список из актёров на этот случай. Можно мне гарем из красавчиков?

Но я уже уяснила, что сюжет фильма, где главная роль досталась мне, я не выбираю.

– Остерегайся Тора, дитя…

И это было последнее, что сказала мне умирающая Травница. Подарив мне прощальную улыбку, она прикрыла глаза, подняла руки вверх и, превратившись в столб света, взмыла прямо в небеса через так и не раскрывшийся потолок. Путы, сдерживавшие меня, мгновенно ослабли, и я снова могла говорить, вот только совсем не хотелось.

Пусть мы и не были толком знакомы, я даже имя Травницы не знала, и почти со стопроцентной вероятностью её придумал мой мозг, мне её было по-настоящему жалко. В отличие от меня, она, похоже, действительно любила то, чем занималась. Что ж, надо, наверное, как-то почтить её память.

И только немного погодя, когда мы с котом завершили минуту молчания, растянувшуюся на десять, до меня вдруг дошло, что имя-то мужское очень уж знакомое. Неужто организм так мстит мне за то, что я его целую неделю в прошлом месяце мучила марвеловскими фильмами? А что ещё он придумает? Главное, чтоб тут Чужой не объявился, а то я иногда и ужастиками на ночь глядя балуюсь.

– Она что… того? – Кот поднял на меня свою растерянную морду. – Точно – того?

– Точно, – подтвердила я со вздохом.

Вместе с Травницей исчезло и сено, и на полу остались лежать только вилы. Впрочем, против я не была – вполне себе неплохое оружие, если что. Да и вообще, все эти садовые инструменты очень даже сгодятся для защиты, я же не знала, какой мир мне достался в подарок от шишки на голове.

– И что нам теперь делать? – озвучил мой вопрос кот.

– Давай для начала оглядимся, что ли.

Оказалось, что за стогом сена прятался толстый ствол дерева. Видимо, вокруг него эту комнату и построили. Говорю, комнату, потому что только одна дверь из неё вела на улицу, две другие – куда-то ещё. Ни туда, ни туда мне идти не хотелось. Как там обычно считается: в новое жильё нужно первым запустить кота, да?

– Не смотри на меня так, пожалуйста, – прошептал он, пытаясь спрятать голову в плечи. Разумеется, у него ничего не вышло.

Я указала на ближайшую ко мне дверь, ведущую в другое помещение.

– Иди посмотри, что там.

– Не пойду.

– Трус несчастный.

– Я не несчастный. Я просто трус. А будешь настаивать…

Он покосился на мой рюкзак, и я поджала губы.

– Ладно, сама посмотрю.

– Я тебя здесь подожду, – отозвался кошак.

– То есть, ты хочешь остаться здесь один-одинёшенек. В незнакомом месте. Совсем-совсем один…

– Я с тобой пойду! – вскочив на лапы и бросившись ко мне, сообщил он.

Посмеиваясь про себя, я отворила деревянную дверь. Ну что ж, раз я пока не могу вернуться в реальность, значит, будем смотреть это грёбаный фильм.

Глава 3

Внутри не оказалось ничего необычного: просто спальня. Травница явно любила комфорт – спала она на добротной деревянной кровати, где спокойно могло бы уместиться не меньше трёх человек. Подушки на мой вкус были слишком большими и пушистыми, но это я уже придиралась. Покрывало на постели тоже было выполнено в стиле пэчворк. Видимо, прежняя хозяйка на досуге увлекалась. Шкафа я не обнаружила, зато в углу стоял огроменный сундук. Заглядывать туда пока не хотелось, ведь Травницы всего с полчаса как не стало, а я уже набросилась на её имущество, как дальние родственники на бабкину квартиру.

Зато не удержалась и перебрала её украшения. Их я нашла на небольшом столике с двумя выдвижными ящиками. Резную шкатулку будто нарочно оставили открытой. Коралловые бусы, деревянные серьги, медные, латунные, ещё какие-то, медальоны, кулоны – в общем, глаза разбегались. Единственное, что я не нашла – кольца. Но это, наверное, объяснялось тем, что в работе требовались голые руки, но я не уверена. О травничестве я знала лишь то, что там с растениями возиться надо.