Магические будни интровертки (СИ) - Касперович Алла Леонидовна - Страница 11

Увы, запасы провизии оказались не бесконечными, как это было с медовухой и квасом. А потому мне однозначно вскоре придётся где-то раздобыть еду. Да и кота кормить надо – он же мышей ловить не умеет. Оставалось только выяснить, где её добыть и где взять на неё денег. Что-то не припомню, чтобы мне за вчерашнюю работу кто-то платил. Кот тоже не видел, чтобы кто-нибудь мне что-то давал – только брали. В доме мы также не нашли ни монет, ни каких-нибудь бумажек.

Благотворительность – это, конечно, хорошо и даже похвально. Но, если Травница будет помирать с голоду, вряд ли это кому-то понравится.

А Травница помирать с голоду не будет!

Не скажу, что я зависима от кофеина, но сейчас бы точно не отказалась от чашечки латте или капучино. Да на худой конец и три в одном подойдёт. Однако в этом доме меня ожидали лишь травки-муравки. Тоже вкусные, надо признать, особенно с мёдом, но душа-то требовала иного. Ну, ничего, главное сейчас – понять, где брать еду.

– Точно со мной не пойдёшь? – скорее по привычке, нежели по необходимости спросила я у кота.

– Точно-точно! – зевнул он и, потянувшись, свернулся клубком на кресле. Моём кресле, между прочим.

Вчерашнюю ошибку я повторять не стала и, вместо сандалий, надела даже не туфельки, а полуботинки. Утро встретило меня хмурыми облаками, поэтому на всякий случай я в рюкзак закинула зонтик. Среди вещей, оставленных мне Ариной, я ничего подобного не нашла. Интересно, чем тут местные от дождя укрываются? Мне вообще много чего интересно, только, где искать ответы – я не знала. Вот почему, если куда-то попадаешь, тебе не дают какой-нибудь путеводитель? Или, на худой конец, не читают лекцию под запись, как выживать в новом мире? Мне сейчас бы очень пригодилось.

Назад я уже ходила – не понравилось. Поэтому сейчас решила пойти прямо. Как выяснилось, считалочкам доверия нет. Что там в сказках говорят, если прямо пойдёшь? Вот вообще вспомнить не получилось, но вряд ли будет хуже, чем вчера.

Как и в лесу, в поле я тоже обнаружила хорошо протоптанную и наезженную дорожку. Настолько хорошо, что где-то даже виднелась лысая земля. К счастью, дорога была здесь только одна, так что заблудиться мне не грозило. На всякий случай я всё же старалась запоминать что-нибудь необычное, чтобы потом наверняка отыскать путь домой. У меня там кот некормленый как-никак.

Светло-серые облака приобрели графитовый оттенок и нависли низко над моей головой. Настолько низко, что, если молнии вздумается ударить по моей макушке, то зигзаг вряд ли будет намного длиннее хвоста Пикачу. Может, я немного и преувеличила, но ощущения у меня были именно такие. Успокаивало то, что мой, пусть и маленький, но очень крепкий зонтик не раз спасал меня от непогоды.

Я похвалила себя за то, что сменила обувь, потому что идти было намного приятнее и не так боязно, что на что-то наступишь, или кто-то на тебя покусится. Может, вчера мне и повстречалась полузмейка-получеловек, но ведь не исключено, что здесь водятся и настоящие змеи, а возможно, и ещё какая-нибудь кракозябра, охочая до женских ножек.

Сперва я, можно сказать, наслаждалась прогулкой, а потом начала переживать, что выбрала не тот путь, потому что я всё шла-шла, а ни на кого и ни на что не натыкалась. В конце концов, я не просто красоты местные изучить отправилась, а найти какую-нибудь провизию. Я уже подумывала бросить пустую затею и отправиться домой, как дорога вдруг вильнула влево, и за деревьями я разглядела какие-то домики. Приободрившись, я ускорила шаг. Никогда особо не искала общества, но жизнь заставила.

Чем ближе я подходила, тем громче становились голоса. Признаться, я немного струсила и даже едва не развернулась, и только воспоминание о голодных глазах Боюна заставило меня двигаться вперёд. Ладно, о своей продовольственной безопасности я тоже пеклась.

Открывшиеся мне низенькие домики из посеревших брёвен напомнили Музей народного творчества, в который нас чуть ли не каждый год с третьего по восьмой классы возили в школе. Только тут, вместо работников музея, по улочкам сновали разнообразные существа. Я уже тёртый калач, поэтому не удивилась. Но коленки немого тряслись, скрывать не буду.

– День добрый, Настя! – поприветствовала меня невысокая женщина с гнилыми зубами. Седые космы её спутались в дреды, но при этом их украшали нитки речного жемчуга. Лицо, хоть и морщинистое, но без единого пигментного пятна, а кожа гладкая настолько, будто за нею ухаживали только самые лучшие косметологи. Да и серебристо-белое платье на незнакомке было не из простых – шёлк не иначе.

– Добрый… – Я силилась вспомнить, кто передо мной, но не получалось.

– Да не мучься ты так, девонька! – усмехнулась она. – Митрофанова я жена, Любава.

Можно подумать, мне это чем-то помогло.

– Э…

– Митрофан. Леший. Он давеча к тебе заходил. Настойку для меня брал.

– А Вы… ты… – Никак не привыкну к местным порядкам.

– Кикимора я.

– Да ладно! – воскликнула я и тут же прикусила себе язык. Ещё не хватало обидеть её. Конечно же, я поспешила исправить ситуацию. – Просто ты замечательно выглядишь!

И тут я душой не покривила, потому что не вязался образ Любавы с, так сказать, классическим. Как-то не так я себе кикимор представляла. А где лохмотья? Где длинный деревянный нос, на котором растёт одинокий листик? Где волосы зелёные?

– Митрофан говорил, что ты девка хорошая, – закивала Любава. – Ты в деревню к нам зачем пришла?

Я ей всё и рассказала. И о том, что есть нечего, и о том, что денег нет.

– А зачем тебе деньги? – удивилась кикимора. – Ты ж Травница!

– И что? – Я не понимала, к чему ведёт моя новая знакомая.

– Ах, Аринка, Аринка! – поцокала языком Любава. – Неужто не расписала тебе, что да как?!

Я замотала головой:

– Не успела она. Наверное.

Отчего-то у меня поселилось чувство, что моя предшественница нарочно не оставила мне никакой информации. С её слов и действий я поняла, что она ждала кого-то другого, а тут я явилась. Злиться я на неё всё равно не могла. Как-никак, а дом мне достался хороший и, что самое главное, на отшибе.

– Ну, так тебе Тор лучше всех обскажет! – сказала кикимора, и я как-то сразу поняла, что она собирается сделать и, к немалому своему сожалению, оказалась права. Любава обернулась и как гаркнет: – Тор! Сюда иди!

«А можно не надо?..» – простонала я про себя, но было уже поздно, потому что из-за одного из домов высунулась блондинистая голова викинга.

Да что такое! Почему, куда я не пойду – на него натыкаюсь?! Нет, серьёзно: где я так нагрешила?

«Пожалуйста, не иди сюда!» – взмолилась я мысленно. – «Брысь! Псик! Фу! Плохой мальчик!»

Но он уже шёл к нам. Весь такой суровый, важный. И я, вся такая бледная и… голодная. Ладно, если он сможет мне помочь, пожалуй, смогу какое-то время выдержать его компанию.

– Тор, ты слышал, что Аринка наша учудила? – покачала головой Любава, когда он стал около неё, но смотрел при этом исключительно на меня. Как только дырку взглядом не прожёг, непонятно. – Ничего девке не объяснила! Ой! – спохватилась она. – Заболталась я с вами! Митрофан же мой голодный сидит! – Затем кикимора строго-строго посмотрела на викинга и тихонько сказала: – Обидишь девочку – прокляну.

Ого! А она мне нравится!

Любава помахала нам на прощание, и мы с Тором остались вдвоём. Если не считать всю деревню у него за спиной.

– Э… привет… – Я попыталась улыбнуться.

Он внимательно на меня посмотрел и спросил:

– Зачем ты меня преследуешь?

Это он так пошутил, да?

Глава 8

Мне очень многое хотелось высказать Тору, язык так и чесался, так и зудел, но я сумела взять себя в руки, потому что прекрасно понимала, что от этого мужлана зависело моё пропитание.

– Никого я не преследую! Это совпадение!

Вот даже знатоком мимики быть не надо, чтобы прочитать лицо викинга – не верил он мне и верить не собирался.

– Неважно. – Уголок его губ дёрнулся, но явно не из-за улыбки. Да чем же я так Тора раздражаю? Вот он меня, ясно почему. – Что тебе от меня надо?