Где моя башня, барон?! Том 3 (СИ) - Панарин Антон - Страница 46

Мои мысли прервало ощущение, что Гоб вернулся. Первое, что я сделал, это использовал навык отрицания. К чёрту стихи! На сегодня я их уже наслушался. Пусть изъясняется как нормальный чело… как нормальный, мать его, гоблин.

Из тени выполз Гоб, на брюхе которого красовались десятки отверстий, сочащихся зеленоватой кровью.

— Подстрелили, суки, — коротко пояснил зелёномордый.

— Я так и понял, — хмыкнул я и протянул ему цепочку с фрагментом, а также Пожирателя костей. — Спрячь в тень. А ещё забери голову Тесака. Она нам ещё пригодится. Как доказательство победы Воробья над железнодорожниками. И ещё. Надо…

— Трофеи уже собраны, — опередил меня гоблин, вытащив из тени двустволку. — Пристрелим пару уточек? А потом зажарим.

— Да делай что хочешь. Проглот, — усмехнулся я и, положив на его плечо руку, поднялся с земли. — Главное, к утру свали все трофеи в подвале гостиницы.

— Всё будет сделано в лучшем виде, шеф, — оскалился гоблин и сиганул в тёмное пятно. Видимо, решил отказаться от охоты, чтобы не привлекать к нам лишнего внимания.

Я доковылял до посёлка, вызвал такси, прождал его целый час и, наконец-то, сел в прокуренный салон.

— Чё, куда едем-то? — спросил водитель, не вынимая сигареты из зубов.

— На улицу Кубяка, здание 3Б, — коротко сказал я и откинулся на спинку пассажирского кресла.

— Да не вопрос. Ты только пятачок накинь за проезд. Не, я понимаю, ночное купание, романтика и всё такое. Но мне после тебя салон сушить, — начал торговаться водила. Я лишь устало вздохнул.

— Накину десятку, если ты замолчишь, и мы уже поедем, — тихо произнёс я.

— Понято, — расплылся в довольной улыбке водила, и автомобиль аккуратно тронулся с места.

Машина неслась по городу, рассекая темноту фарами. Скоро на этих улочках снова будут гулять парочки, позабыв про то, что можно схлопотать случайную пулю. Да и уголовников стало намного меньше. А скоро они и вовсе исчезнут. Осталось только посадить Федьку на трон.

Такси остановилось у гостиницы, я расплатился и побрёл в свой номер. Сбросил грязную одежду у входа, вошёл внутрь, а там прекрасный аромат ромашки заполнил всю комнату. О боги. Как же приятно вернуться домой. На цыпочках прокрался в душ и начал мыться.

Нежные руки коснулись спины, а через мгновение ко мне прижалась горячая грудь.

— Тебя так долго не было. Я соскучилась, — промурлыкала Катерина и поцеловала меня в шею. Затем она принюхалась. — А ты чего дымом пахнешь?

— С охотниками шашлыки жарили, — без зазрения совести соврал я, сохранив девушке немного нервных клеток.

Обернувшись, я прижал её к себе и впился в пухлые губы. Полночи мы наслаждались друг другом, а после сон всё-таки сумел нас сморить.

Проснулся я под пьянящий аромат свежесваренного кофе и жареной картошки. Подошёл к столу и довольно улыбнулся, окинув взглядом это великолепие. В сковороде румяная картошечка выпускает струйки пара. Рядом — кружка бодрящего горячего напитка.

А вот Катерины нигде не было. Забрав угощения, я вышел на балкон, где обнаружил небольшой столик и два стула, на один из которых я и уселся.

Завтрак исчез за считанные минуты, и на этот раз с зелёномордым я не поделился. Пригубил крепкого кофе, зажмурился от удовольствия.

О боги! Как же хорошо. На улицах суетятся люди, бегут по своим неимоверно важным делам, а у меня всё отлично. Тесак мёртв, а ещё…

— Гоб, — позвал я зелёного, вытянув руку.

Гоб прочёл мои мысли. В мою ладонь тут же легли фрагменты артефакта.

— Володька, жлоб, сам всё сожрал,

А я ради тебя недавно воевал,

А ты вот так ударил в спину,

Пригрел я на груди скотину! — обиженно прошипел гоблин из тени.

— Да ты достал, — устало вздохнул я. Затем схватил телефон и набрал номер Валька.

— Доброго утра, — обратился я к компаньону. — У меня поселился один охреневший прожорливый гость. Записывай заказ, сейчас начну диктовать… Пирог яблочный три штуки, пару цыплят табака, четыре стейка с кровью, борщ три литра, уха тоже трёшка, драники. Что? Сколько драников? Да хрен его знает. Давай сразу килограмм, а лучше два. Ага, и рыбу давай. Пять карасей, фаршированную щуку. Чего? Форель? Обломится! — возмутился я, услышав её цену, но из тени показалась недовольная морда Гоба.

— Эх… Давай и форель, — вздохнул я, замечая как зелёномордый показывает пять пальцев. — Пять штук.

Расплывшись в улыбке, Гоб снова исчез.

— И десертов накидай на своё усмотрение, — завершил я диктовать заказ. — Ага, спасибо. Стоимость вычти из моей доли. До скорого.

Я повесил трубку и продолжил наслаждаться спокойным утром, только на этот раз в стерильной тишине. Если не считать шум улицы, конечно. Допив кофе, я положил на стол два фрагмента свистка и подтолкнул их друг к другу. Яркая вспышка сплавила фрагменты в единое целое.

На гранях артефакта были нарисованы порывы ветра, при этом он выглядел завершённым. Ну что ж, посмотрим, на что ты способен.

Я вложил свисток в рот и что было сил дунул в него. Но… ничего не произошло. Точнее, он не издал совершенно никакого звука, а вот эффект был. И ещё какой!

Люди, спешащие по своим делам, резко припали к земле, схватились за уши, как будто как будто их оглушило. Один автомобиль от такого свиста и вовсе слетел с дороги. Видать, шофёр не справился с управлением. Ого, мощная штука. При этом на себе я не испытал никакого дискомфорта.

Прекратив дуть в свисток, я стал наблюдать за ошалевшими людьми, которые совершенно не понимали, что происходит. Когда пострадавшие убежали подальше от места, где их чуть не лишили слуха, я решил повторить эксперимент. Подул в свисток, но значительно слабее.

Мужчина в деловом костюме запихнул палец в ухо и принялся ковыряться, пытаясь убрать назойливый писк. Дама с веером начала отмахиваться от невидимого ей насекомого. Видимо, решила, что звук издаёт комар.

Судя по тому, что я вижу, свисток работает в радиусе примерно полсотни метров, а это просто шикарное расстояние.

Осталось проверить последнюю догадку. Я влил в свисток ману и сосредоточился на парне, продающем газеты, а после снова дунул в трубку. Поразительно, но на этот раз страдал только газетчик. Он тряс головой как припадочный, будто в ухо заполз какой-то жук, а остальные люди спокойно шли мимо и косились в его сторону.

Да с таким артефактом я ведь могу пробраться в особняк Мышкина и не давать ему спать ни днём ни ночью. В конечном итоге у него поедет крыша, и Мышара сам на себя наложит руки. Ладно, может, однажды я этим и займусь, но точно не сегодня. Сегодня меня ждёт лавка Шульмана, которому я продам все трофеи.

Бодрой походкой я направился в подвал и наткнулся на Никифоровича. Дед насупил брови, сурово посматривая на меня.

— Ну чё? Жоних хренов, — спросил он, сверля меня взглядом.

— Ну чё, старый? — ответил я вопросом на вопрос.

— В очё, — дерзко ответил Никифорович. — С Катькой моей кувыркаешься, стало быть?

— Есть такое дело. А ты решил исполнить обещание и обрезать мне яйчишки? — усмехнулся я.

— Я решил, шо ты в край охренел. Где моя баба? — возмущённо спросил он, заставив меня расхохотаться.

— Никифорович, блин ты горелый, — выдавил я, сдерживая смех. — Ну ты даёшь. Не, если хочешь я вызову тебе портовую шлюху…

— Сябе вызови! Мать твою за ногу! Мне нормальная баба нужна. Нормальная! Понимаешь? — страдальчески протянул дед.

— Понимаю. Сегодня этим и займусь, — кивнул я. — Тем более что была тут одна у меня на примете.

Во входную дверь постучали.

— Чего стоишь? Иди открывай, — улыбнулся я Никифоровичу.

— Я те чё, дворецкий, шо ль? — насупился дед и передразнил меня: — «Иди открывай»… Вот сам бы и пошёл. Молодой, а всё старого гоняеть. Тьфу! Никакого уважения.

Никифорович, бухтя по пути себе под нос, подошёл к двери, открыл её.

За ней стоял один из работников столовой с десятком пакетов.

— Владимир Константинович, куда заказ нести? — пыхтя, спросил парень, едва удерживая пакеты в руках.