Где моя башня, барон?! Том 3 (СИ) - Панарин Антон - Страница 30

День прошел совершенно бесполезно. Я набирался сил, гулял по лагерю и то и дело поглядывал в сторону башни. Оказалось, что из неё так никто и не вышел. Готов спорить, что все аристократы уже мертвы. В башнях такое случается сплошь и рядом. Вот и здесь, скорее всего, тоже случилось.

Когда начало смеркаться, я залез на стену, уставился в сторону входа в башню. Его довольно паршиво охраняли. Парочка гвардейцев с фонарями, скучая, курила сигареты и травила байки. Вывод напрашивался лишь один. Князь отправил в башню проверенных людей, готовых умереть за него, и теперь не боится, что кто-то прихватит артефакты и сбежит.

Я сразу же вспомнил слова Никитича: «Володька, не натвори глупостей!»

Но как же их не творить, когда они меня так ждут? Вход в башню манил, подсказывал варианты, как лучше обойти охрану. Обещал, что зачистка башни решит все мои проблемы, в том числе проблему с Мышкиным. И это был чертовски соблазнительный вариант.

Я боролся как мог. А с наступлением темноты спрятался за ящиками, стоящими у стены, и призвал Гоба. Зелёный как будто знал, о чём я думаю, высунул когтистую лапу из тени. На его ладони лежала красная жемчужина.

— Ах ты мелкий засранец! За это я закормлю тебя до смерти в любом ресторане мира, — радостно прошептал я. — Как ты вообще смог её достать? Тебя же переломало на части.

— Когда награда столь вкусна,

Неважно, ель или сосна

Сломает кости, размозжит,

Твой друг к трофеям уж бежит, — объяснил Гоб, чуть ли не пропев.

Я забрал жемчужину, и рука Гоба тут же исчезла. Это, конечно, не фиолетовая жемчужина, но на печать малой регенерации её хватит с лихвой. Зажав красный шарик в ладони, я представил, как на рёбрах выжигается новая руна. Энергия из жемчужины бурным потоком устремилась в тело, обжигая рёбра жуткой болью.

Я был близок к тому, чтобы заорать, но сдержался. Спасибо, что руна начинала действовать мгновенно после нанесения символов, иначе бок саднило бы ещё неделю. А так поджаренная плоть уже начала подживать.

Печать малой регенерации способна за пару минут закрыть небольшой порез. Глубокую рану, которая заживала бы месяц, печать закроет за две недели. Да, это не панацея от всего, но в некоторых случаях очень незаменима.

К примеру, в случае сильного ожога печать с лёгкостью исцелит кожу и уберёт волдыри. И сделает это в течение дня. То же самое с обморожением или кислотным ожогом. Если плоть повреждена лишь поверхностно, то это плёвая рана, которая быстро вылечится. А ещё у этой печати было замечательное свойство — она притупляла боль.

Выглянув из-за ящиков, я лишний раз порадовался тому, что сразу использовал жемчужину. Ведь сама судьба говорила, что мне делать дальше. В центре лагеря открылся портал, из которого вывалились два десятка аристократов. Среди них я разглядел кудрявого статного парня лет двадцати.

— Я сын князя Юсупова, — надменно заявил он. — Юсупов Виталий Арсеньевич. Стану первопроходцем башни. Куда идти?

Аристократ начал растерянно озираться по сторонам в поисках гвардейца, который укажет верный путь.

И такой быстро нашёлся, провожая группу ко входу в башню.

Но я ведь альтруист. И как истинный альтруист я не имел права бросать этих бедолаг на произвол судьбы. Скрываясь в тени башни, я последовал за группой аристократов.

Глава 9

— Ваше сиятельство. Одумайтесь. Если ваш папенька узнает о том, что вы самовольно проникли в башню, он нас казнит, — умолял аристократ, семенящий позади Юсупова-младшего.

— Семён, ты всегда был трусом. Нет поводов для волнений. Мы подготовленные бойцы с десятками сражений за плечами! — бахвальствовал Юсупов.

— Да, но это были учебные спарринги, — поправил его седой старик, идущий слева.

— А-а-а! Неважно. Я готов к настоящим свершениям! Какой смысл учиться в магической академии и никогда не использовать свои умения в деле? Это же бред! — отмахнулся Юсупов, направляясь ко входу в башню. — К тому же если я хочу принять бразды правления после смерти отца, то мне нужно проявить себя! Наработать авторитет! Сделать что-то легендарное!

Я следовал параллельно группе и наблюдал за тем, как они себя ведут. Из двадцати человек лишь семеро были бывалыми воинами. Остальные дилетанты. Младший сын князя Юсупова так и вовсе выглядел недоучкой с завышенным самомнением. Он явно недооценивал опасностей башни.

Забавно, что парень не испугался вестей о том, что в башне без вести пропала группа аристократов. Причём уже не первая. Он уверен, что именно ему, младшему сыну, удастся закрыть башню, заполучив славу, почёт и артефакты. Ну да, конечно. Прям так и будет. Юный мечтатель, блин.

Когда до входа в башню оставалось двадцать метров, позади раздался грозный крик:

— Ваше сиятельство! Я запрещаю вам приближаться к башне! — рявкнул капитан.

— Твою мать! Это Акимов! Бежим! — панически взвизгнул младший Юсупов и, сломя голову, рванулся ко входу.

— Остановите его! Не дайте коснуться стены! — заголосил капитан.

— Любой, кто мне помешает, сдохнет на виселице! — выпалил Юсупов и на бегу обнажил лезвие весьма дорогого клинка с сапфирами в рукояти.

Гвардейцы замерли. Они смотрели то на капитана, то на сынка князя и не знали, что им делать. Ослушаешься приказа — и тебя высекут перед строем. Выполнишь приказ — и тебя повесят. Для рядовых бойцов выбор оказался очевиден. Никто не желал нападать на знатную особу.

Компания пробилась ко входу, и первым прикоснулся к печати Юсупов-младший. Исчезая в яркой вспышке, он успел выкрикнуть:

— Борис Борисыч! Вы ещё будете мной гордиться!

Я накинул на голову капюшон и, воспользовавшись неразберихой, метнулся к стене башни. Моя рука коснулась печати перемещения в момент, когда в ней исчез последний из свиты Юсупова. Белая вспышка, и мир перестал существовать.

Кромешная тьма давила со всех сторон. Я слышал дыхание находящихся рядом аристократов и понимал, что нужно как можно скорее скрыться. Но куда? Я ни черта не вижу. Если нас переместили на платформу, за которой обрыв с кольями, то шаг в пустоту может дорого стоить. Хотя…

Я призвал Гоба и услышал, как босые ноги шлёпают по каменной поверхности. Он успел пробежать десяток шагов, прежде чем я его отозвал.

— Слышите⁈ — испуганно спросил Юсупов и потянулся к мане.

На его руке вспыхнул синеватый кристалл, от которого потянуло холодом. Из кристалла лился тусклый синеватый свет, едва осветивший пространство вокруг княжича. Благодаря этому свету я увидел, что мы находимся в круглом помещении, усыпанном колоннами, уходящими в бескрайнюю черноту.

Использовав руну «родэ», я ускорился и скрылся за ближайшей колонной раньше, чем меня успел хоть кто-то заметить.

— Ваше сиятельство, впереди дверь, — сказал седой старик, указав за спину парня.

— Но я слышал шаги, — неуверенно произнёс княжич.

— Возможно, это были капли воды или вам показалось, — пожал плечами старик. — Я осмотрел комнату, и здесь ничего нет. Мы должны двигаться вперёд.

— Да, Виталя, надо идти, — поддакнул парень с оттопыренными ушами и выдающимся вперёд животом. — Я слышал, что бывают башни с ограничением времени. Например, если не успел её пройти в течение суток, потолок обрушивается и убивает всех, кто внутри.

В одной руке парень сжимал фонарик, который зажёг только сейчас, в другой руке сжимал эфес шпаги.

— Анатолий, что за вздор? Если все погибли в башне, то кто смог рассказать эту небылицу? — усмехнулся Юсупов, явно пытаясь бодриться, хотя ему и было страшно. — Но вы правы. Не стоит здесь задерживаться. Идёмте.

Княжич взмахнул клинком и пустил по его лезвию тонкий поток маны. Что и говорить, ману он контролировал неплохо. Лезвие начало светиться синеватым оттенком, озарив всё вокруг. Группа последовала за ним.

Я же протянул руку и дождался, пока Гоб передаст мне чёрное колечко. Кольцо я тут же напялил на палец. Не хочу шуметь, как и знакомиться с этой компашкой. Став беззвучным, я последовал за авантюристами, бредущими навстречу смерти.