"Фантастика 2025-172". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Керлис Пальмира - Страница 290

Выглядела она в новом платье… Волшебно. Я всю дорогу ей любовался.

Итак, «Нимфа» выгрузила нас у особняка Лариной. Это был сравнительно небольшой двухэтажный дом, стоящий прямо на улице среди других особняков благородных семей. Я себе оторвал, скорее, гнездо рода. Ничего. На вырост нормально. И даёт неплохой повод для сплетен и завистливых обсуждений.

Нас встретил на входе лакей и проводил в зал, где происходило основное движение. Двустворчатые двери по обеим сторонам этого зала были распахнуты, и в соседних комнатах тоже клубился народ. По объяснению лакея справа находился зал с закусками, слева «музыкальный» салон.

Мы приехали далеко не самыми первыми, и зал уже был наполнен той самой «элитой форта», на которую я хотел посмотреть. Салон Лариной пользовался огромной популярностью среди молодёжи и людей до сорока лет. Более возрастные гости здесь были редкостью. Навскидку, здесь сегодня присутствовало около ста человек. Цифры на странице Лариной о посетителях колебались возле этой отметки, так что большего наплыва ждать не стоило.

С порога зала открывалась картина, наполненная элегантностью и комфортом. Просторные стены были оклеены тканевыми обоями с абстрактным узором. Визуально стену делили на части пилястры с растительным барельефом. Навощённый пол из наборного паркета сверкал под мягким светом двух хрустальных люстр, свисающих с потолка. Немногочисленные банкетки, обитые мягкими тканями, создавали уютные зоны для отдыха вдоль стен. По углам зала стояли изящные вазы с живыми цветами.

Сперва я провёл Оксану, превратившую лицо в неподвижную маску через самый центр толпы, демонстрируя наше прибытие. Покрутившись в центре, пораскланиваясь со смутно знакомыми и вовсе не знакомыми людьми, увидел у стены знакомую фигуру. Агата Гольц громоздилась у стены в одиночестве со стаканом виски в руке. Сморщив свою внушительную физиономию, она грозно взирала на трущуюся вокруг «молодёжь». Я устремился прямо к ней, рассекая толпу, как носорог, чьё плохое зрение не его проблема. Естественно, эта моя передислокация не осталась незамеченной. Чего я, собственно, и добивался.

— Приветствую вас, драгоценная госпожа Агата.

— Слушай, Олег. Мы же вроде договорились, что свои драгоценности ты можешь засунуть себе в жопу. Лизоблюдов и без тебя хватает, мой мальчик, — леди была сильно не в духе. Хотя при взгляде на Оксану её взгляд неожиданно потеплел. — Что это за прелестная молодая дева с тобой?

— Это моя аманта. Оксана Дмитриева, — Такое представление было заранее согласовано с девушкой. Аманта — официальная любовница. Временная спутница. Вполне уважаемый статус в Ожерелье, как оказалось. — Прошу любить и жаловать. Я, вот так и делаю.

— Непременно, мой мальчик, непременно. Откуда ты, прелестное дитя? Не припомню такой цветок на этой помойке.

— Качалка, драгоценная леди. Вот где настоящая мусорная куча. А здесь всё выглядит весьма… элегантно.

— Послушай, милочка, — Агата взяла Оксану под руку своими пухлыми пальчиками, — ко мне можешь обращаться по имени. Агата. Титулы меня утомляют. Я, знаешь ли, сама выросла в плебейской семье. Если бы не одарённость, хрен бы кто звал меня «драгоценной госпожой». И в клан взял. Это всё пустое.

— Я оставлю вас, Агата, ненадолго. Нужно представиться хозяйке. Оксана, ты со мной?

— Я бы лучше поговорила немного с леди Агатой, если она не против. А ты иди, дорогой.

Получив индульгенцию от своей девушки, я направился в правый, дальний от двери угол зала, в котором, судя по отдельному оформлению и бурлению людских потоков, и находилась хозяйка всего происходящего великолепия. По дороге кивнул поприветствовавшему меня чистильщику и раскланялся с парой младших лейтенантов ССФ, посетивших сие мероприятие в форме. Ребята меня явно узнали, я же, к своему стыду, знал их в лицо, но не по именам. Всех видел на награждении. Весьма пёстрая здесь компания собирается.

К Лариной постоянно подходили гости. Поговорив с хозяйкой минутку, отходили в сторону, исполнив обязанность по представлению. Некоторые, правда, в основном мужики за тридцать, оставались в непосредственной близости, образовывая группки по интересам. Я, проскользнув между двумя такими маленькими группами, оказался следующим на представление за семейной парой средних лет с дочкой-подростком лет шестнадцати. Отпустив их в свободное плавание, Ларина улыбнулась мне из-под вуали. Я, сделав пару шагов вперёд, оказался прямо перед ней.

Ларина восседала в кресле с гнутыми золочёными ножками в виде грифонов и вычурной спинкой. Сиденье кресла было расположено так, что сидящая на нём Ларина оказывалась с посетителем лицом к лицу. Я поклонился:

— Драгоценная госпожа. Счастлив познакомиться. Большая честь для меня быть приглашённым в ваш салон. Прошу, располагайте мной — мельком я взглянул на её руки. Простой серебряный перстень без камня. Благородная, но не огранённая. То, что она до сих пор не утратила статус после смерти мужа, говорило: — у неё есть высокие покровители.

— Рада видеть у себя в гостях самого молодого героя форпоста. Ваши поступки вдохновляют. С огромным интересом слежу за вашими деяниями. Скажите. Это презрение к смерти. Эта ваша впечатляющая отвага. Умение оказываться в нужном месте в нужное время. Это ваша магия? Признавайтесь! — она чарующе, ну, по её мнению, улыбнулась мне.

— Никакой магии, драгоценная госпожа. Только превосходные личные качества, — я максимально напыжился и выкатил грудь, преданно глядя Лариной в корсет. Жаль слюну нельзя пустить, не подобающе. Корсет был, кстати, не очень впечатляющим. Такое в Павлограде уже полдня не носят! Хе-хе.

— Боже мой, так передо мной стоит герой, подобный старым, огранённым из легенд империи!

— Старые герои эту самую империю профукали. Так что это не очень лестное сравнение, госпожа Ларина, — налюбовавшись на корсет, я увлечённо занялся изучением собственных ногтей.

— О! Татьяна! Прошу вас! Для друзей я Татьяна!

Она порывисто подалась вперёд, открывая моему взору дополнительный контент. И обхватила моё запястье кончиками пальцев. Я послушно ускорил пульс. И постарался слегка покраснеть. А то так и проколоться недолго. На периферии зрения замаячили недовольные физиономии гуманоидов в форме и без, бродивших вокруг хозяйки дома, как робкие антилопы вокруг опасного водопоя.

— Конечно, Татьяна. Большая честь попасть в круг ваших друзей.

— А ваша… спутница. Насколько я знаю, она даже не из граждан. Удовлетворите моё любопытство. Что это. Временная прихоть? Или пламенная страсть?

Я едва не поморщился. Вот ведь дура, прости Сила. Ей нужен другой учитель риторики. Откуда эта слащавая пакость? Или она меня совсем за дурачка держит? В целом, нужное мне сейчас впечатление.

— Не все вещи такие, какими кажутся. Моя аманта — очень полезный человек. А скоро пойдёт огранку и станет мне ровней. Но на ваш вопрос отвечу, конечно, это страсть! И в то же время прихоть. Я сложный человек.

И я многозначительно ухмыльнулся, стараясь сделать эту усмешку глуповатой и немного гнусной. Попутно сжал её руку в ответ, тоже считая пульс. Как я и думал. Ровненький.

— Действительно. Такой человек, как вы, Олег, не может быть простым! Скажите. Идея заступиться за изменённых, была внушена вам нашей добросердечной доктором Гольц? Явленная вами грань милосердия, кажется, не нашла особого отклика в сердцах людей. Здесь фронтир. Мы суровые люди. Практики. Но сам порыв, конечно, весьма благороден!

— Какое милосердие? Какие изменённые? Какое мне дело до несчастных уродцев? Я рассказал общественности о своих деяниях. Которые многие пытаются замолчать или принизить. А госпожа Гольц просто помогла с публикациями, за что я ей безмерно благодарен!

Да, вот такой я тупой. А подлая драгоценная госпожа мной манипулирует. Фу такой быть, кстати. Использовать молоденького глупенького мальчика в своих интригах. Как это гадко!