Искры на ветру (СИ) - Ярошинская Ольга - Страница 49

Они смотрели на него так, словно пытались разобрать на части. Снять и пропотевшую после перелета рубашку, содрать кожу вместе с драконьими знаками, заглянуть в самую душу, взвесить ее и понять, что он из себя представляет.

Казалось, они с Вив попали еще в одну западню, и здесь ее чешуя не поможет.

— Мой огонь больше никого не обжигает, — подтвердил Элай. — Если только я этого не захочу. Я получил еще один знак, который уравновесил драконью кровь.

Привстав, он протянул старому другу руку, и тот, подойдя ближе, осторожно ее пожал, а после, расплывшись в улыбке, обхватил обеими ладонями и энергично потряс.

— Не жжется! — изумился Чезарь. Забывшись, а может, специально допустив фамильярность, он воскликнул: — Проверьте сами!

Советники потянулись один за одним, и, пожимая им руки, Элай думал, что пока все идет очень даже неплохо.

— И какой же новый знак получил… наш принц? — поинтересовался тучный мужчина с черными угольками глаз.

— Сердце, — ответил Элай.

Взгляды советников сошлись теперь на Вивиане, и Элай пожалел, что не может прикрыть ее от любопытных глаз. Но она держалась с молчаливым достоинством.

— Риан, так у тебя еще один легендарный знак? — ахнул Чезарь, слегка переигрывая. — Давненько на престоле не было короля, осененного такой благодатью дракона!

— Еще скажите, что он может превращаться в ящера, — фыркнул один из советников, худой и юркий как ящерица. Он раздраженно побарабанил пальцами по столу, демонстративно отпустив когти и царапая благородное красное дерево.

— Хватит с нас королевы с хвостом, — заявил другой, убеленный сединами дед.

— Кстати, где она? — не отставал тот, с когтями, и с преувеличенным ужасом схватился за грудь, когда ему сообщили о смерти Сивилл.

— А второй Риан? — спросил еще один советник, с тонким бледным лицом. — Король назвал преемником младшего сына!

— Это не так, — возразил Луциан. — Король бредил и видел перед собой старшего. Он просил показать крылья, которых у младшего Риана точно нет. К слову, обстоятельства смерти короля вызывают сомнения…

Советники принялись спорить, а Элай повернулся к Вив, погладив ее прохладные пальцы.

— Есть хочу, — тихо пожаловалась она.

— Я бы тоже не отказался, — пробасил из-за плеча Туч, решивший взять на себя обязанности королевского охранника.

— Мы требуем освобождения из-под стражи принца Риана, наследника трона! — разорялся когтистый. — Расследовать трагическую смерть королевы Сивиллы! Ее убийца должен взойти на плаху! Не сносить ему головы!

— Я бы не торопилась с поспешными решениями, — Хильда вошла в зал совета с такой уверенностью, словно была одним из его членов.

За ней вошел статный блондин в черном камзоле с приметным знаком в виде глаза, вышитым поверх рукава. Королевский дознаватель. Глаз дракона рождает не только гениальных живописцев, иногда этот знак позволяет видеть недоступное другим. Но сейчас Элай надеялся, что дознаватель посмотрит не слишком глубоко.

Коротко поклонившись Совету, мужчина повернулся к Элаю и дальше обращался только к нему.

— Есть основания полагать, что роковой удар, прервавший жизнь королевы Сивиллы, был нанесен ее сыном, принцем Тирианом, — сразу перешел он к делу.

Его фраза взорвала повисшее было в зале молчание.

— Невозможно!

— Заговор!

— Фальсификация!

— Орудие преступления найдено рядом с телом. На рукоятке инкрустация в форме инициалов принца, — невозмутимо продолжал дознаватель.

— Кто угодно мог взять этот нож! Риан разбрасывал их, где придется!

— Подлог!

— Подставили!

— Также имеется служанка, которая видела, как королева заходила в свои покои с принцем Тирианом, — добавил дознаватель, сохраняя ледяное спокойствие.

— Девка лжет, — сказали уже тише.

— С чего бы ему убивать собственную мать? — рявкнул когтистый. — Что за бред?

— Также имеются показания целого ряда жертв, пострадавших от вспыльчивости принца и негативного проявления знака скульптора, — скучающим тоном произнес дознаватель. — Есть неопровержимые доказательства, что в его случае драконья кровь взяла верх, и инициация имела крайне негативные последствия, необратимо разрушившие личность.

На это ни у кого не нашлось возражений, и советники притихли. А Элай с восторгом и ужасом понял — они вполне допускают возможность того, что королеву убил ее собственный сын. Совсем, что ли, Риан рехнулся? И что еще за такие жертвы?

— Это скандал, — вздохнул старик, промокнув слезящиеся глаза. — Невозможно признать короля сумасшедшим.

— Слухи уже расходятся. А хорошенькие служанки разбегаются из дворца как мыши с тонущего корабля. Где это видано! В королевском дворце не найти пригожую девку! — с искренним возмущением выдал молчавший до этого советник с напомаженными темными волосами.

— Тириан и не король, — напомнил Чезарь. — Мы не приносили ему присягу.

— О чем вообще спор? — раздраженно вздохнул Луциан, побарабанив тонкими пальцами по столу, и его аккуратно подстриженные ногти не оставляли царапин. — На одной чаше весов младший принц, садист и убийца, на другой — старший, наследник престола по праву, с легендарными знаками и красоткой-женой.

— И армией красноперых, — веско обронил тучный. — Наш совет — профанация, не так ли?

— Не так, — ответил Элай. — Я не собираюсь упразднять совет и вовсе не стремлюсь брать бремя власти лишь на свои плечи. Но нас ждут большие перемены.

Два года спустя

Письмо доставили специальной почтой, и Элай, вскрыв конверт, запечатанный сургучом с оттиском змеи и чаши, пробежался взглядом по неожиданно пространному тексту. Обычно письма из лечебницы, где содержался Тириан, были весьма лаконичны и напоминали сухой отчет, аналогичный тому, что лекарь давал о состоянии Инея: без изменений.

Но теперь…

«Со скорбью сообщаем о трагедии… Убийцу ищут, но… Лечение все равно не давало результатов…»

Последнее выглядело жалкой попыткой уйти от ответственности. Все же преступник умудрился устроиться в крепость, поработать там какое-то время, не вызвав никаких подозрений. Впрочем, защита лечебницы рассчитана на то, чтобы никого не выпускать. А вот проникнуть в нее, похоже, куда проще.

— Что-то случилось? — чутко вскинулась Вив, которая рисовала у окна.

— Тириана убили, — сказал Элай, глядя перед собой и не видя ни строчки.

Два года назад Тириана упрятали в специальную лечебницу для тех, кто не справился с инициацией драконьей кровью. Куда больше это место напоминало тюрьму строгого режима: беспрецедентные меры защиты, профессиональная охрана с драконьими знаками. А в качестве целебной меры разве что регулярное кровопускание, дабы облегчить симптомы.

Тириан и правда рехнулся. Свидетелей оказалось не меньше десятка, и им даже не пришлось ничего говорить — достаточно было показать, что сотворил с ними принц. Тириан возомнил себя великим скульптором и придумал собственную подпись, которую оставлял на телах несчастных.

Дознавателя слегка смутил тот факт, что на теле королевы подписи не оказалось. Но свидетельница — служанка, которая пряталась в коридорной нише, — клялась и божилась, что Тириан заходил к матери. И дознаватель видел — не врет. Так что Хильда, его кузина, зря волновалась. Это дело было ясным с самого начала. А что нет подписи, так может, не успел…

— Его убили? — ахнула Вив. — Как? Кто?

— Выглядит как месть, и тамошний дознаватель уверен, что убийца или брат, или жених одной из жертв Тириана, — ответил Элай, пытаясь понять, что чувствует.

Ни скорби, ни особого облегчения… Разве что жалость к мальчику, с которым он когда-то играл в мяч. Но малыш со славной улыбкой умер давным-давно.

— Мне жаль, — неуверенно произнесла Вив, но после сдула кудрявую прядку, упавшую на глаза, и честно призналась: — Вообще-то не жаль. Я даже немного рада. Честно, я бы не стала искать убийцу.

— Его следы потеряли в порту, и похоже, он сбежал из страны.