Княжна Екатерина Распутина (СИ) - Токарева Ольга "molishna" - Страница 2

Выдавив капсулу из блистера, она закинула ее в рот, запила водой, а затем отправилась в гардероб. Отодвинув вешалки с нарядами, Марианна Распутина засунула руку под стойку и нажала на выемку. Тотчас стена пришла в движение, одна из панелей выдвинулась вперед, а за ней произошло считывание кода, сканирование сетчатки глаза. Как только данные совпали, стальная дверь сейфа распахнулась.

Марианна, хмурясь, проверила бархатные футляры с алмазами, несколько капсул с сильнодействующим ядом, а также упаковку с универсальными капсулами с порошками, доставленных ей по неимоверной цене из Китая. Порошок был сделан из трав и, попадая в организм человека, недели через две-три вызывали смерть. Били они ударно по органам и с такой силой, что те отказывали, но самым невероятным было то, что действие таблеток невозможно было определить в организме. Положив найденную коробочку в сейф, хозяйка особняка закрыла его и отправилась спать. Засыпая, она была уверена, что найденные капсулы вернут ей ясность ума. Ледяная леди и представить не могла, что это были обычные гормональные капсулы для регулировки гормонов в организме и зачатия ребенка.

Что удивительно, но с началом приема капсул Марианна стала чувствовать себя лучше, у нее появился аппетит и настроение. В принципе, она прошла целый курс по жесткой системе стимуляции для оплодотворения организма. Когда капсулы закончились и пролетело три недели, Марианна с удивлением обнаружила у себя приход месячных.

Сначала она испугалась, напридумывала себе серию смертельных болезней. Но каким-то внутренним женским чутьем она догадалась, что не больна, а вновь чувствует себя молодой уверенной женщиной. После окончания месячных пролетело две недели.

На дворе стояло жаркое летнее время. Особняк Марианны Распутиной, утопающий в бурной зелени кустов и деревьев, находился под охраной не только камер, но и людей.

Шестидесятилетний Роман Слизнев в свой выходной познакомился с очаровательной молодой женщиной примерно сорока лет. Договорившись на очередное свидание и чтобы не ударить лицом в грязь, Роман начал принимать стимуляторы для подъема своего боевого друга. Но его мечтам не суждено было случиться. Его сменщик попал в больницу с аппендицитом, и начальник приказал Роману отработать за напарника. И всё бы ничего, да только на Слизнева напал стояк, да такой, что его распирало не только в штанах, а, кажется, и в голове. В полночь Роман понял, что больше не может терпеть. Вспомнив о горничной, прислуживающей самой хозяйки особняка, мужчина решил попытать счастья. «Вдруг бледнокожая согласится», — мысленно мечтал он, пока шел. Был один большой плюс: камеры слежения Роман искусно обошел, а в самом здании их не было. Не любила железная леди, когда за ней следят.

Когда мужчина шел по коридору, перед глазами у него уже стояла обнаженная, слегка полноватая, с небольшой грудью, кареглазая горничная. Пожалуй, самым неприятным в ее внешности была бледность кожи, за это она и получила такую кличку.

Пройдя холл, Роман направился в сторону покоев Марианны Распутиной, зная, что за ними расположена комната бледнокожей. Но только дойти до нее у него не сложилось. Дверь покоев железной леди распахнулась, и она выплыла из них, как приведение.

Роман застыл, словно пойманный на воровстве, но под действием возбудительных капсул горячим взглядом блуждал по телу Марианны. Она стояла перед ним в одном ночном черном шелковом пеньюаре на тонких бретельках. Ее большая высокая грудь четвертого размера чуть не выпрыгивала из соблазнительного кружевного выреза. Несмотря на возраст, женщина была невообразимо хороша, а еще от нее исходил приятный аромат, будоражащий ноздри мужчине.

Бросив взгляд на бархатистую кожу и ложбинку, Роман потерял голову. Зажав рот Марианне, он затащил ее в покои, а затем и до кровати. Никогда за свою жизнь мужчина не был столь прытким. Быстро расстегнув комбинезон, он наклонил Марианну и, спустив с нее черные трусики, занялся тем, о чем думал сутки. И еще понял Роман, что кличка железная леди Марианне Распутиной совершенно не подходит — она была вулканом.

Три ночи Роман ходил в покои к хозяйке особняка. И можно сказать, они использовали друг друга. Распутина вспомнила, насколько это волшебно — вновь испытать всю гамму чувств оргазма, а Слизнев спускал накопившиеся за день пары в паху.

Но Распутиной недаром дали прозвище железная леди, она быстро осознала, куда может привести эта интрижка. Никто и ничто не должно запятнать семейство Распутиных. Взяв из бара бутылку дорогого коньяка, сделав глоток, она вылила часть содержимого в раковину, а в остальной темно-коричневой жидкости растворила смертоносный порошок. Женщина знала, насколько работники завистливы и жадны на халяву. Разговоры ей ой как не нужны. И еще, не желая предстать пред семьей в полном рассудке, она пока прикидывалась старой маразматичкой и радовалась, что Анастасия ни о чем не догадалась.

Поставив бутылку на прикроватную тумбочку, Марианна улыбнулась той улыбкой, которая обычно играла на ее губах, когда она собиралась уничтожить одного из конкурентов.

Как она и предполагала, Роман после бурных излияний жадно посмотрел на бутылку с коньяком.

— Можешь допить, — сказала непринужденно Марианна, полулежа обнаженной на мягких подушках. — Мне на сегодня хватит. Если Анастасия увидит, то допьет.

Не особо вникая в хитроумность отношений служанки и хозяйки, Слизнев в благодарности кивнул, а затем практически залпом осушил бутылку.

— Я в отпуск ухожу, — промолвил он, облизывая губы, жадным похотливым взглядом блуждая по женскому телу. — Когда вернусь, продолжим наши встречи? — спросил он, затаив дыхание в ожидании.

— А почему бы и нет, — игриво ответила Марианна, — только у меня к тебе одна просьба… Никто не должен знать о том, с кем ты проводишь ночи.

— Я вообще не болтлив, — успокоил ее мужчина, одеваясь. — Это, конечно, не мое дело, но я одного не понимаю, почему все считают, что ты больна? Ты очень даже здравомыслящая женщина и такая секси, что молодым фору дашь.

Слова Романа задели за живое, но отвечать на его вопросы у нее не было никакого желания. Не дождавшись ответа, охранник ушел, а женщина, открыв окно, отправилась в ванную, чтобы смыть с себя посторонние запахи.

И вновь у Марианны началась обыденная жизнь, всколыхнувшая скуку в один из дней известием, которое сообщила Анастасия.

— Надо же… Роман Слизнев умер, — бубнила она себе под нос, расчесывая хозяйку. — Какая нелепая смерть, отдыхать на побережье моря, наслаждаться ее красотами и жизнью, затем нырнуть в лазурные воды и утонуть. В отпуск на море не поеду.

Железная леди в душе лишь порадовалась, что деньги за капсулу были уплачены не зря. Дальше ее жизнь протекала для нее со смесью тоски и, как ни странно это говорить, но желанием покушать и поспать. Это ее состояние длилось несколько месяцев, и если поспать ей давали с особой охотой, то еду приходилось выпрашивать руганью и криками.

— Это немыслимо, — ворчала Анастасия, расставляя тарелки на столе. — Вы за полгода набрали килограмм десять лишнего веса, живот стал расти, как у беременной.

От этой новости Марианну прошиб озноб, ее руки задрожали, вилка со звоном упала на тарелку. Застыв в немом изумлении, железная леди смотрела в одну точку, медленно прокручивая в уме состояние своего организма: «Выходит, это не кишки в животе шевелятся, а ребенок, и этот зверский аппетит произошел из-за него. Но это просто не может быть!… Хотя… — она ненадолго погрузилась в воспоминания бурных ночей с Романом и пришла к неутешительному выводу: — Она беременная. Аборт делать поздно, а на дому это делать опасно, да и свидетели ее позора ни к чему… Я подвергла семью позору. О нас будут говорить все кому не лень. Нашу семью запятнают ехидными разговорами: 'Ха! Железная леди беременная! Шутите⁈ В ее-то возрасте! О чем она думала⁈ А не знаете, кто отец ребенка?… Не-е-ет!… Позора нельзя допустить!».