Питбуль и Митрофанушка (СИ) - Яманов Александр - Страница 37

— Что ещё? Я же сказал, завтра буду, — отвечаю раздражённо.

— Мне ты ничего не говорил. Или я не вовремя? — раздаётся голос Лены.

Блин! Вот почему проблемы наваливаются все разом? Чую, что это только начало.

[1] Даниэль Йоханнес Стефанус Терон (1872 — 1900) — бурский офицер-разведчик, герой Второй англо-бурской войны. Двоюродный прадед актрисы Шарлиз Терон. Реальный прототип главного героя романа Луи Буссенара «Капитан Сорви голова».

Император Вальпургий

Кор Вериус

Глава 15

Февраль 2021 года. Москва. Московская область, Чушкинский район, город N .

Машину с питбулем я оставил перед НИИ им. Вишневского, и двинулся в сторону ожогового отделения. Я ещё вчера договорился перевозе Барби из нашей районной больницы, называемой местными «долина смерти». Нет там профильного отделения для пострадавших от ожогов. Хотя скорая зачем-то отвезла девушку именно туда. Бывает. Пришлось попросить старого знакомого помочь. Несмотря на позднее время, всё разрешилось. Денег, конечно, заплатил, но это вторично.

Вернулся домой в три утра и решил хоть немного отдохнуть. На удивление сразу заснул. Всё равно трагедия уже произошла, а мы можем только устранить её последствия. Человека, конечно, не вернуть. Но помочь Наталье с выздоровлением просто обязаны.

Поэтому с утра я провёл собрание коллектива, попросив народ успокоиться. Разве что определил Диму помочь матери Барби с похоронами. Он у нас самый спокойный и не поддаётся лишним эмоциям. Как-то удалось направить остальных сотрудников в рабочее русло. Трудотерапия — хорошая штука. Начинаешь, чего-то делать, отключая мозг с лишними мыслями. Это сейчас и нужно. Благо заказов привалило, народу есть чем заняться. Заодно пообещал через два дня коллективную поездку к болящей.

Сам же сидел, как на иголках, заставляя себя помогать Сергеичу. Мысли скакали, требуя действий. Однако именно сейчас нужно успокоиться. Наконец, после обеда я заехал за Веллером и двинул в столицу.

По дороге мы больше молчали. Пришелец, как всегда, пялился в окно, рассматривая поток машин и здания. Я же решал важный вопрос. Это в боевиках герой бездумно бросается сражаться с творящейся несправедливостью и всегда побеждает. У нас немного иная ситуация. Плохо верится в благоприятный исход, если придётся влезть в разборки. А нашему правосудию я верю ещё меньше.

Тут ещё взбрыкнувшая Елена. Как-то нехорошо мы с ней поговорили. Я устал и на нервах. Она подозревает меня в обмане, хотя не говорит этого напрямую. В итоге мы решили созвониться на следующий день, но девушка не сняла трубку. Теоретически Лена права, но мне от этого знания не легче. Хорошее настроение, радовавшее меня в последний месяц, куда-то стремительно испарилось.

В холле отделения встретил заплаканную маму Натальи. Понятно, в кого Барби такая красавица. Несмотря на потрясение, бледность и красные глаза, женщина выглядит эффектно. А ведь она старше меня года на четыре. Какие-то глупости лезут в голову. Нервничаю. Из сумбурного разговора удалось выяснить, что ничего страшного не произошло. Девушка получила лёгкие ожоги предплечий и сломала запястье. Мать уже посетила дочку, а сейчас едет домой с родственником, чтобы решить вопрос с похоронами. Обещала приехать завтра. Отца у Барби нет, вернее, слился в своё время. Получается, они остались вдвоём с матерью.

Надеваю бахилы и, накинув халат, поднимаюсь на нужный этаж. Дежурная медсестра пообещала вызвать больную в отведённое для встреч помещение возле лифтов. Сажусь на низкий диванчик и жду.

Наталья пришла через несколько минут. Выглядит она плохо. Речь даже не о гипсе, перемотанных руках и опалённым волосам. Наверняка ещё мелких ссадин хватает. Но это не страшно. Пугают безжизненные глаза на белом как мел лице.

— Спасибо, шеф! — тихо произнесла девушка, — Но можно было остаться в Чушкино. Врачи говорят, что ничего страшного и послезавтра переведут меня на амбулаторное лечение.

— Лежи здесь сколько нужно. Пусть долечат нормально. Вопрос решён с заведующим отделением, — пытаюсь растормошить, замолчавшую и ушедшую в себя Барби.

— А зачем? — наконец слышу в ответ, — Бабушку мне не вернут. Руки теперь уродливые, и всё равно потребуется косметическая операция.

— Рассказывай. И не забывай, что врачи сейчас творят чудеса.

Слушая сумбурный рассказ девушки, я медленно зверел. Такое ощущение, что вернулись девяностые. Есть в городе небольшой район из старых домов, расположенных недалеко от железной дороги. Там ещё роща рядом и речка протекает. Естественно, что место понравилось одному из застройщиков, заполонивших Подмосковье высотками. Правильно, вместо того, чтобы развивать регионы и создавать там рабочие места, лучше сделать из столицы с областью один большой человейник. Так лучше управлять плебсом. Ведь народ, живущий в небольших городках и сельской местности, особенно самодостаточный, — это главный враг государства. Сегодня они просто живут, а ведь завтра могут начать требовать. Например, чтобы власть меньше воровала и заботилась о комфорте граждан. Непорядок, однако. Надо занять их борьбой за существование, заодно, загрузив неподъёмной ипотекой. Можно и дустом начать травить, но это позже. Пока ситуация под контролем.

И конечно, где-то надо селить новых россиян и жутко незаменимых специалистов, заполонивших улицы наших городов. Впрочем, это другая история.

Народ, где жила бабушка Натальи, которая её и воспитывала, пока мать работала, отреагировал по-разному. Трусы с пессимистами сразу взяли компенсацию, отказавшись даже от намёка на борьбу за свою собственность. Умные дождались увеличения предложения, тоже предпочтя деньги. Идеалисты и упорные продолжили жить, даже выиграли районный суд.

Наивные. Им даже не стали отрубать свет и воду. Просто дома начали гореть. Сначала один, потом второй, который удалось потушить. В третий раз не повезло семье Барби. Она как раз решила навестить старушку. Тогда девушка сломала руку и получила ожоги, пытаясь открыть заклинившую дверь. Но физические травмы — ничто по сравнению с душевными. Не хотел бы я увидеть, как на моих глазах сгорает родной человек.

Плохо, что Наталья говорила безэмоционально. Лучше бы поплакала. Вдвойне страшно смотреть, когда весёлый и задорный человек превращается в холодную куклу.

— А ведь этим уродам ничего не будет, шеф. И как после этого жить и верить во что-то лучшее? — добила меня Барби, — Самое противное, что все прекрасно понимают кому это выгодно. Думаю, после произошедшего дома покинут даже самые стойкие старики. Именно они и сопротивлялись, веря в справедливость. Молодёжь сразу сдалась.

В принципе решение я уже принял, как бы ни пытался убедить себя в обратном. Скажите, а зачем нужна сверхсила, если ты не можешь применить её для благих дел? Вернее, у меня своя градация понятий хорошо и плохо, отличная от морали обычного человека. Боюсь, она многих ввергнет в шок.

— У меня два условия. Ты молчишь и веришь мне.

Произношу тихо, но девица сразу вскинулась, тряхнув криво подстриженными волосами.

— Я готова на всё, чтобы отомстить убийцам, шеф. Только зачем…

— Ты продолжаешь нормально жить и не задаёшь вопросов. Если вдруг спросят тебя, то прикидываешься валенком. А ещё я помогу вылечить твои руки, — киваю на повязки.

Вот теперь девушка изменилась. Глаза загорелись, а на лице появился румянец.

— Клянусь! — произнесла она.

Всё-таки Барби не только красивая, но и умная. Есть в ней глубина, скрываемая за лёгкостью характера. Будь на её месте якобы более серьёзная Алиса, то я бы подумал. Возможно, отказался от дальнейших действий. А с блондинкой можно идти в разведку.