Идеальный мир для Химеролога 2 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 27

— Ну, если бы он просто лапу подвернул, то я бы и написал про лапу, — пожал я плечами. — А тут в нём столько всякой отравы напихано, что я даже не знаю, как он ещё жив. Скорее всего, день-два ему осталось.

Тигр, до этого мирно лежавший на спине, дёрнулся и повернул голову в мою сторону. В его глазах застыл немой вопрос: «Что⁈».

Из приёмной донёсся тихий всхлип. Через секунду в операционную вбежал маленький Миша. Он подбежал к столу, обнял огромную голову тигра и захныкал.

— Не переживай, мальчик, — сказал я. — Я записал, какие у него есть проблемы. Твоя сестра, наверное, найдёт хорошего специалиста, которому она доверяет. На этом прошу к Валерии. Оплатите… — я на секунду замолчал. — Хотя ладно. Считайте это бесплатной консультацией.

Я направился к выходу из операционной.

— Стоять! — окликнула меня Агнесса. — Вы куда?

— Как куда? — я обернулся. — Вы же не согласны с поставленным диагнозом. Зачем мне терять время?

Я видел, как она мнётся… Её лицо выражало целую гамму эмоций: гнев, растерянность, отчаяние… Она вела себя так, будто больна была она, а не её питомец.

«Интересно», — мелькнула в голове мысль.

Я снова бросил взгляд на мальчика. Да, определённо. В нём тоже были следы чужого вмешательства. Какие-то яды или блокировки… Но его организм боролся. У него был невероятно сильный, хоть и спящий, Дар, который нейтрализовал большую часть отравы.

Похоже, весь их род кто-то планомерно пытался извести. Гербы на одежде охраны кричали об их аристократическом происхождении, хоть я и не знал, что это за род.

— Я ещё не приняла решение, — наконец выдавила Агнесса.

— Сестра, пусть он попробует! — взмолился Миша, не отрываясь от тигра. — Тётя Валерия сказала, что он точно поможет!

— Ну, я так не говорила, — смутилась Валерия. — Просто от нас ещё нездоровым никто не выходил, — она нервно хихикнула. — Немножко беднее выходили, а нездоровыми — нет.

Агнесса выпрямилась, её взгляд снова стал холодным и колючим.

— Я согласна оплатить, но только в том случае…

— Подождите, — прервал я её. — Может, у вас денег нет? Понимаю, всякое бывает. Можно поставить пометку, что именно излечить. Я там даже написал пунктами, какие проблемы лечатся только в комплексе, а какие можно по отдельности. Можно немножко вылечить. Неделю протянет.

Мальчик снова захныкал, ещё крепче обнимая тигра.

Лицо Агнессы вспыхнуло. Похоже, назвать её нищей — это было хуже, чем оскорбить всю её семью до седьмого колена.

— Да есть у нас деньги! — прошипела она. — Мы вообще-то род Новиковых!

— Поздравляю. А я тут при чём?

— Я готова заплатить! — она с вызовом посмотрела на меня. — В тройном размере.

Я смотрел на неё, и в голове проносились совсем другие мысли. Новиковы… Кажется, я уже где-то слышал эту фамилию.

«Вот же вляпался», — с досадой подумал я.

Работа с аристократией — это всегда минное поле. Особенно с такой, у которой не всё в порядке. А у них, судя по всему, проблемы были не только с тигром.

И в этот самый момент Багратион зашёлся в приступе судорожного кашля. Его огромное тело затряслось, и на чистый пол операционной хлынул фонтанчик тёмно-алой крови.

Мальчик вскрикнул и ещё крепче прижался к своему питомцу, пачкая руки в его крови.

Агнесса смотрела на это с ужасом, с белым как полотно лицом.

Я молча подошёл к тигру и просто положил ладонь ему на грудь, туда, где бешено колотилось сердце. Лёгкий, почти невесомый импульс успокаивающей энергии прошёл по его телу. Кашель тут же прекратился, дыхание выровнялось.

— Я всё оплачу, — тихо, но твёрдо сказала Агнесса. — В тройном размере, как и говорила. Но только в том случае, если вы сможете его вылечить. Дайте мне слово.

— Ну, мы вообще-то здесь не рынок, чтобы торговаться… — начал было я, собираясь прочитать ей небольшую лекцию о профессиональной этике.

— Мы согласны, — раздался за спиной уверенный голос Валерии.

Я обернулся и с укором посмотрел на неё.

— Валерия, ты же мне сама говорила не торговаться и держать прайс…

— А я ещё говорила, что бывают неординарные ситуации, — она бросила на меня быстрый, многозначительный взгляд. — Это одна из них. Мы даём вам слово, госпожа Новикова. Виктор сделает всё, что в его силах.

Я мысленно аплодировал. Эта девушка была гением. Она не просто согласилась. Она подняла ставки, превратив банальный торг в вопрос чести и репутации клиники. Теперь, если я его не вылечу, мы потеряем не просто деньги, а лицо.

— Ну, хорошо, — вздохнул я, принимая правила игры. — А теперь все на выход. Мне нужно работать.

Агнесса скрестила руки на груди.

— Я его не оставлю здесь одного без присмотра.

Мальчик подошёл к Валерии, взял её за руку и, посмотрев на сестру, тихо сказал:

— Пойдём, Агни. Доктор знает, что делает.

Я усмехнулся и повернулся к тигру, который всё ещё тяжело дышал.

— Скажи ей, чтобы ушла.

Багратион поднял свою огромную голову и издал мощный утробный рык, от которого задрожал воздух в операционной.

— Видишь, он просит тебя уйти, — перевёл я. — Он же хочет жить, правда?

Тигр искоса посмотрел на меня, будто говоря: «А у меня есть выбор?».

— А может, он ещё хочет в качестве бонуса красивую шерсть без проплешин, которая не выпадает, и на которую там все тигрицы будут вестись?

Багратион медленно повернул голову, посмотрел на меня, потом на свою хозяйку. А затем поднял могучую переднюю лапу и очень выразительно указал когтем на дверь.

Агнесса стояла в полном шоке. Она покачала головой, не веря своим глазам, и, не говоря ни слова, вышла из операционной, прикрыв за собой дверь.

Наконец-то.

Я похлопал тигра по боку.

— Ну что, приступим.

Это было не лечение. Это была полная «реставрация» организма.

Проблема была не в том, что он был болен. Проблема была в том, КАК он был болен. Это было не естественное недомогание, не генетический сбой. Это была работа. Грубая, но эффективная. Чья-то злая воля, воплощённая в химии и алхимии.

Яд.

Но не просто яд, а сложнейший алхимический коктейль, разработанный с одной-единственной целью — медленно и мучительно убивать. Основой служил яд мантикоры, но не в чистом виде. Его разбавили, стабилизировали, добавили компонент, блокирующий естественную регенерацию, и что-то ещё… что-то, что заставляло кровь сворачиваться прямо в сосудах, вызывая микроскопические тромбы.

Именно поэтому у него текли кровавые слёзы. Это лопались капилляры в глазных яблоках. Его тело буквально разваливалось изнутри.

А выжил он только по одной причине. Багратион был не просто химерой. Он был созданием высшего порядка. Но это была проигрышная битва. Его собственный организм, пытаясь исцелиться, лишь ускорял распространение яда по телу.

— Какая… элегантная мерзость, — пробормотал я себе под нос.

Создатель этого яда был не просто убийцей. Он был художником. Злым, извращённым, но, без сомнения, талантливым художником.

Но я был лучше.

Первым делом — детоксикация. Я приложил обе ладони к груди тигра, туда, где под толщей мышц билось его огромное сердце. Мои пальцы окутало едва заметное фиолетовое свечение. Я не лечил, а разбирал на молекулярном уровне.

Нашёл чужеродную структуру яда и начал медленно, нить за нитью, вытягивать её из организма, расщепляя на безопасные компоненты. Это было похоже на обезвреживание сложнейшего артефактного механизма бомбы, только вместо проводов были белковые соединения, а вместо таймера — угасающая жизнь.

Тело тигра забилось в конвульсиях. Его мышцы сводило судорогой. Я чувствовал, как его организм сопротивляется, как каждая клетка кричит от боли. Но я не останавливался. Я видел цель и шёл к ней, игнорируя побочные эффекты.

Когда с ядом было покончено, я приступил к ремонту. Его внутренние органы были похожи на поле боя. Печень, принявшая на себя основной удар, была почти разрушена. Лёгкие были пронизаны кровоточащими язвами.