Идеальный мир для Химеролога 2 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 19

Наконец, я вышел к покосившейся избушке, спрятанной в густой чаще. С виду — обычный заброшенный домик лесника. Но моё магическое зрение видело другую картину.

Вокруг избушки была натянута целая сеть защитных контуров. Простенькие, но эффективные сигнальные заклинания, несколько ловушек с парализующим ядом, пара артефактов, создающих иллюзию непроходимой чащи. Для обычного человека это место было невидимым и недоступным. Но для меня — просто открытая книга.

Я легко обогнул все эти детские шалости. Там переступил, тут обошёл… Рядовая шла за мной след в след.

Через минуту мы уже стояли у самой двери, не задев ни одной ловушки.

Внутри никого не было. Тишина. Я толкнул скрипучую дверь и вошёл внутрь.

Это было логово. Та самая отправная точка, откуда ко мне пожаловал в гости Малфор со своими ящерами. На главную базу это место не тянуло, слишком маленькое и захудалое. Скорее, временный перевалочный пункт.

В нос ударил запах старого дерева, дыма и чего-то металлического, похожего на кровь.

Я огляделся.

На стенах висели нарисованные от руки плакаты с изображением извивающегося червя — символа их Культа. В печи ещё тлели угли. Кто-то был здесь совсем недавно.

В углу был свален арсенал. Самое разное оружие: мечи, топоры, несколько охотничьих ружей и даже пара современных автоматов. Всё трофейное. Я узнал клеймо на одном из мечей — личное оружие имперского гвардейца. А рядом на стене висели шевроны следопытов. Некоторые были чистыми, другие — бурыми от запёкшейся крови. Эти ребята явно не в бирюльки играли. Они охотились на тех, кто осмеливался заходить в их лес.

Да, место было выбрано с умом. И магически защищено неплохо. Наудачу сюда не забредёшь. Лес вокруг кишел тварями. Без способностей сильного Химеролога, Охотника или Одарённого уровня Абсолют здесь и шагу не ступить — сожрут и не подавятся.

На столе я нашёл несколько листов бумаги, исписанных зашифрованными символами. Списки: имена, даты, цели… Расшифровать их на месте я не мог, но кое-что понял и так. Нашёл уже знакомом имя: «Малфор» — того самого типа, что пожаловал ко мне накануне ночью, и сам всё рассказал. А после него в списке было ещё две записи. Значит, он был не последним.

В небольшой деревянной шкатулке обнаружились деньги — около полутора тысяч рублей. Купюры слиплись от крови.

Я прошёлся по комнате. Разбросанная одежда. Пустые консервные банки. И пол… Весь пол был в глубоких царапинах. Некоторые доски недавно заменены, но и на них уже виднелись свежие следы когтей. Здесь часто бывали химеры.

Поднялся по скрипучей лестнице на второй этаж. Там было несколько соломенных матрасов, разбросанных прямо на полу — спальные места. Ничего интересного.

А вот в погребе меня ждал сюрприз. Там было холодно, как в морозилке — артефакт поддерживал низкую температуру.

На крюках висели туши разных животных. Мой взгляд зацепился за одну — однорогий заяц. Я знал этот вид. Его мясо было смертельно ядовитым для обычного человека. Но часть туши была съедена.

И я сильно сомневался, что они хранили деликатесы для своих химер. Тех обычно отправляют на охоту самостоятельно. А это значило одно: члены этого Культа модифицируют свои тела, чтобы питаться ядовитой плотью.

Это многое объясняло. Они не просто использовали химер. Они сами становились ими.

Я собрал всё ценное: документы, деньги, пару интересных клинков.

Перед уходом решил оставить небольшой «подарок».

Мой выбор пал на старую чугунную печь-буржуйку, всё ещё хранившую тепло тлеющих углей, и на стоявший в углу красный газовый баллон литров на пятьдесят. Видимо, его использовали для портативной плитки. Идеально.

Газ под давлением, нагретый до критической температуры, — это классика импровизированной взрывчатки. Гораздо мощнее и надёжнее, чем канистра с бензином, которая бы просто устроила большой пожар. Баллон же обеспечивал настоящий взрыв с ударной волной и осколками.

Пора уходить.

Я вышел из избушки, плотно прикрыв за собой дверь. Сделал всего пару шагов, как вдруг из-за деревьев донёсся голос:

— А это что, новенький? Я не помню такого.

Из лесной глуши на поляну вышли двое.

Первый был здоровенным детиной с туповатым лицом. Рядом с ним неуклюже, переваливаясь с ноги на ногу, шёл прямоходящий медведь, но до смешного тощий, будто его морили голодом. Кожа натянута на кости так туго, что казалось, вот-вот лопнет, а на суставах и спине уже проступали уродливые костяные наросты — явный признак начальной стадии химерологического вмешательства. Кто-то пытался вырастить на нём костяную броню, но пока что это больше походило на запущенный артрит.

Второй был полной его противоположностью — худой и жилистый. Его сопровождал огромный трёхглавый орёл. Он не парил в небе, а шёл по земле, как стервятник, припадая к земле на мощных когтистых лапах. Каждая из трёх его голов — лысая, с крючковатым клювом — вертелась в свою сторону, сканируя пространство.

«Вот же… — мелькнула досадная мысль. — Лучше бы они, конечно, оказались в доме. Так было бы проще».

— Стой, подожди, а где его метка? — сказал худой, прищурившись и разглядывая меня.

Его напарник-детина ухмыльнулся, обнажив редкие жёлтые зубы.

— Видишь, а ты переживал, что мы сегодня никого из следопытов не нашли. Кажется, мы кого-то другого нашли.

— Не-не-не, — я вышел из-за спины Рядовой, поднимая руки в примирительном жесте. — А может, я свой всё-таки? Просто вы метку не можете рассмотреть, я настолько высокого ранга.

Они переглянулись.

— Ага, заливай, — фыркнул худой.

Они начали медленно расходиться, беря нас в клещи. Медведь-дистрофик зарычал, а орёл-стервятник расправил огромные крылья.

— Слушайте, — вздохнул я. — Давайте, может, разойдёмся? Я был немножко на вас обижен, все дела… Вы же там ко мне домой ворвались. Ну, а теперь я к вам ворвался, набрал, что надо. Э-э, документы взял интересные, — я похлопал по карману куртки, — дома почитаю.

Лица обоих мгновенно побледнели.

— Что ты сказал? — прошипел худой.

Он тут же выхватил из-за пазухи какой-то тёмный амулет, и тот вспыхнул тусклым красным светом, посылая в небо заметный сигнал тревоги.

— А что это вы нервные такие? В этих документах что-то ценное?

Худой махнул рукой. Трёхглавый орёл-стервятник издал пронзительный тройной крик и, сорвавшись с места, побежал на меня. Острые, как серпы, когти были нацелены мне в грудь.

Я уже приготовился уворачиваться, как из-за моей спины выскочила Рядовая. Она подпрыгнула, перехватывая орла прямо в воздухе. Одной лапой она вцепилась в одну голову стервятника, второй — в другую.

Раздался хруст рвущейся плоти и ломаемых костей.

Рядовая просто разорвала птицу надвое.

То, что осталось от орла — ноги, кусок туловища и одна уцелевшая голова, — пробежало по инерции ещё несколько метров и замертво свалилось в кусты.

Я уже приготовился долбануть по оставшимся каким-нибудь простеньким, но болезненным заклинанием.

И в этот момент за моей спиной громыхнуло.

БА-БАХ!

Избушку подбросило в воздух. Из окон и трубы вырвались языки пламени. Ударная волна докатилась до нас, заставив пригнуться.

— О! — сказал я, выпрямляясь. — Кажется, это ваш газовый баллон взорвался.

Я кивнул Рядовой, указывая на худого, который так и застыл с открытым ртом, глядя то на останки своего орла, то на пылающий дом. Он тут же начал пятиться.

— А что такое? А что случилось? — с деланым сочувствием спросил я. — А магия там, ещё что-то, нет? Только питомцами воюете?

Худой трясущимися руками потянулся к кобуре на поясе. Там виднелась рукоять пистолета. И меч на боку.

— Может, на мечах хотя бы, нет? — предложил я.

Но Рядовая не стала играть в благородство. Один прыжок — и она уже рядом. Первый удар кулаком в челюсть отправил худого в полёт. Второй, ногой в грудь, впечатал его в ствол ближайшего дерева. Послышался хруст рёбер. Рядовая не останавливалась. Она подбежала к нему и начала методично лупить, превращая в кровавое месиво.