Дроны над Курской дугой (СИ) - Андров Алексей - Страница 40

Громов, внимательно изучавший экран, вздохнул:

— Немцы снова применяют контрмеры.

Тем временем Фогель удовлетворённо наблюдал за результатами новой обороны, находясь в своём штабе:

— Они не ожидали такой защиты. Посмотрим, сколько времени им потребуется, чтобы придумать ответ.

Модель, услышав доклад Фогеля, впервые за несколько дней почувствовал уверенность:

— Хорошая работа, подполковник. Если продержимся до линии «Хаген», у нас ещё появится шанс.

Немецкие командиры знали, что остановить советское наступление полностью уже невозможно. Но благодаря изобретательности и новым методам, они рассчитывали выиграть время, стабилизировать фронт и перегруппировать силы для дальнейшей борьбы.

Часть IV: «Освобождение Орла»

Окраины и центр Орла, 26 июля — 5 августа 1943 года.

Над Орлом висела плотная завеса дыма. Взрывы, пулемётные очереди, грохот артиллерии наполняли воздух, сливаясь в сплошной шум битвы. Танковые подразделения и стрелковые части советских войск яростно штурмовали город, ломая немецкую оборону квартал за кварталом.

Инженер Громов стоял у штабного грузовика, внимательно следя за экранами аппаратуры, которая отображала действия его беспилотников.

— Дайте крупный план улицы Ленина, — приказал он. Экран приблизил изображение, показывая немецкий командный пункт. — Отлично, засекайте координаты и передавайте артиллеристам.

Оператор беспилотников быстро выполнил команду:

— Координаты переданы, товарищ полковник!

Громов кивнул:

— Пусть батарея сразу даст огонь, пока немцы не сменили позицию.

Через минуту точный артиллерийский залп превратил здание в руины. Известие об успешном ударе быстро дошло до солдат, усиливая боевой дух.

В это время командир немецкой обороны Орла, полковник Шмидт, находясь в своём блиндаже, яростно отдавал приказы, пытаясь удержать порядок:

— Почему молчат группы противодействия⁈ Где Фогель с его сетками и охотниками?

Молодой офицер, раненый и бледный, нервно доложил:

— Сетки больше не помогают, русские беспилотники изменили высоту атаки! Наши группы сбивают единицы, остальные аппараты свободно пролетают дальше.

Шмидт сжал кулаки, гневно крикнув:

— Отступать на запасные позиции! Выводите остатки пехоты на линию Хаген*. Не задерживайтесь в городе, иначе мы здесь все поляжем!

Советские солдаты в это время продвигались по улицам Орла, осторожно, но уверенно очищая квартал за кварталом. Лейтенант Сергеев, командовавший взводом автоматчиков, прижался к стене полуразрушенного здания, оглядывая улицу перед собой.

— Вперёд, ребята! Осталось немного! — крикнул он, указывая на соседнее здание, занятое немцами.

Солдаты бросились вперёд, ведя огонь на ходу. Немцы ответили ожесточённым сопротивлением, завязался жестокий уличный бой.

Тем временем подполковник Фогель наблюдал за происходящим из своего временного штаба на окраине города. Его лицо было бледным и усталым.

— Беспилотники русских бьют все эффективнее! — докладывал ему помощник. — Наши прожекторы и ловушки теряют эффективность.

Фогель тихо выругался, тяжело вздохнув:

— Мы снова упустили инициативу. Срочно доложите генералу Моделю: мы больше не можем остановить эти аппараты без новых средств противодействия. Немедленно начинаем эвакуацию.

Советские войска, пользуясь успехами ударных беспилотников, ускоряли продвижение, ломая остатки немецкого сопротивления. Генерал Попов докладывал по радиосвязи в Ставку:

— Орёл почти наш, товарищ Сталин! Осталось несколько кварталов, враг отступает к линии Хаген

Сталин коротко ответил:

— Не упустите момент, товарищ Попов. Продолжайте наступать, пока немцы не закрепились на новой линии.

Попов решительно отдал приказ всем частям:

— Наступать немедленно, враг не должен успеть занять новые рубежи!

В ночь с 4 на 5 августа последний немецкий гарнизон покинул Орёл, стремительно отступая под огнём советской артиллерии и точечными ударами беспилотников Громова. Уже к рассвету советские танки и пехота вошли в центральную часть города.

Утро 5 августа было ясным и тихим. Впервые за долгое время стихли звуки боя. Полковник Громов медленно шёл по улицам освобождённого Орла, глядя на развалины домов и брошенную немецкую технику.

Рядом с ним шёл генерал Попов, молча осматривая разрушения.

— Дорого обошлась нам эта победа, товарищ Громов, — задумчиво произнёс генерал. — Но беспилотники спасли немало солдатских жизней. Без них мы бы потеряли намного больше людей.

Громов устало улыбнулся:

— Главное, мы не дали немцам прийти в себя и перестроиться. Хотя они быстро учатся.

В этот момент солдаты из разведывательного взвода поднимали Красное знамя над центральной площадью города. Попов и Громов остановились, наблюдая за этим историческим моментом. Солдаты радостно кричали, снимая каски и приветствуя друг друга.

— Впереди ещё много тяжёлых боёв, товарищ генерал, — сказал Громов. — Но сегодня мы имеем право немного передохнуть и порадоваться победе.

Попов кивнул:

— Да, товарищ Громов, сегодня Орёл, а завтра нам предстоят бои за Белгород и Харьков. И твои аппараты помогут нам приблизить этот день.

Глава XVIII

«Киевское направление»

Часть 1: «Ветер с севера»

Место действия: Командный пункт Центрального фронта, район Севска — Рыльска, 23–25 августа 1943 года.

В небольшой деревянной избе, ставшей временным штабом генерала Рокоссовского, царило напряжённое оживление. Офицеры штаба склонились над картами, усеянными разноцветными флажками и карандашными линиями. Генерал-полковник Константин Константинович Рокоссовский, высокий и подтянутый, внимательно слушал доклад начальника разведки.

— Товарищ генерал-полковник, — докладывал разведчик, указывая на карту, — немцы усилили оборону на линии Севск— Рыльск. Прибыли дополнительные танковые части. Готовятся держать рубеж.

— Они ждут удара на Брянск, — задумчиво произнёс Рокоссовский. — А мы ударим южнее.

В этот момент дверь открылась, и вошёл инженер Громов.

— Инженер Громов по вашему приказанию прибыл, товарищ генерал-полковник, — доложил он.

— Хорошо, Алексей Андреевич, садитесь, — Рокоссовский указал на стул. — Мы начинаем операцию по направлению Конотоп—Нежин—Киев. Ваши аппараты крайне необходимы.

Громов кивнул:

— Слушаю, товарищ генерал-полковник. Группа операторов уже в пути, беспилотники тоже. Аппараты модернизированы. Установили новые камеры с ночной съёмкой и системой автоматического распознавания целей.

Рокоссовский слегка приподнял брови:

— Насколько это эффективно?

Громов достал из планшета фотографии, передавая их генералу:

— Вот, посмотрите. Это снято вчера ночью на испытаниях под Курском. Тепловые пятна — моторы танков. Система сама выделяет цели. Ошибок практически нет.

Рокоссовский внимательно изучил фотографии и удовлетворённо произнёс:

— Впечатляет, Громов. Если эти машины действительно увидят ночью так ясно, мы прорвем оборону немцев быстрее, чем они поймут, что происходит. Но не забывайте: противник становится умнее.

— Я понимаю, товарищ генерал-полковник, — ответил Громов. — По нашим данным, немцы снова что-то придумали. Возможно, будут мешать нам ложными целями или создавать фальшивые сигналы.

— Алексей Андреевич, сделайте всё возможное, — решительно сказал Рокоссовский. — На вас надеются бойцы и командиры. От ударов ваших аппаратов зависит наше наступление.

После короткой паузы генерал продолжил:

— На завтра собирайте всех командиров дивизионного уровня. Нам предстоит обсудить каждую мелочь. Время дорого.

Совещание командиров проходило на следующий день в расширенном штабе. Помимо армейских генералов здесь присутствовали и командиры дивизий и корпусов. Атмосфера была деловитой, без лишних слов.