Гений Медицины. Том 4 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 36

— Понял, — серьёзно кивнул Енин.

— Кстати, а адрес ты мой откуда узнал? — пора было выяснить.

— Так, у охраны спросил!

Захотелось закатить глаза… И я с трудом удержался, чтобы этого не сделать. Если бы Енин спросил у охраны про сестру, а не адрес, я бы сейчас мирно спал в кровати. И вообще, надо с ними разъяснительную беседу провести, чтобы больше никому адрес не давали. Иначе у меня скоро квартира в проходной двор превратится!

Мы попрощались, пожелав друг другу доброй ночи. И на этой ноте мы разошлись по домам.

Следующее утро началось с традиционной планёрки, на которой сегодня отсутствовал Валера. Правда на этот раз Зубов никак это не прокомментировал. Видимо, Валера по всем правилам отпросился.

— Птенец Боткин, у вас новый пациент, — объявил Зубов. — Во второй палате появился барон Кантемиров. Очень уважаемый человек, между прочим. Он попросил именно вас, как лечащего врача.

Обычно такие просьбы ничем хорошим лично для меня не заканчивались. Именно с такого началось моё знакомство с Жуковым.

— Барон Кантемиров⁈ — воскликнул Никита. — Это случайно, не владелец сети кондитерских-пекарен «Кантемировы сласти»?

— Он, — кивнул Михаил Анатольевич. — Но даже не думайте, он попросил Боткина, и лечить его будет Боткин.

— Это очень влиятельный аристократ, — цокнул Никита. — Кость, тебе в очередной раз повезло. Не так, как с Маргаритой, кончено, но всё же.

— Буду иметь в виду, — усмехнулся я.

После окончания планёрки меня ненадолго задержала Настя.

— Ты как, герой-экспериментатор? — пошутила она. — Снова будешь свои страшные эксперименты над людьми проводить?

— А как же, по-другому я и не лечу, — усмехнулся в ответ я.

— Слушай, я хотела сказать, что вовсю пробую пользоваться магией, — она перевела тему на более серьёзную. — И получается всё лучше и лучше! Жду нашей следующей тренировки.

После этих слов она подмигнула, намекая, что не только тренировки ждёт.

— Только в четверг получится, — прикинув свой график, ответил я. — Послезавтра скажу точно.

— Договорились, — она кивнула и поспешила работать.

Я решил начать с барона Кантемирова и направился во вторую палату. Там пока что была занята только одна койка из двух, мужчиной лет пятидесяти.

— Доброе утро, — подошёл я к нему. — Меня зовут Константин Алексеевич, я ваш лечащий врач.

— Здравствуйте, — приятным голосом поздоровался он. — Кантемиров Феликс Вениаминович, ваш пациент.

Его фамилия мне сразу показалось знакомой, но только сейчас я вспомнил, где именно я её уже слышал.

— Мне вас очень советовал мой помощник, Николай, — улыбнувшись, добавил барон. — Сказал, что вы лучший врач во всём городе.

Это Николай кончено преувеличил, но всё равно приятно слышать. Николай раньше работал личным помощником барона Жукова. Затем тот предал его, напоив запрещённым зельем и попытавшись подставить. А после Николай помог мне засадить барона Жукова за решётку.

В тот раз он видимо в итоге откупился, чтобы оттуда сбежать. Чтобы попытаться напасть на меня на балу, и чтобы я отправил его в психиатрическую больницу. Иронично.

— Приятно, что меня так расхвалил, — улыбнулся я. — Расскажете, что с вами?

— Симптомы странные и никто из врачей не может их связать с чем-то конкретным, — ответил Кантемиров. — Имеется кашель, сухой, без мокроты. На коже периодически возникает сыпь, потом сама проходит. Слабость, память стала хуже, работать стало тяжелее. Периодически диарея, без ясных причин.

Жалобы были на разные системы органов, и связи между ними на первый взгляд никакой не было.

— Давно это началось? — спросил я.

— Несколько месяцев точно, — подумав, ответил Феликс Вениаминович. — К врачам уже много ходил. Проверяли и поджелудочную, и сахар, и всё на свете. Вот, я и папку с обследованиями принёс, если это нужно.

Я просмотрел его обследования. Действительно, проверяли его на всевозможные патологии, но ничего конкретного не нашли. Интересно…

Задав ещё несколько вопросов, я активировал диагностический аспект. Лёгкое свечение во всём организме, пока непонятно, из-за чего. Стал перебирать другие аспекты. И причина нашлась, на удивление, только на токсикологическом аспекте.

Отравление мышьяком, причём хроническое. При хроническом отравлении клиническая картина очень смазана, и определить причину практически невозможно. А учитывая то, насколько редкий вообще токсикологический аспект — шансов ещё меньше.

— Вам надо сдать анализ на содержание мышьяка, — распорядился я. — Но могу уже сказать, что у вас идёт хроническое отравление этим ядом.

— Что это значит? — нахмурился Кантемиров.

— Значит, если ваш род деятельности никак не связан с постоянным воздействием мышьяка, то вас травят, — сделал я самый логичный вывод. — Весьма изощрённым способом.

Способ действительно был необычный. В моей практике уже было отравление цианидом, но острое. Это произошло в кафе, куда мы один раз ходили с Леной. Мужчину чудом удалось спасти. И там определить причину было куда проще.

Здесь же… Это было практически невозможно. Симптомы слишком неспецифичные, да и диагностический аспект не давал никаких подсказок.

— Травят, — серьёзно повторил Кантемиров. — И я правильно понимаю, что раз отравление хроническое — яд подсыпают в маленьком количестве, но регулярно?

— Всё так, — подтвердил я. — Это ещё надо проверить анализами, но я в этом практически уверен. Как только это подтвердится, я назначу вам лечение.

Переводить его в токсикологию я не видел смысла. С подобным состоянием справлюсь и сам. Жизни его ничего не угрожает, отравление я сниму.

— Спасибо, — всё ещё задумчиво кивнул Кантемиров. — Но мне всё равно предстоит найти отравителя, верно?

— Конечно, иначе это так и продолжится, — подтвердил я.

Главное, чтобы не заподозрили Николая. Ведь он работает на барона как раз несколько месяцев. Но Феликс Вениаминович произвёл впечатление адекватного человека. Думаю, он докопается до истины.

Я расписал анализы и отправился к другим пациентам. После обхода выделилось небольшое количество свободного времени, и я поспешил в ординаторскую. Пора было дать задание Клочку.

План мы с ним всё-таки успели вчера немного обсудить. Для того, чтобы разобраться с Кобылиным, требовались доказательства. И тем больше, чем лучше.

Одним из пунктов плана снова был Клочок и диктофон. Ему уже не впервой было записывать разговоры. Так что он должен был снова пробраться в кабинет Кобылина, и записать что-то подходящее.

Я же решил его «подкинуть» до места, потому как у меня тоже был один разговор с Семёном Михайловичем.

Так что крыс устроился в моём кармане. И мы отправились на десятый этаж.

Катя Енина снова сидела в огромной горе бумаг, даже толком не ответила на моё приветствие. Я постучался, и зашёл в кабинет Кобылина. Он сидел, сложив ноги на стол, и пил кофе. Кайфует, свалив всю работу на Катю. Как я и думал.

— Боткин? — недовольно спросил он. — Что вы хотели?

— Чтобы вы перестали так нагружать девушку, — прямо ответил я. — Катя Енина только выписалась с больничного, и ей противопоказаны подобные задержки на работе. Она вчера заснула прямо за рабочим столом из-за усталости! И сегодня тоже сидит по уши в бумагах.

— Прошу прощения, но уж это точно не ваше дело, — мгновенно разозлился Кобылин. — Это моя работа, и я сам решаю, насколько сильно мне загружать мою медсестру.

Злится, что я ещё и в эту сферу решил залезть. Ну что же поделать, если я всегда за справедливость.

— Вы не можете делегировать ей свою работу, — спокойно ответил я. — И если, например, главный врач решит проверить, что именно готовит Енина, и узнает, что готовит она отчёты, которые должны делать вы…

Конечно, ей не привыкать. Она рассказывала, что и с предыдущим заместителем она частенько перерабатывала. Разница в том, что тот любил деньги, а этот… тоже любит деньги, но хочет ещё и место главврача получить. Не везёт нашей клинике с заместителями.