Адвокат Империи 17 (СИ) - Фабер Ник - Страница 34

— Я не хотела, чтобы ты меня жалела…

— Конечно, — весело фыркнула в ответ подруга. — Ты хотела, чтобы тебя пожалел Александр, ведь так. Сказал тебе о том, какая ты бедная и несчастная, и погладил по головке. Вот чего ты хотела. А вместо этого, когда он не поддался на твои манипуляции, побежала плакаться мне.

От последних слов у Елены перехватило горло. Возмущение и злость буквально душили её, не давая вытолкнуть из себя ни единого слова. В том числе и потому, что сказанные слова были чистой правдой. Просто она не хотела и не собиралась признаваться в этом самой себе.

— Я хотела, чтобы он помог мне, — почти что процедила она сквозь зубы. — Понимаешь, Ев? Всё, чего я хотела — это помощи от него, а не…

— А ты там не слишком ли много хочешь, а, Распутина?

От услышанного она опешила.

— Ч… Что⁈

— Ты меня слышала, — строго сказала Армфельт. — Ты хотела помощи? А что тогда раньше ему не сказала?

— Да потому, что я была занята! — в запале выкрикнула Распутина, даже не заметив, что уже начала повторяться. — Я же говорила тебе, что происходит сейчас с семейными делами!

— Да, я прекрасно это помню, — спокойно ответила ей Ева.

— Вот и я надеялась на то, что…

— Что он решит эти проблемы для тебя? — закончила она за неё. — Или решит их ЗА тебя. Этого ты хотела. И как ты себе это вообще представляешь?

Неожиданный вопрос сбил Распутину с толку. Казалось бы, вот оно — её желание. Такое простое.

И Ева слишком хорошо знала свою подругу, чтобы не понимать, в каком состоянии она сейчас находилась.

— Лен, можно я тебе объясню, как я вижу эту ситуацию? — спросила она, а когда так ничего и не услышала в ответ, приняла это за молчаливое согласие. — Александр всеми силами старается тебе помочь. После смерти твоего дедушки он столько раз старался. Он полтора месяца пытался с тобой нормально поговорить. Позволь я тебе напомню, ты не сказала ему ни единого доброго слова с того момента, как ему дали титул, которого он совершенно не хотел. Не поздравила его. Не спросила, как у него дела. Ничего. А он продолжал тебе звонить каждую неделю. И не по одному разу. Спрашивал, как у тебя дела, всё ли у тебя хорошо, пытался сделать так, чтобы ты поговорила с Виктором…

— А я не хочу с ним говорить! — язвительно сказала Елена, на что услышала в телефоне тяжёлый вздох.

— Господи, как же с тобой трудно, Лен…

— Ничего со мной не трудно! Просто ты должна быть…

— Где? На твоей стороне?

— ДА!

— Так я и так сейчас там. Потому я и говорю сейчас с тобой, пытаясь вправить тебе мозги, Лена! Ты сказала, что хотела, чтобы Александр тебе помог? Он этим и занимался…

— Он вообще…

— Что? Делал не то, что ты хотела? В этом проблема⁈

— Д… Ева, я тебе говорила, что происходит! Я тебе рассказывала, что теперь постоянно говорят мне управляющие. Граф Распутин то, граф Распутин это! А когда мы с ним поговорим⁈ А когда он приедет⁈ Достали! Он ведь адвокат и мог бы…

— Лен, ты совсем дура? И, может быть, пьяная там сидишь?

— Нет, — буркнула Распутина, бросив взгляд на стоявшую на столике перед диваном полупустую бутылку вина и бокал.

Ту самую бутылку, которую ей открыл Александр перед своим уходом.

— Точно? А то я что-то не совсем уверена в этом, — не без сарказма произнесла Ева. — Потому что в противном случае ты таких глупых вещей не говорила. Лен, он лицензию свою получил меньше месяца назад, а ты уже хочешь, чтобы он поехал во дворец и начал спорить с Императором? Или забыла, что тот лично даровал Виктору его титул? Публично. При всех. Забыла, что это он дал ему фамилию твоей семьи?

— Нет, не забыла…

— ТОГДА ЧЕГО ТЫ ХОЧЕШЬ ОТ АЛЕКСАНДРА⁈ — не выдержав, рявкнула Ева. — Он не может сделать то, что не в его силах, понимаешь⁈ Никто здесь тебе не поможет! НИКТО!

От этих слов Елена вжалась в диван. Какая-то часть её сознания прекрасно понимала справедливость слов подруги. Действительно понимала. Только вот имелась и другая часть. Та, которая была страшно обижена и сейчас подпитывалась выпитым вином.

— Просто… Ев, я… понимаешь, он ушёл, — чуть ли не жалобно проговорила Елена в телефон. — Просто взял и ушёл. Я ему всё это высказала, а он ушёл. Будто я для него никто…

— А кто ты для него, Лен⁈ Ну не неси чушь, пожалуйста. Я прошу тебя. Я же знаю, что ты же умная девочка. Кто ты для него? Вы что? Встречайтесь с ним?

Следующие слова подруги оказались для неё как удар под дых. И всё, что она смогла выдать в ответ — было молчанием.

— Лена! Отвечай! Вы встречаетесь с ним?

— Нет…

— Может быть, в любви друг другу поклялись?

— НЕТ! — уже куда более зло ответила она.

— А тогда, наверно, ты спишь с ним?

— ЧТО⁈ — Елена ощутила, как её бросило в жар от такого предположения. — Нет, конечно!

— Нет? Вы уже обвенчались с ним, чтобы ты могла это говорить? Кто ты для него? Что у вас с ним было, кроме одного единственного поцелуя, который, заметь, он от тебя даже не требовал, насколько я помню. Ты сама ему его подарила. А теперь что? Вдруг решила, что после этого он теперь обязан упасть перед тобой на колени и ноги тебе целовать? Побежать и решать все твои проблемы потому… почему?

Елена чувствовала, как у неё дрожат губы. Сказанное Евой сейчас причиняло ей почти что физическую боль. Опять-таки, потому, что было правдой.

— Лен, ещё раз подумай, пожалуйста, о том, чего ты сама хочешь. Я знаю, как тебе сейчас плохо. Особенно сейчас. Но подумай своей головой, пожалуйста. Тебя бесит, что он пришёл к тебе? Или тебя бесит то, что он пришёл к тебе для того, чтобы свести тебя с Виктором для разговора?

— Конечно, он ведь его лучший друг, — язвительно бросила Распутина.

— Конечно же, он его лучший друг! — зло припечатала её подруга. — Он же рассказывал тебе. Они почти что выросли вместе! Они друг другу практически как братья. И ты злишься на него за то, что он пытается вам обоим помочь? У тебя с головой всё в порядке? Ты сказала, что хочешь, чтобы Саша тебе помог? А чем он всё это время занимался? А теперь, когда он пытается помочь сразу двум небезразличным для него людям, ты строишь из себя не пойми что!

В ответ на это Елена обиженно фыркнула.

— Ты же сама сказала, что у меня с ним ничего-ничего нет!

— Лен, ты совсем тупая? Может быть, я напомню тебе обо всём том, что он для тебя сделал? Он тебе жизнь спас! Дважды! И он делал всё это для тебя, ничего не прося взамен! А как ты ему за это отплатила?

На это ей сказать уже было нечего. Елена стыдливо промолчала. И подруга поняла это молчание абсолютно правильно.

— Что, стыдно?

— Стыдно, — тихо ответила она.

— И правильно. Потому что, дай я угадаю, когда ты услышала о том, что он хочет, чтобы ты поговорила с Виктором, первое, о чём ты подумала — он пришёл к тебе не ИЗ-ЗА ТЕБЯ! Он пришёл к тебе из-за него. Так?

— Так, — так же тихо и стыдливо ответила Елена.

— Из чего мы делаем вывод, что ты ревнуешь парня, который, я напоминаю, тебе ничем не обязан, к его лучшему другу. А теперь бесишься, когда он не повёлся на твою истерику и, прости за выражение, насилуешь мозги уже мне. Я права?

Молчание затянулось.

— Елена?

— Права, — выдохнула она. — Ты права. Довольна?

— Да, довольна, — сказала Ева, и в этот раз Елена отчётливо услышала в голосе подруги улыбку. — Господи, знала бы я, какой бардак творится у тебя в голове — давно бы уже тебе по ней настучала.

Елена протянула руку и подтянула к себе лежащее рядом покрывало. Завернулась в него и только потом спросила. Негромко, почти умоляюще.

— Ев, что мне делать?

— Ну вот, наконец-то! Первый шаг к решению проблемы — это её признание. Головой своей думай, Лен. Пойми, пожалуйста, одну вещь. Я знаю, что тебе сейчас кажется, будто весь мир против тебя, но это не так. Твои управляющие привыкли к тому, что делами занимается глава Рода. А это место сейчас занимает Виктор, хочешь ты того или нет. Ты для них — не более чем несчастная девочка, которая пережила потерю деда. Я уверена, что они к тебе хорошо относятся, но… мужчины привыкли решать дела с мужчинами. В таком уж мире мы живём. Что ты сделала, когда у тебя в очередной раз спросили про Виктора? Ну-ка, напомни мне. А то ты рассказывала, да я помню плохо.