Сухой закон 4 (СИ) - Дорохов Михаил Ильич - Страница 54

— Как я могу быть уверен, что вы не лжёте, Алекс? — наконец произнёс шериф.

— Никак, — резко обрубил я, — Мои шаги «навстречу» закончились. Я вытащил вас в той перестрелке, где вас ранили. Я «подкинул» вам Аунего, после которого от вас отстали в управлении и даже окрестили героем. Мои люди снизили уровень преступности в Бронксе. Я достаточно сделал для вас, шериф. А за Паоло можете не беспокоиться. И по моему «делу» вы просто можете констатировать факт, что «свидетель» решил оборвать контакты со следствием. Колетти мне нужен живым. Потому что сможет подтвердить, что его использовал в грязных делах «заказчик», что хотел упечь меня за решётку.

— Кто он? Этот «заказчик», — тут же спросил Джон.

— Неважно. Это вас не касается.

— Копите «аргументы», мистер Соколов? — тихо спросил Фэллон, — Перед той самой «войной мафии», о которой вы говорили в больнице?

— Вы догадливы, — бросил я в ответ.

Шериф замолчал. Затем подозвал бармена и сделал заказ:

— Кофе…

Тот удалился, а Джон погрузился в свои думы. Я подождал немного и обернулся:

— Видите ту дверь, мистер Фэллон?

Я указал на роскошный вход в «Колизей».

Собеседник непонимающе уставился на меня, а я продолжил:

— Когда вы покинете моё заведение и пересечёте эту границу, у нас останется один из двух вариантов. Первый: вы забываете про Паоло, и мы работаем на благо Бронкса. Меняемся информацией. А вы перестаёте разыгрывать из себя упрямца. Второй: вы больше не беспокойте меня своими визитами. Можете таскать меня в участок, но я подключу все свои связи, чтобы вас убрали из Нью-Йорка…

— Пойдёте против Саленса? — усмехнулся Джон.

— У него тоже есть свои скелеты в шкафу. А как нам с вами известно, один из судей Верховного суда штата Нью-Йорк уже трясётся на пути в тюрьму. Из-за дела, которое поднял я.

— Саленса поддерживают «слоны», — заметил Фэллон, назвав неофициальный символ республиканской партии Штатов.

— Но характер у него скверный, — парировал я, — И он только начал с ними сближаться. Если хотите сравнить — чей вес для сторонников республики больше: мой или несговорчивого прокурора, который рано или поздно начнёт совать свой нос и в дела «слонов» — валяйте! Напомню вам, что пока ни вы ни прокурор, мягко говоря, «не нравитесь» управлению полиции Нью-Йорка. Это ещё один «фронт» для вас обоих…

— Это давление, мистер Соколов. Вы манипулируете, — сухо протянул Джон.

— У меня тоже есть пределы терпения, Джон, — отрезал я.

Перед шерифом на стойку выставили кофе.

Он долго размышлял. Затем тихо произнёс:

— Я согласен. Мы работаем вместе… ПОКА вместе.

Я кивнул:

— Хорошо. Я рад, что мы наконец-то пришли к нужному знаменателю. И на одной стороне шахматной доски.

Джон, не мигая, смотрел прямо перед собой.

— Что-то ещё, шериф? — полюбопытствовал я.

— В городе появляется новый чистый «порошок». Небольшие партии. Если вы узнаете что-то — дайте мне знать.

Я нахмурился:

— Если в Бронксе появятся продавцы, я сообщу вам. Мне эта зараза на моих улицах не нужна. Таким бизнесом ни я, ни мои люди не занимаются.

— Хорошо. Договорились.

Фэллон взял шляпу, встал со стула, и, не прощаясь, двинулся к выходу.

— Джон! — окликнул я шерифа.

Он обернулся.

— Александр. Это имя человека, который погиб, чтобы спасти жену и детей Колетти.

Он выдержал мой взгляд и, не сказав ни слова, зашагал к дверям. К кофе шериф так и не притронулся.

* * *

В тот же день. Кабинет шефа полиции Нью-Йорка.

Джим Калэханн сидел в своём кресле, будто надутый сыч. Он сверлил глазами инспектора Курта Кэмпа.

Ушлый детектив, на удивление, не тушевался под грозным взглядом шефа полиции. Перед Куртом лежал блокнот с пометками.

— Ну и что ты нарыл на этого Соколова за эти недели? — буркнул Джим.

— Очень интересная личность. После того как я постарался упечь его за решётку, он тут же вышел из распределительной тюрьмы. И быстро развивается в Бронксе.

Калэханн пытливо смерил Курта и вкрадчиво задал вопрос:

— Кто тебе «заказал» Соколова?

— Никто, просто появился свидетель, который мог связать этого русского с убийством Луи «Два ствола» Альтери, — не моргнув глазом, соврал Кэмп.

— И где этот свидетель?

— Исчез. Недавно сбежал из-под надзора полиции, — пожал плечами Кэмп.

— Это те «санитары»? — понимающе усмехнулся Джим.

— Да.

Шеф полиции видел продажного инспектора насквозь. Потому как рыбак рыбака — видит издалека. Джим раздумывал. «Колоть» Курта, чтобы узнать — кто руками детектива попытался подставить Соколова? Или не лезть в эти дебри? Калэханн имел все возможности «раздавить» Кэмпа и понять всё, что требовалось. Но вот нужна ли была эта информация?

Она могла привести к таким людям, с которыми Джим не хотел связываться напрямую. И предпочитал «не замечать» их дел. Это мог быть тот случай, где «меньше знаешь — крепче спишь». Тем более, у него и так есть головная боль в виде пропавшего груза из Макао. Шеф полиции уже тысячу раз пожалел, что влез в это дело и пошёл на сделку с тем, кто хотел зайти на теневой рынок «порошка» в Нью-Йорке.

Курт тоже понимал, что Джиму лишняя информация может пойти только во вред, и поэтому молча ожидал вопросов. Инспектор уже так давно по уши погряз в тёмных делах города, что научился лавировать в бурном потоке связей копов и мафии. Просто так выдавать больше сведений, чем нужно — он не собирался.

Наконец, Калэханн решил, что раскалывать инспектора пока рано. Лучше прикормить такого кадра, не пуская при этом его в свою собственную, внутреннюю коррупционную кухню.

— Рассказывай. Всё, что знаешь про организацию Соколова. Что тебе напели твои стукачи на улицах?

— Он плотно «держит» Бронкс. Выдавил оттуда всех конкурентов. У него есть мебельная фабрика. И она действительно делает мебель. Последнее время, правда, перепрофилирована под корпуса для радиоприёмников…

— Слышал, — недовольно скривился Джим, — Читал в газетах. Радио — новая игрушка для всех.

— Кстати, интересная шутка! — ухмыльнулся Курт, — У меня тоже теперь есть.

Шеф метнул на него грозный взгляд, и инспектор продолжил по делу:

— Почти вся организация мистера Соколова состоит из русских мигрантов. У него есть два молодых друга. Виктор Громов — его счетовод. Постоянно зависает на радиозаводе и в клубе «Колизей». Михаил Рощупкин. Они с отцом занимаются машинами и мебельной фабрикой. Из «интересных» людей есть ещё Георгий Синицын. Прозвище «Капитан». Руководит охранным агентством Соколова. Там всё чисто. Все лицензии и разрешения на разные виды деятельности и оружие. Семён Молотов по кличке «Казак». Порученец охранного агентства по особым делам. Что за дела — информации мало. Хотя мы с вами догадываемся — какие…

Джин кивнул и махнул рукой, мол, «продолжай».

Михаил Рощупкин женат на Розе. Это дочь Соломона Эльбаума. Мигранта из Одессы. То есть тоже из России, как и Соколов. Владелец сети аптек. Скорее всего, частично курирует дела, связанные с поставками алкоголя. Есть ещё ветеран войны, Гарри Ллойд-младший. Американец, воевал под Сен-Миелем в Европе. Честно говоря, по нему мало информации. Но его часто видят на улицах. Видимо, Соколов даёт ему какие-то личные поручения и через него держит связь с коренными американцами, которые живут в Бронксе. У Алекса офис в одном из кварталов. Фактически квартал заселён его людьми и семьями его подопечных. Настоящая крепость. В общем, если кто-то чихнёт в Бронксе — он тут же об этом узнаёт. Алекс открывает там школы и детские сады. Есть уже три общественные кухни. Там вроде даже какая-то община формируется. Для мигрантов из России. И Соколов её финансирует, чтобы решать проблемы местных. Из ключевых фигур вроде всё. Хотя может быть ещё кто-то, кого Алекс тщательно прячет…

— Что по «бизнесу»? По алкоголю? — спросил Калэханн.

— Вот тут всё очень интересно. Я готов поспорить, что в Бронксе, да и вообще в Нью-Йорке у Соколова нет ни одного склада с виски, — ухмыльнулся Курт, но Джим не оценил его чувства юмора.