Эмиссар (СИ) - Листратов Валерий - Страница 42

Полицейский часто кивает.

— Что нужно от нас? — деловито переспрашивает Матвей.

— Тут трое полицейских: двое по исполнению, один в штатском, скорее всего, из предыдущей смены. У всех была примерно одна задача. Если бы они нормально опознали мою форму, мы бы с вами не разговаривали. Меня приняли за военного в увольнении или за армейского курьера. Это неважно. Мне нужен здесь представитель Шестой Экспедиции раньше их начальника. Или мне придётся их отпустить и ещё быть виноватым в довесок. Понятно, что я гражданскому суду неподсуден, маг все-таки. — Добавляю для сидящего напротив, но он и сам уже догадался — это несложно. — Но мне и минимальные проблемы такого рода не нужны.

— Наш сотрудник будет у тебя в ближайшее время. Очень быстро.

— Жду. — прерываю вызов.

Киваю своему безопаснику на полицейского.

— Глеб, он пока ничего не знает. Просто сориентируйте молодого человека, что ему потом отвечать представителю тайной службы, у нас будет немного времени до визита его начальства, — оборачиваюсь к пленнику. — Вы слышали, каторги именно вам — не будет.

За эти пару минут, подчиненные Обломова, а точнее, мой фактически отряд, споро пригоняют в зал всех поваров и официантку. Да и полицейского в штатском тоже приносят в зал. А что? Так очевидно удобнее их контролировать, а в здании больше никого и нет — я бы почувствовал.

Официантка уже почти успела смыться, что-то почувствовать успевает за эти минуты. Сигнатура говорит о нарастающей панике. Но не успевает.

Нахожу ее взглядом.

— Закажите завтраки для всех, незачем нам здесь держать людей голодными, — говорю. — Возьмите с собой повара и сделайте.

— Да, — со страхом отвечает женщина. — Сколько завтраков заказывать?

— Вот таких, как у меня, — считаю. — Раз, два, три… Давайте шесть штук. Нет, давайте семь — сейчас ещё один человек подойдёт. А господа полицейские пока есть не будут.

— Вы же не будете? — спрашиваю у сидящего напротив.

Мужик качает головой, и я его понимаю: сейчас кусок в горло не полезет, а если полезет, то его ещё и стошнить может, потому что ужас просто так не отлипает. Очень неприятная техника. Двоих других полицейских так и держу в невозможности двигаться и говорить. Мне они пока что не нужны, тем более с такой яростью в сознании. Вот до кого ситуация пока что не доходит. С другой стороны, они меня и не слышат, так что и мало что понимают — с их точки зрения, ресторанчик сейчас под нападением непонятной группы, которая посмела им перечить. Ярость вполне себе благородная, вроде — честь мундира, что-то такое. Не вчувствовался.

Официантка мигом вскакивает, забирает с собой повара, и тут же ее надежда гаснет, когда киваю на кухню своему человеку. Тот поднимается вместе с ней. Нет, она действительно думала, что я ее одну оставлю. Неожиданно.

Меняемся с Обломовым местами. Глеб тихо уточняет что-то у полицейского, а я пересаживаюсь за столик поближе к входу. Новое лицо я уже чувствую. Точнее, два новых лица, но одному еще метров двести идти — товарищ неожиданно пешком. Правда и приближается странными резкими перемещениями. Маг, похоже. Посмотрю через пару минут.

— Здравствуйте, — входит мужик в черном мундире. — Зовите меня Николаем.

— И вам того же, — С удовольствием замечаю, что мои люди прекрасно контролируют входы и выходы. Появление безопасника для них новостью не становится. — А вы меня Максимом. Вот, — киваю на полицейского за столом, — ваш язык.

— А что с этими? — кивает в сторону парализованных представитель Шестой Экспедиции.

— Это? Ваши будущие подследственные, — обещаю я. — Там еще официантка на кухне и извозчик. Извозчика нужно арестовать как можно бережнее — у него кровь на руках, и его нужно по многим эпизодам допросить.

У парализованных ярость сменяется жутким отчаянием и, неожиданно, надеждой. Сразу, как они видят черный мундир вошедшего.

Семь омлетов, таких же как у меня, повар в одиночку готовит за пять минут. Чем только подтверждает, что хотели меня здесь задержать подольше.

— Периметр я контролирую, — говорю бойцам. — Можете в принципе перекусить.

Бойцы со мной согласны, но все равно, обмениваются знаками и едят, кажется, по очереди, не спуская глаз с двери и окон. Правильно, в общем-то.

— Матвей вас поставил в известность? — уточняю.

— В общих чертах. — отвечает безопасник. — Это очень хорошо, что хоть кто-то готов дать показания.

— В чём тут сложность? — удивляюсь. — Вы ж представитель императора. Прямой фактически. Вы же и губернатора вроде бы можете сместить.

— При очевидных доказательствах нелояльности — конечно. А так, по велению левой пятки — вряд ли. Они действуют по закону, на грани. Да, сфабрикованные дела, мы это понимаем, но предъявить им ничего не можем. — качает головой Николай. — местные власти встанут на их сторону. Ни один суд не возьмёт наши слова. И это состояние на грани между законом и беззаконием нам уже порядком надоело.

— Давайте угадаю. Это недавно началось, буквально за пару недель до войны?

— Почему вы так решили?

— Матвей сказал, что вы не выработали средств противодействия пока что. И во многих местах такое, — качаю головой. — Так что несложно догадаться.

— Почему? — допытывается безопасник.

— Потому что это хорошо укладывается в новые методы войны с нами турков. — говорю уже очевидную для меня, и совершенно не имеющую логического обоснования для местных вещь. — Уверен, что вы, потянув за эту историю, в конце концов, выйдете, на то что идею вскользь предложил вообще не местный, но очень доброжелательный дворянин.

— А откуда вы знает? — с огромным удивлением подает голос полицейский. — Он не то, что бы подал идею. Поликарпыч рассказывал эту историю как анекдот. Мол есть люди в другом городе, вот бы и нам так же.

— Поликарпыч это кто? — уточняю, но это, вообще-то, и так понятно.

— Полицмейстер наш. — подтверждает мои мысли полицейский. — Он мне родственник, правда, дальний.

— Интересно. И как вам служится с родственником? — улыбаюсь.

— Нормально служится, — насупленно замолкает мужик.

Глеб тоже встает из-за стола и пропускает туда безопасника.

— Максим, оставьте его. Вы городок видели? Тут все более-менее друг другу родственники. Так что других и нет, — замечает безопасник. — Лучше давайте поговорим под запись, и я сразу буду по переговорнику ваши ответы дублировать в Новгород. — Николай кует железо сразу, обращаясь к полицейскому. Тот бросает на меня взгляд и неуверенно кивает.

— Поэтому и покрывают, — соглашаюсь с Николаем.

— Именно. Теперь можно вызывать начальство. — машет рукой Николай.

Парализованные несколько раз дёргаются и пытаются что-то ему сказать, но я их всё так же держу.

Мои бойцы с интересом смотрят за диалогом, наворачивая сделанный для них омлет. Благо повара, скорее всего, ни при чём, и никаких попыток отравлений или ещё чего-то такого в их сигнатурах я не вижу. Просто люди, которые делают свою работу по приказу.

Тётку-официантку заливает отчаяние, потому что она начинает понимать, что вляпалась в очень неприятную ситуацию. И кажется, вывернуться уже не получится. Особенно это становится заметно, когда на пороге появляется мужик в чёрном, узнаваемом везде в империи, мундире.

Киваю и подтверждаю её мысли. Так и есть.

Забираю переговорник у парализованного. Отдаю человеку, который готов с нами сотрудничать.

— Вызывай. Вызывай свое начальство.

Тот нехотя берёт переговорник:

— Сергей Поликарпович, у меня проблемы. Я в «Сказке». Можете кого-нибудь прислать? Или, лучше, самому подойти. Боюсь, что здесь, кроме вас, никто не поможет.

Слышу, как в переговорнике возникают быстрые вопросы о случившемся. Но аппарат я сразу же забираю у мужика и сбрасываю вызов. Совершенно незачем рассказывать начальнику полиции о проблемах, которые образовались у его группы.

А в ресторан, как ураган врывается молодой высокий парень в форменной мантии армейского мага.