Личная (не)приятность темного магистра (СИ) - Вересень Мара - Страница 15

Наверное, то, что я вошла в аудиторию с Вероникой, было знаком для остальных, что со мной вполне можно говорить без последствий.

Причиной разговора снова стали щиколотки. На них изучающе посмотрел спустившийся с верхнего ряда адепт Денер, что в свете только закончившегося занятия по анатомии выглядело немного пугающе, и посоветовал сходить переодеться.

— После часового перерыва на ужин у нас практика по проклятиям, а на минус пятом, где заклинательные залы, прохладно и сквозит.

Подобное я бы скорее от Эвила ждала услышать, но недоэльфа на лекции не было. Если он всегда так прогуливает, не удивительно, что по два года на каждом курсе торчит.

Меж тем совет был дельный. Я задумалась, прислушиваясь к себе. Выбирать между отсутствием насморка и возможным чувством голода та еще задача. Интуиция подсказывала, что совместить не выйдет, и я сделала выбор в пользу брюк и ботинок, отказав Веронике с еще одной девушкой, веснушчатой шатенкой, пойти в столовую с ними. У меня в комнате еще осталось печенье, а за чаем всегда можно спуститься на этаж к Эвилу. Или вообще сделать разгрузочный день.

Помнится, Рис, страстно заботящаяся о фигуре, просила меня составить ей компанию. Мы весь вечер страдали о несъеденном ужине и как гарпии набрасывались утром на завтрак.

С соседкой было бы веселее, чем с призраком, уж точно, но лучше Триш, чем Вероника. С такой если и дружить, то на расстоянии.

Размышляя о подругах и диетах, я вошла в общежитие, миновала пустой холл, поднялась по лестнице на свой этаж. Почти поднялась. Триш выскочила из пола, растопырив руки. Ее вуаль и платье развевались взбудораженным клочковатым облаком, глаза были по блюдцу, рот приоткрыт. Она бы еще цепями позвенела для полноты образа. Но впечатление произвела. Кто угодно впечатлится, если из-под ног такое выскочит.

— Толку от тебя, — укорила я, отпуская перила, за которые схватилась, чтобы не скатиться с лестницы от внезапного появления призрачной дамочки. — Про первый ряд мне ничего не рассказала, про трудности перевода промолчала, пугаешь теперь. Что за страсти?

— Ужас, кромешный ужас. Не ходи! — запричитала Триш, дрожа ресницами.

— Это еще почему?

— Там Мортравен, — замогильным голосом тихо-тихо провыла она и пошла мелкой рябью, будто одно лишь имя декана темного факультета было способно изгонять бродячие души.

17

Пожалуй, его имя способно изгнать и вполне живую душу — мою. Лучше бы я ужинать пошла. Теперь стою на площадке ни туда ни сюда. Дверь в мою комнату приоткрыта и свет горит. Может, это я забыла погасить?

Покосилась на Триш. Призрак продолжала панически трепетать. Она влипла наполовину в столбик лестницы, прикрывая рот ладошками.

Единственный способ выяснить, не разыгрывает ли меня заскучавший «фамильяр» — войти.

— Адептка Айдин, — произнес стоящий посреди комнаты мужчина, лишая меня всяких надежд, что Триш пошутила. — Я надеялся, что вы придете сюда в перерыв.

На стоящем вполоборота декане был черный костюм, верхняя пуговица рубашки расстегнута, в вырезе поблескивали какие-то амулеты. Мантию он снял, повесив на спинку стула, и приоткрыл окно. Ему жарко? Осень на дворе. Комнату выстудил. Вламываться вот так нормально? Даже и не возмутишься. Вдруг есть какой-то отдельный Устав для темного факультета, где записаны все эти дурацкие правила о первых рядах в аудиториях и самовольных посещениях комнат учеников?

Залетающий ветер поскрипывал распахнутой дверцей шкафа, будто Мортравен именно сквозь нее в комнату попал, и играл серебристо-белыми прядями. Когда я вошла, сквозняк дунул сильнее, и волосы взвились вихрем. Настоящий снежный ураган. Они настолько светлые или всё же седые?

Мне стало неловко за небрежно убранную постель, за небольшой, но заметный беспорядок в шкафу, который я оставила открытым, и за неровную стопку книг на столе, где, помимо моих вещей, теперь лежали две толстые тетради. Наверное, поэтому я повела себя не слишком гостеприимно: не поздоровалась, не предложила сесть или чаю.

Здороваться было абсурдно, мы виделись вот только в коридоре учебного корпуса. Сесть Мортравен мог и сам и наверняка уже сидел, потому что стул был развернут спинкой к постели, а не к шкафу, как я его оставила. Что до чая…

— У вас плита на кухне не работает и чайник, — вдруг сказал мужчина, словно мои мысли прочел. — Нужно было оставить заявку в журнале в холле общежития. Вы остались утром без нормального завтрака.

— Я спустилась этажом ниже. Там всё работает.

— Вы сообразительны, — не то похвалил, не то поддел магистр.

— Мне пришлось. Жаль, моей сообразительности недостаточно для ваших лекций.

— Занятия по специальности с первым курсом и вот это, — Мортравен показал на тетради, — поправят ситуацию. Это конспект по некромагии за первый курс. Адепт Тернел случайно подал идею, как вам помочь.

Я молчала. Я чувствовала себя неудобно, будто это я к лерду в комнату без приглашения пришла, а не он ко мне. Стоит, положив руку на спинку стула, высокий и важный, как шкаф за его спиной. А комната не такая уж большая для двух шкафов.

— Я не жду благодарностей, это всего лишь компенсация за неудобства, но вы хотя бы кивните, что принимаете помощь. Я, знаете ли, не имею обыкновения навещать адептов в общежитии.

Его ровный тон не вязался со словами, выражающими недовольство. Я насторожилась.

— Зачем вы пришли, лерд Мортравен? Только из-за конспекта? Чей он?

— Это хороший конспект, поэтому не важно, кому он принадлежал. Что же касается основной причины визита…

— Прежде чем вы начнете, — решительно перебила я на правах временной хозяйки комнаты, — у меня к вам просьба, профессор.

— Ещё просьба? Снова оставить подпись? Где на этот раз? Не пойму, это у вас уверенность или всё же нахальство. — Синие буравчики заинтересованно впились в лицо. — Что за просьба?

— Я настоятельно прошу перестать уделять мне столько внимания, как сегодня. Это вызовет ненужные разговоры. Это и в ваших интересах.

— Согласен. Отчасти. Но не вам судить о моих интересах. В данном случае интерес вызван не вами, а вашим видением, которое по описанию слишком похоже на два-три просто опасных и один смертельно опасный темный ритуал. Вся разница в мелочах, которых вы не рассмотрели. Если та девушка — вы, я бы на вашем месте предпочел узнать подробности.

— Если та девушка — я, подробностей вы не дождётесь. Предсказания о себе самом слишком зыбкие.

— Видение произошло в моём присутствии, значит, я с ним связан, — уверенно заявил декан.

— Просто вы были слишком близко, лерд Мортравен. Опасно близко. Подошли со спины. Чувство опасности куда более вероятная причина, чем вы сами. И вы прекрасно это знаете.

— Я вас пугаю, лерда Айдин? — ухмыльнулся мужчина.

— Меня пугает ваша настойчивость. В вашем распоряжении целый факультет прорицательства во главе с деканом Плестом. Почему я?

— Я не люблю посвящать лишних и посторонних людей в свои личные дела. Но раз вы так упираетесь и не доверяете мне. И вам непременно нужен третий…

Повисшая пауза была странной. Настолько странной, что сначала мне стало зябко, потом жарко, потом… свет померк. Буквально на секунду. На долю секунды. Вспышкой.

Я ничего толком не успела понять, только что темно, я не одна, меня касаются чутко и чувственно, слышен звук дыхания, шепот. И тут же всё пропало.

— Адамина? Вы меня слушаете? Или это такой способ дать мне понять, чтобы я ушел? Я хочу сказать, что если вы мне не доверяете, я попрошу декана Плеста, а лучше магистра Горса, помочь вам и мне с этим разобраться.

То, что он сейчас стоял, сложив руки на груди, как часто делал Манфред Горс, выглядело издевкой. И с чего я взяла, что они похожи? Совершенно ничего общего.

Хорошо, что в момент видения я отвела взгляд, и он не заметил моих расширившихся во всю радужку зрачков и сбившегося дыхания. Это частые признаки. Внимательный человек, общаясь с прорицателем, легко заметит спонтанный пробой. У Рис, например, радужки выцветали, и она переставала моргать и дышать. Многие не дышат, иногда довольно долго.