Дороги (СИ) - Панченко Сергей Анатольевич - Страница 58

— Им не хватило. — Решил Илья. — Разве что каким-нибудь насекомым или мышам.

— Да, жаль если так. Все-таки хочется верить, что в таких ситуациях проявляется божественная воля, берущая под контроль своих созданий. Без многообразия животного и растительного мира может не наладиться круговорот веществ в природе.

— Ничего страшного, будем бегать по полям с кисточками из собачьей шерсти и опылять цветы вместо пчел, пока природа не изобретет их заново. — Илья рассмеялся.

— Слушай, жизнь в деревне не прошла для нас даром. Я бы сама никогда не сообразила, что цветы можно опылять вручную. Деревенские жители намного сообразительнее нас в плане приспособленности к такой жизни.

— Крестьяне ближе к природе, потому и приспособленнее. — Илья зачерпнул рукой озерной воды и попробовал на вкус. — Ничего так, пить можно.

Они позавтракали, напились из озера впрок и пошли дальше. Издалека увидели серебрящуюся полосу, похожую на реку и долго не могли поверить, что это именно она, а не иллюзия. Водная преграда оказалась неожиданно широкой. На карте реки в этом месте не значились. Илья перепроверил. Да и не было сейчас рек в прежних руслах, прегражденных многочисленными разломами.

Вода в реке оказалась мутной, в многочисленных водоворотах, говорящих о неровном дне и быстром потоке. Илья разделся и зашел по пояс. Дальше глубина начинала резко увеличиваться. Переплыть с имуществом вряд ли бы получилось. Слишком далеко до другого берега и тяжело. Пришлось идти вдоль русла в надежде, что появится участок, подходящий для брода.

Жребий дал подсказку идти вверх по течению. Шли больше трех часов, пока не добрались до слияния двух рек. В этом месте потоки медленно и широко текли по равнине. В руслах виднелись многочисленные островки, говорящие о том, что здесь не очень глубоко. Илья проверил предположение. Так и оказалось. Они с Дашей перешли на другой берег. Устроили небольшой привал, отдохнули и двинулись дальше.

Пока никаких признаков живых людей им не повстречалось. От старого мира остались трактора, комбайны, прицепные устройства. Некоторые стащенные в овраги потоками весенней влаги. Там их ожидала скорая участь раствориться в земле, похоронив свидетельства существования развитой цивилизации. Жутковато выглядели опоры высоковольтных линий электропередач. Ржавые, местами покосившиеся на одну сторону, местами упавшие на землю. Илья собрал моток алюминиевой проволоки и повесил его на рюкзак, сам не зная для чего.

ЛЭП оказались идеальным проводником в мире без ориентиров. Они вели к одной из электростанций, расположенной на берегу Волги. По ним и направились. К вечеру идеальное путешествие нарушила приближающаяся гроза. Илья с Дашей предусмотрели ее, тем более что грозы случались неестественно часто для этих мест. Поставили самодельную палатку в стороне от металлических опор и низин. Как оказалось, не зря. Несколько молний ударили в опоры поблизости, вызвав яркие фейерверки разрядов. Конус столба, принявшего на себя разряд молнии, светился раскаленным металлом еще несколько минут.

Дождь оказался не таким страшным, как гроза. Начался с ливня, но не продержался и трех минут, перейдя на моросящий режим. Быстро утих, оставив после себя сильный запах озона и сырости. Илья с Дашей уснули и проспали до утра, встав сильно после восхода солнца. День обещал быть ясным и теплым. Сухой ветер дул с востока. Даша быстро приготовила завтрак, они перекусили и отправились дальше.

Удивительно, но здесь чаще встречались деревья, сохранившие стволы, как будто температура пекла была ниже. К слову сказать, это было свойственно только оврагам. На ровной местности стволы торчали обгорелыми пнями, как и везде. Кажущаяся безлюдность привела к беспечности. Илья потерял осторожность, и смело поднявшись на очередной невысокий холм, нос к носу столкнулись с троицей мужчин, ковыряющихся в недрах двигателя гусеничного трактора. От неожиданности замерли обе стороны.

Глава 17

Глава 17

Петр сразу понял, о чем с ними будут разговаривать, когда увидел внутренние разрушения шахты и коридоров, мимо которых они спускались на трясущемся в судорогах лифте. Землетрясение разрушило некоторые ответвления. Техника и десятки людей разбирали завалы, ставили подпорки и заделывали протечки водоносных слоев в стенах.

Лифт опустился на десять этажей вниз. На нижнем уровне все было немного иначе, чем в тоннелях, мимо которых проехали транзитом. Потолки выше, расстояние между стенами шире, по помещениям гулял сквозняк, явно искусственного происхождения. Майор вышел из лифта первым и придержал перед Мариной дверь.

— Томить не буду, есть повреждения стен и потолков. Хотим знать, насколько они опасны. Как распределяется нагрузка, откуда начать крепить и каким образом. — Военный вынул фонарь и направил его свет на ближайшую стену.

В ней явственно выделялась трещина, протянувшаяся от пола по всей высоте стены, прихватив и потолок. Ее края сочились влагой.

— Мы архитекторы, работающие немного с другим материалом. — Петр испугался, что ее компетенции не распространяются на рукотворные пещеры. — С бетоном, кирпичом, сталью. У них есть марки, характеристики, допуски. Это же камень, который даже не монолитен, а состоит из включений, делающих его свойства неравномерными.

— Понимаю, и даже предполагал, что вы вначале испугаетесь. Но сейчас с вами пообщается человек, которого поставили главным по восстановлению. Думаю, вы найдете с ним общий язык. — Военный повернул направо и направился меж двух рядов ящиков, составленных штабелями.

Петр успел прочитать надпись на них: «Росрезерв. Говядина тушеная».

— Так это склады Росрезерва. — Громко произнес он. — Нам даже предлагали их проектировать.

— Ну, вот, а ты говорил, что ничего не знаешь. — Обрадовался майор.

— Наша задача была не в том, чтобы придумать, как выпилить помещения в породе. Мы были больше по дизайну в привязке к системе вентиляции и транспортных коридоров. — Пояснила Марина.

— Пришли. — Майор постучал и сразу открыл дверь небольшое помещение, сколоченное из фанерных плит.

Внутри было тепло и сухо. За столом с лампой и ноутбуком нахмурившись сидел мужчина. Он поднял усталый взгляд на гостей и замер.

— Петр Васильев? — Он удивленно приподнялся.

Петр присмотрелся внимательно.

— Алексей из «Интехстрой». Завод по производству и полировке оптических линз. — Вспомнил он.

— И не только. — Мужчина вышел из-за стола и обнял Петра, как давнего друга. — Господи, спасибо, что я тебя знаю. — Обрадовался он. — Один тут, как перст, кручусь, верчусь. Спасибо, товарищ майор. На этих специалистов я могу рассчитывать.

— Слава богу. Они ведь чуть меня не отговорили. — Майор вынул платок и вытер лоб. — Я пошел?

— Идите.

Повеселевший военный покинул помещение. Алексей скинул со стула бумаги и поставил его Марине.

— Присаживайтесь.

— Спасибо. — Марина села и по привычке закинула ногу на ногу. Увидела свои калоши и убрала ноги под стул. — Извините, не было возможности подготовиться.

Алексей рассмеялся.

— Какая ерунда. Кому сейчас интересно, кто во что одет. Живы, и это самое главное. — Он немного смутился. — Извините, чтобы невзначай никого не обидеть, с вашими родными все в порядке?

— Не совсем. — Ответил Петр. — Сын гостил у деда в Ставропольском крае. У нас есть информация, что они взлетели на небольшом самолете после землетрясения, собираясь лететь к нам в Москву, но из-за пекла вынуждены были сменить маршрут. Последние переговоры с ними были где-то немного не долетая Волги. Скорее всего, сели там, где кончилось топливо. Что сейчас с ними, мы не знаем, но считаем, что все в порядке.

— Ясно, хорошо. У меня были претенденты на вашу должность, но у них такая глубокая депрессия, что они не смогли работать и ушли. Им все не в радость. — Пояснил Алексей причину вопроса.

— А у вас как? — Спросил Петр. — Мы тоже должны знать, чтобы не ранить нечаянно.