Физрук на своей волне. Трилогия (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 150

– Фу! – и одновременно топнул ногой.

Похоже, сработало. Собаки вздрогнули, поджали хвосты и, поскуливая, бросились в разные стороны.

Вот тебе и охрана! Вора, который скручивал лебёдку, эти «сторожа» даже не заметили – или сделали вид, что не заметили. А вот на меня, хозяина машины, едва не кинулись, будто я и есть чёртов грабитель.

Абсурд полный. Но чем больше я прокручивал в голове происходящее, тем яснее складывалась одна мысль.

А ведь, похоже, они знали этого типа. Вот почему ни одна из шавок даже не гавкнула, когда он возился у моей машины. Их поведение объяснялось слишком просто – для них он свой.

Хм… интересно.

И ведь, чем больше я об этом думал, тем правдоподобнее всё выглядело. Если бы этот вор был для собак чужаком, они бы сразу подняли лай, стоило ему только зайти на территорию. А они молчали.

Молчали до тех пор, пока не появился я. Значит, знали всё‑таки. Узнали его запах, походку, голос – своих собаки не трогают.

Я подошёл к забору и огляделся, пытаясь увидеть беглеца. Но тот словно растворился в воздухе. Ну конечно, юркий, молодой, с хорошей физикой – воспользовался заминкой и слинял, пока была возможность.

– Чёрт… – выругался я, раздражённо пнув ногой забор.

Тонкий металл глухо звякнул, правда злость никуда не делась.

Хреново. Очень хреново.

Любопытно другое – при всём этом шуме, собачьем визге и моих криках сторож так и не появился. Вот тебе и охрана за деньги… Плати, сколько хочешь – результат один.

Хотя, если честно, что я ожидал? Старик глуховат, спит наверняка как убитый, особенно под вечер, когда наложится телевизор и, возможно, бутылка «успокоительного».

Так что тут всё логично – дед бы и артиллерийский залп не услышал.

Я обернулся к машине и заметил ящик, стоящий прямо у колеса. Воришка, когда драпал, бросил инструмент, не успев прихватить.

Я подошёл, присел на корточки и приподнял крышку. Инструмент оказался добротный – качественные ключи, головки, отвёртки, пара мощных пассатижей, даже мини‑дрель есть. В советское время за такой набор мужики бы неделями горбатились, лишь бы достать.

Что ж, воришка ушёл ни с чем. А это добро, считай, будет компенсацией.

Но и «подарки» после себя воришка тоже оставил, куда же без них… Причём такие, от которых радости никакой.

Глава 21

Одно из грязевых колёс было спущено в ноль. Машина стояла неровно, будто осела на бок. Я присел на корточки и внимательно осмотрел покрышку.

Пореза не было, я увидел прокол.

– Вот же гад, – пробормотал я. – Лебёдку хотел стянуть, так зачем колесо‑то калечить?

Бил он либо отвёрткой, либо шилом.

Я выпрямился, тяжело вздохнув. Ну всё, приехали – теперь ещё и колесо чинить. Причём не простое, а здоровенное, внедорожное, с толстым протектором. Такие шины стоят прилично, да и возиться с ними – удовольствие то ещё.

Не было печали – купила баба порося… В самый раз, к моменту.

Я обошёл машину и подошёл туда, где в пылу схватки выпал из рук воришки его «нож». Нагнулся, поднял. В тусклом свете прожектора стало ясно, что это шило.

Добротное, плотное, с удобной деревянной ручкой. Такую вещь не случайно таскают с собой, нет – это инструмент или оружие, зависит от того, кто держит в руке.

Я повертел шило, оценивая. Острое, тяжёлое, с чуть загнутым жалом – бьёт глубоко. И надо сказать, что мне чертовски повезло.

Всё произошло на грани. Сделай я один неверный шаг или медленнее среагирую, и это шило вошло бы в бок. А такие ранения самые мерзкие. Хуже, чем от ножа. Нож хотя бы режет, а это…

Я сжал рукоять чуть крепче, глядя на острие.

– Ну что, «умелец», – пробормотал я себе под нос. – Почти получилось. Почти.

Я всё больше убеждался, что этот тип был не случайным проходимцем. Нет, всё выглядело так, будто он заранее приметил мою машину и пришёл на дело. Инструменты принёс с собой… вот только колесо‑то на хрена было протыкать? Впрочем, на чёрта он это делал – вопрос отдельный.

Я подошёл к забору, к тому самому месту, где собаки прорыли подкоп. На этот раз осмотрел всё внимательно. И тут заметил на земле старую газету. На ней были жирные пятна и крошки. Судя по виду, на ней недавно лежала еда – скорее всего, колбаса.

– Вот же хитрый ублюдок… – выдохнул я.

Всё стало ясно. Он прикармливал шавок заранее. Вот почему псы даже ухом не повели, когда он появился на стоянке. Для них он был «добрый человек», который приносит вкусное.

Теперь картина сложилась окончательно: вор подготовился. Приметил машину, обошёл сторожа, приручил собак, принёс инструмент и, уверен, собирался закончить дело в тишине, если бы я не вернулся.

Сторож, кстати, так и не показался. Закончив осмотр, я вздохнул и, не раздумывая, направился к его будке. Хлипкие деревянные ступеньки жалобно заскрипели под ногами.

Ещё до того, как я дотронулся до ручки двери, изнутри уже доносился рёв телевизора. Громкий, захлёбывающийся комментаторским азартом.

Ну ясно.

Я не стал стучать, просто рванул дверь на себя. Петли взвизгнули, дверное полотно ударилось о стену

– … Идёт седьмая минута матча Спартак – ЦСКА! – заорал телевизор.

Я хмыкнул. Тут же вспомнился участковый – тот самый, что жаловался, как его выдернули с дивана, когда он собирался смотреть футбол. Похоже, этот матч и правда был событием недели. И, похоже, не только для ментов.

Старик был так увлечён игрой, что моего появления попросту не заметил. Болельщик со стажем, что тут скажешь. Он сидел, наклонившись к экрану, и, сжимая кулаки, во всю глотку скандировал:

– Вперёд, «Спартак»! Только вперёд! Оле‑оле‑оле! «Спартак» – чемпион!

Глаза у него светились таким азартом, будто он сам стоял на поле. Но как назло – именно в этот момент «ЦСКА» загнал мяч в ворота Спартака.

На экране крупным планом показали здоровенного черного футболиста с ярко окрашенными волосами. Автор гола, раскинув руки, бежал к трибунам, наслаждаясь своей минутой славы.

– Да чтоб вас!.. – взвыл сторож, откинувшись на спинку старого кресла. – Колхозники! Надо тренера менять и половину состава к чёртовой матери! Никакого толку, никакого! У меня ребята в колхозе и то лучше играли, чем вы!

Он всплеснул руками, потом раздражённо махнул в сторону телевизора и только тогда краем глаза заметил меня у двери.

– Ну что, какой счёт? – спросил я, переступая порог. – Один ноль, играем дальше?

Старик, не сразу узнав меня и всё ещё кипя от злости на проигрыш, обернулся с раздражением:

– Опять ты пришёл? – буркнул он. – Снова машину забирать⁈

По интонации сразу стало ясно, что человек «не в теме». Он вообще не представлял, что творилось на стоянке за последние двадцать минут. Когда я шёл к будке, у меня мелькала мысль, что вор мог действовать не один, что старик, возможно, в доле. Слишком уж спокойно всё у него было организовано.

Но теперь, глядя на искренне недовольную физиономию деда, я окончательно убедился, что он не при делах. Просто старый, глуховатый фанат, для которого футбол – святое, а всё остальное подождёт.

– Слышь, дед, – сказал я, не обращая внимания на его ворчание, – а тебя ничего не смущает? Всё хорошо тут у тебя?

Он нахмурился, не понимая, о чём речь.

– В смысле? – переспросил он, по‑прежнему раздражённый.

Дед на секунду задумался, не совсем понимая, к чему я веду. Потом сильнее нахмурился, скривил губы и выдал:

– Слушай, а ты сам не видишь, что ли? – хмыкнул он. – «Спартак» гол пропустил! А это, чтоб ты понимал, принципиальное дерби с конями!

– С конями, значит, – усмехнулся я. – Не повезло «Спартаку»?

– Да играть они не умеют! В девяностых семь раз чемпионами были! А теперь – ни команды, ни черта. Разброд и позор один… пфу!

– Ну, значит, пусть другим по‑чемпионить дадут, – пожал я плечами. – Вот только я не про это, дед.

– А про что? – насторожился он, видя моё лицо и явно чувствуя, что разговор грозит чем‑то неприятным.