Защитить сбежавшую невесту (СИ) - Холгер Элиз - Страница 62

Я тут же позвал остальных.

Они сбежались мгновенно – даже Файрас, бледный, с запавшими глазами, появился в дверях, словно его вырвали из очередного допроса. Мы стояли вокруг кровати, затаив дыхание. В воздухе витал сладковатый запах – как после грозы, как «ее» магия.

На четвертый день она вернулась.

Совершенно такая же.

Ни шрамов, ни следов зелья. Ее кожа сияла, как перламутр. Ресницы отбрасывали тени на щеки, губы были слегка приоткрыты. Только грудь не поднималась. В ней пульсировала магия. Не ее. Наша.

Она не просыпалась.

Мы переложили ее на свежие простыни – шелк цвета сливок, ее любимый. Артефактом очистили ее тело. Одели в то самое голубое платье легкое, как туман, в котором она любила бродить по саду.

А потом снова ждали.

Файрас скрипнул зубами и ушел – дела, казни, отчеты. Но теперь он возвращался каждый час, будто боялся пропустить то мгновение, когда она очнется. Дайн стоял на страже у дверей.

Зорий тренировался до кровавых мозолей на ладонях. Но по ночам прокрадывался сюда и засыпал, свернувшись у ее ног, как щенок.

Эйдан…

Эйдан просто ждал.

Как и я.

Глава 70. Пробуждение

Тьма.

Не та, что мягко укутывает перед сном, а тяжелая, бездонная, словно меня поглотила сама пустота. Я висела в ней, как пылинка в космосе, не чувствуя ни тяжести тела, ни биения сердца. Лишь смутные отголоски – голоса, будто доносящиеся сквозь толщу океана.

« Ави... Ты слышишь? Я разработал новый прием. Просыпайся и я покажу тебе, насколько он крутой… Я смог создать из огня дракона. Кажется, Дайн завидует. Мой то покруче его Кхарда будет… О, Ави, я тут узнал, что Лира встречается тайно с Исдером. Ну тот из стражи дворца. Мне кажется они хорошая пара… Я придумал крутой фокус, который можно сделать во время вальса. Просыпайся, и я покажу тебе... »

Зорий. Его слова, обычно звонкие и насмешливые, теперь звучали приглушенно, словно он говорил, сжимая зубы, хоть он и старался быть веселым. Я представила его: сжатые кулаки, дрожащие ресницы, алые искры магии, рвущиеся сквозь пальцы.

« Мы здесь. Вернись. »

Файрас. Его бас, всегда такой властный, теперь дрожал, как пламя на ветру. Я видела его перед собой: сгорбленную спину, пальцы, впившиеся в подлокотник кресла, багровые узоры на шее, пульсирующие в такт тревоге.

Я пыталась закричать, пошевелиться, но мое тело растворилось. Лишь сознание металось в этой черной пустоте, как птица в клетке.

А потом – воспоминание.

Горло обожгло, будто мне влили кипящую смолу. Боль волной прокатилась по жилам, и моя магия взревела в ответ, превратив тело в факел. Золотые узоры вспыхнули, как солнце, и я сгорала, чувствуя, как пламя пожирает каждую клетку. Это был очищающий огонь перерождения. Моя магия судорожно пыталась спасти меня.

Теперь я чувствовала... пустоту.

Моя магия, всегда теплая и живая, будто второе сердце, замерла где-то далеко. Ее золотое сияние сменилось тусклым мерцанием, словно звезда, погасшая на рассвете.

Зато я ощущала «их».

Дайн – его магия пахла дымом и железом. Зорий – искры его силы танцевали, как безумные огоньки, щекоча кожу. Рик – холодная сталь, пронизывающая тьму, будто клинок, рассекающий пелену. Файрас – багровые спирали, вихрем вьющиеся вокруг, как крылья феникса в полете.

И... Эйдан.

Его магия струилась ледяными ручьями, обвивая мои запястья, шею, виски. Она не обжигала – скорее, замораживала боль, превращая страх в хрустальные осколки. Но от нее мне было холодно. Будто я лежала на снегу, а они пытались согреть меня через толщу льда.

« Почему я не могу проснуться? »

И вдруг – ветерок.

Легкий, едва уловимый, он скользнул по коже, принеся с собой запах жасмина и... корицы.

В какой-то момент что-то щелкнуло.

«Вздох.»

Первый. Резкий, как удар ножом. Воздух ворвался в легкие, обжигая холодом.

«Второй.»

Теплее. Я почувствовала грудь, поднимающуюся под чем-то мягким – шелком? Простыни пахли жасмином, как всегда.

«Третий.»

И голоса стали четче, будто кто-то прибавил громкость.

« Аврора... Пожалуйста .»

Зорий. Его голос сорвался на полузвуке. Вспомнила его при первой нашей встрече. Он тогда танцевал и был самим огнем. Я потянулась к нему, мысленно цепляясь за его магию, как за спасательный круг.

« Ави, моя райнира. Я рядом .»

Дайн. Его ладонь шершавая, теплая – легла на мою руку. Я ощутила мозоли на его пальцах, запах дыма и металла.

« Птичка... Открой глаза. Порадуй нас своим смехом. »

Файрас. Его пальцы впились в мои запястья, будто он пытался удержать меня в этом мире. Багровые узоры на его руках жгли кожу, но это было приятно – как напоминание, что я жива.

« Ты сильная. Ты сможешь вернуться к нам. »

Эйдан. Его голос прозвучал прямо над ухом, холодное дыхание коснулось шеи. Его магия сжалась вокруг меня, как панцирь, отталкивая остатки тьмы.

« Ави… »

Шепот Рика. Всего одно слово, но в нем – целая буря. Я представила его глаза: серебристо-карие, с вертикальными зрачками, смотрящие на меня с гордостью и любовью. Его пальцы дрожали, касаясь моего лица.

Я рванулась навстречу, из последних сил ломая невидимые оковы.

Я открыла глаза.

Потолок, расписанный фресками с фениксами, плыл в дымке слез. Шелковые занавески колыхались, пропуская солнечные блики, которые танцевали на стенах, как золотые мотыльки. Воздух был напоен ароматом жасмина и яблок – кто-то поставил на стол корзину с фруктами.

И – они.

Зорий застыл на краю кровати, его пальцы впились в покрывало. Алые волосы были растрепаны, Глаза, казавшиеся потухшими остановившись на мне, вдруг наполнились золотыми искрами.

- Ты здесь... – голос его сорвался, и он бросился вперед, обхватив меня так, будто боялся, что я рассыплюсь.

Дайн стоял у изголовья, его мощная фигура отбрасывала тень на стену. В глазах – облегчение. Он сжал мою руку сильнее, и я почувствовала, как дрожат его пальцы.

- Не смей больше так пугать, - прошептал он, прижимая ладонь к щеке.

Файрас не двигался. Он сидел в кресле, его поза была царственной, но багровые узоры на шее пульсировали бешено. Взгляд – тяжелый, пронизывающий буравил меня, будто он пытался прочесть каждую мысль.

- Птичка, - наконец произнес он, и в этом слове прозвучала вся вселенная: гнев, страх, бесконечная нежность.

Эйдан стоял у окна, его пальцы сжимали подоконник так, что мрамор треснул. Голубые глаза, холодные как ледники, теперь светились внутренним огнем. Он не говорил ни слова, но его магия – та самая леденящая, была со мной все время моего перерождения.

И Рик...

Он сидел на краю кровати. Темные волосы, острые скулы, шрам у виска. Его пальцы дрожали, когда он коснулся моих губ, будто проверяя, реальна ли я. Он осунулся. Мне это не понравилось. Все они, выглядели измученными. Уставшими.

- Ты вернулась, - проговорил Рик, и в голосе его прозвучала хриплая нота, которую я никогда раньше не слышала.

Я попыталась улыбнуться, но губы не слушались. Тело было словно чужим – тяжелым, непослушным. Я подняла руку, разглядывая кожу: золотые узоры поблекли, словно выцвели на солнце.

Но они были.

- Мой огонь... – прошептала я, и голос звучал хрипло, как скрип ржавой двери.

Файрас встал, его плащ взметнулся, как крыло.

- Он на месте, - улыбнулся он тепло, не сводя с меня глаз. – Просто тебе нужно время на восстановление.

- Как это может быть? Разве то зелье…

- Эйдан позаботился о тебе. За нас всех… - усмехнулся Файрас посмотрев в сторону ведьмака. – Если бы не его снадобье, не знаю, что бы сейчас с тобой было.

- Снадобье? – прошептала, и я вспомнила как выпила зелье, которое мне дал Эйдан перед балом. – Оно защитило меня? Против зелья смерти?

Дайн рассмеялся. И в этом смехе отразилось облегчение и радость:

- Он нас уделал. Эйдан создал снадобье способное защитить нашу истинную лучше, чем какой-либо артефакт. Клан просто был обречен.