Где моя башня, барон?! Том 2 (СИ) - Панарин Антон - Страница 25

Я повесил трубку и вернул телефон охраннику.

— Решил выступить на воинском? — покачал головой лысый. — Не рановато тебе?

— Мне не рановато. А тебе, судя по всему, уже поздновато думать о спортивной карьере, — хмыкнул я, направляясь на выход.

— Слышь⁈ — раздалось за спиной.

— Саня, да всё, тормози. Если парнишка на воинском выступает, то тебя точно калекой сделает при желании, — начал успокаивать буйного друга его вменяемый напарник.

Такси пришлось ждать в кромешной тьме промзоны. Собаки воют на луну, сверчки пиликают свои песни, а я всё жду треклятую машину. Ожидание оказалось бы совсем томительным, если бы не Гоб.

— На воинском с оружием дерутся,

Возьми кастет, пускай зубами поплюются.

Приложишь с правой и сломаешь нос,

Потом в лобешник и решишь вопрос, — выдал очередной стих зелёный, хихикнув из темноты.

Он протянул мне трофейный кастет. Подобрал его на одном из первых турниров, и уже успел позабыть о том, что есть в наличии. Обычный кусок железяки. В руке лежит паршиво, острые края врезаются в кожу пальцев, а выбоины на рабочей поверхности кричат о том, что кастетом пользовались регулярно.

Не люблю я это оружие, но, к сожалению, другого у меня нет. Не Пожирателем же костей там сражаться?

Правда, у меня есть ещё рукоять фамильного клинка, с дугообразной гардой. Гарда защищает кулак от вражеского удара и её можно использовать вместо второго кастета. Пожалуй, так и поступлю, ведь убивать я никого не планирую.

Спустя час такси доставило меня к селу Воронежскому, которое ожидаемо располагалось за пределами владений воронежской банды. По факту, никакого села здесь не было и в помине. Высоченный забор и открытые настежь ворота, которые сторожили десятки уголовных морд.

Заметив меня, охранники заулыбались — видимо, Крапивин их уже предупредил о моём визите. Расступившись, они пропустили меня во внутренний двор без лишних вопросов.

Слева и справа тянулись длинные ряды плодовых деревьев, за которыми никто давно не ухаживал. Одни деревья засохли, другие сломались от ветра, а третьи росли абы как, раскидав ветви в разные стороны, словно лапы чудовищ.

Впереди расположился фонтан с изображением девушки с оголённой грудью в центре водоёма. Ожидаемо он не работал. А прямо за фонтаном находилось поместье, где и должны были пройти бои.

Прогуливаясь в сторону поместья, я поймал себя на мысли, что здесь при прошлых владельцах было чертовски красиво. Но всё, что интересовало Крапивина, так это заработок денег, поэтому он даже не думал вкладывать средства в облагораживание территории.

У входа меня встретила девушка, выдававшая на турнирах вознаграждение.

— Владимир. Прошу за мной, — расплылась она в дежурной улыбке. — Ефим Сергеевич вас ждёт.

— Какая честь, — широко улыбнулся я в ответ и последовал за ней.

Пройдя через десятки вооруженных головорезов, мы поднялись по лестнице. Коридоры, балконы и прочие помещения просто кишели охраной. Такое ощущение, что сегодня ночью проведут не подпольные бои, а какие-то торги, где на кону будет стоять сотни миллионов рублей.

Крапивин разместился на втором этаже. Сидел за резным столом из дерева, на котором полопался лак. Белоснежный пиджак организатора смотрелся неестественно в окружении медленно умирающей старины.

— Владимир! Рад видеть. Присаживайся, — Крапивин указал на табурет, напротив стола. — Хорошо, что ты позвонил. У меня выбыл один человечек, и бой мог сорваться. Поэтому выйдешь на замену.

— Ефим Сергеевич, обязательно выйду, — закивал я. — А что насчёт оплаты за прошлый бой?

— В смысле? — сделал удивлённое лицо Крапивин. — Я отдал все деньги твоим друзьям.

— Каким ещё друзьям? — спросил я, скептически посмотрев на него.

— Ну как же? Ты подошел ко мне за выигрышем, тебе стало плохо, твои друзья подхватили тебя на руки и сказали, что доставят домой в целости и сохранности. Им я и передал твой выигрыш.

Врёт и даже не краснеет. Впрочем, чего-то подобного я и ожидал. Готов спорить, что Крапивин знал о готовящемся похищении. А теперь так удачно решил воспользоваться случаем и закрысить мои кровно заработанные.

Ну ничего страшного. Оплату за работу я всегда получаю. Любой ценой. Руки чесались вломить ему и забрать свои деньги, но здесь столько охраны, что я при всём желании живым не уйду. Значит, самое время для операции «зелёный мародёр».

— Вот оно что, — улыбнулся я. — Тогда спрошу у ребят. Может, и правда забыли. А вы владеете этим поместьем?

— Да, приобрёл пару лет назад. Как видишь, требуется ремонт, — Ефим щелчком пальца сбил кусок лака, отправляя его в полёт. — Но в остальном место вполне пристойное. Для наших турниров лучшего и не придумать… Кстати, твой бой состоится через час. Можешь перекусить, выпить. Всё за счёт заведения. Главное — покажи яростное сражение! — ухмыльнулся он, показав клыки, — Я всё-таки подумываю сделать на тебя ставку.

— Уверяю, вы не будете разочарованы, — ответил я, вскочил со стула и направился к выходу.

— Что-то в тебе поменялось. Какие-то нотки аристократичности проступают, что ли, — задумчиво протянул Крапивин и отмахнулся от этой мысли. — Хотя это неважно. Нас определяет не наша речь, а поступки. И я надеюсь, что твои слова не расходятся с делом.

Я лишь кивнул и вышел наружу. Вот же скользкий выродок. Надеется, что мои слова не расходятся с делом, а сам мгновенно показал свою личину, зажав две тысячи четыреста рублей, между прочим кровно заработанных мною.

— Подскажите, где здесь туалет? — обратился я к девушке, которая всё ещё ждала меня у кабинета Крапивина.

— По коридору и налево, — брезгливо ответила она. — Если что-то потребуется, я буду на первом этаже встречать гостей.

Я проследовал в указанном направлении и понял, почему мой вопрос вызвал у девушки отвращение. Туалет представлял собой выгребную яму. Закрыв нос воротом куртки, я запер дверь и осмотрел помещение.

В дальней части комнаты была вентиляционная решетка, в которую не смог бы протиснуться даже подросток, но вот гоблин…

— Гоб, на выход, — коротко бросил я, пытаясь открутить ногтем проржавевшие болты.

— Какой здесь смрад, просто кошмар…

Гоб хотел продолжить стих, но его начало подташнивать. Вместо разговоров он оттолкнул меня в сторону и когтистой лапой дёрнул решётку на себя. Ржавые болты не выдержали. Щёлкнув, они отломились.

Гоблин тут же полез в вентиляционную шахту. Плечи его не хотели протискиваться в отверстие. Но желание скрыться от дурного запаха было настолько сильным, что король гоблинов сделал мощный рывок, после которого раздался хруст ломаемых костей. Потом ещё и ещё один.

В итоге Гоб сломал себе пару рёбер и плечевые кости, но всё-таки смог забраться внутрь. Он исчез в черноте проёма, оставив меня со сломанной решеткой в руках. Да уж… На место её уже не повесишь. Да и чёрт с ней. Всё равно Гоба в шахте никто не найдёт при всём желании.

— Дай двадцать тысяч, — тихонько сказал я, зажимая нос, и из темноты вентиляции мгновенно вылетела пачка купюр.

Спрятав деньги, я швырнул решётку на пол, вышел в коридор и направился на первый этаж. Проходя мимо охранников, заметил, как те воротят нос от меня. Очень вас понимаю. После посещения уборной придётся сжечь одежду, ведь теперь она превратилась в химическое оружие и вряд ли её можно отстирать.

Это поместье — довольно странное место. Когда идёшь по полу, ощущается слабая вибрация, исходящая из-под земли. Если остановиться и прикоснуться к стене, то можно её почувствовать. А если приложить ухо, то ты услышишь, как несколькими этажами ниже беснуются зрители.

Истошные вопли, наполненные жаждой крови, неистовые удары, гулко отзывающиеся в пустоте. Каждый отголосок звуков, проходящих через стены, говорил о том, что внизу идут жаркие бои, а на верхних этажах тишь да гладь. Нет ни намёка на кровопролитие, если, конечно, не обращать внимания на кучу охраны.

На первом этаже я собирался подойти к девушке-администратору, но заметил пару гостей, идущих в сторону подвальных помещений. Решил не тратить время и направился следом за ними. Гости со знанием дела свернули за угол и потянули на себя ничем не примечательную дверь.