Где моя башня, барон?! Том 2 (СИ) - Панарин Антон - Страница 15

— Я рад, что у вас есть чёткие жизненные ориентиры. Но мне нужно поселиться как можно ближе к месту, которое располагается хрен пойми где. Поэтому я и хочу у вас узнать, куда лучше податься.

— А вот это другой разговор, — ухмыльнулся обладатель кепки и протянул руку, чтобы взять купюру, но я её тут же спрятал. — Хех. Смотрите, мужики. Прожженный малый, — он кивнул в мою сторону, — Ладно. Задавай свой вопрос.

— Мне нужно поселиться поближе к поместью графа Мышкина, — объяснил я.

— Графа? А тебя чё, на бал, что ли, пригласили? Простите, что не разглядел в вас высокородную особу, — юродствуя, поклонился водила.

— Ты кривляться будешь или деньги зарабатывать? — стальным тоном спросил я.

— Да, Сивый, если тебе бабки не нужны, то я пацана довезу, не вопрос, — вклинился мужик с козлиной бородкой.

— Осади коней, Шурик. Сейчас моя очередь пассажира стричь, — Сивый упёр ладонь в грудь товарища и повернулся ко мне. — Ладно, прыгай в машину. Докину куда надо. По пути всё расскажу.

— Как скажешь. Только стричь будешь лохов. А я тебе заплачу честную цену, — поправил я водилу, и тот разинул рот от удивления.

— Ого. Нормально, — плохо скрывая растерянность, произнёс он. — А ты не промах, я смотрю. Ну раз такой базар, то поехали по честной цене. Рубль за километр, идёт?

— Годится, — улыбнулся я и отбил пятюню наглому водиле.

Вот только этот скот даже и не думал везти меня кратчайшей дорогой. Как я узнал позднее, мы могли проехать всего восемь километров, но вместо этого проехали пятнадцать. По пути он травил байки, пытаясь заболтать меня, но смысла в этом не было. Город мне незнаком, и я понятия не имел, как и куда мы едем.

— Приехали, — повернулся ко мне таксист. — С тебя пятнадцать рублей. И ещё десятка за истории.

— А с тебя десятка за то, что я этот бред слушал всю дорогу, — усмехнулся я и протянул водиле пятнадцать рублей.

— Э, ты не груби. Это не бред, а экспресс-экскурсия по городу, — скривился обладатель кепки и забрал купюры. — Короче, вон турбаза. Можешь перекантоваться там. Берут недорого, трёхразовая кормёжка, домики с видом на реку. Если пойдёшь от турбазы в сторону леса, то через пять километров упрёшься в посёлок Заречный. Там и увидишь особняк Мышкина.

— Вот, это уже ценная информация. Спасибо, — поблагодарил я, вылезая из автомобиля.

— Ага, бывай, — хмуро кивнул таксист и с пробуксовкой сорвался с места.

Да, в каком бы мире ты ни жил, а извозчики — самая наглая нация. После торгашей, разумеется.

Подойдя к воротам турбазы, я подёргал калитку. Заперто. Постучал ногой по стальной двери. Ночная тишина взорвалась грохотом, на который сбежались местные псы и принялись лаять, высовывая морды из-под забора.

— Кто там? — послышался женский голос.

— Постояльца возьмите! Плачу звонкой монетой! — выкрикнул я.

Из темноты выплыла пышная женщина с фонариком в руках. Открыв калитку, она зыркнула на меня через щель, стараясь не выпустить наружу псов.

— А чего так поздно? — оценивающе оглядела она меня с ног до головы.

— Как поезд приехал, я сразу к вам, — хмыкнул я.

— Ну ладно. Заходи, — махнула женщина, а затем внезапно заорала не своим голосом: — А ну кыш отседова! Шавки помойные!

Псы взвизгнули, рванули в разные стороны. Признаться честно, даже я вздрогнул от такого зычного голоса.

Женщина распахнула калитку и представилась:

— Меня Тамарой зовут. Вы к нам надолго?

— На пару дней, — ответил я. — Отдохну, покупаюсь в речке, погуляю по лесам и поеду домой.

— Это хорошее дело. Зеюшка наша чистая как родник, да и в лесу грибов тьма-тьмущая. Главное знать, что рвать. А то муж мой десяток лет назад пошёл в лес по грибы, да нарвал какой-то погани. Ну и помер, полудурок. Храни господь душу его грешную, — Тамара посмотрела в небо и что-то прошептала под нос. — Вот с тех пор сама и вожусь потихонечку.

— Да уж… Трагичная история, — заметил я, почесав затылок.

— Бывают истории и потрагичнее, — отмахнулась хозяйка турбазы и добавила: — Не голодаю и на том спасибо. Дела в гору потихоньку идут. Чего жаловаться-то?

Она проводила меня к административному зданию, выдала комплект постельного белья и банных принадлежностей, а ещё ключи от домика.

— По вечерам баню топим, правда, уже банька подостыла. Так что только завтра искупаетесь. Ладно, пошла я досыпать. По поводу оплаты завтра обсудим.

Ха! Даже удивительно. За час меня пытались обобрать до нитки, и в следующую минуту я встречаю даму, которая совершенно не торопится переходить к вопросу оплаты. Может, заломит огромную цену после того, как переночую? Да и наплевать. Всё равно за моё путешествие платят покойные шавки Мышкина.

Прогулявшись по турбазе, я без труда отыскал свой домик с цифрой два. Двухкомнатный, с просторной верандой. В одной комнате спальня, во второй кухня с газовой плитой. Я вышел на веранду, сел в кресло-качалку и призвал Гоба.

— Не хочешь прогуляться в сторону Заречного? — спросил я гоблина и увидел, как тот расплылся в злобной усмешке. — Нет, никого убивать не нужно. Просто осмотрись и расскажи, что видел. Я хочу без лишних смертей попасть внутрь и лично решить вопрос с графом.

Король гоблинов кивнул и побежал в сторону дороги. По пути на него напали псы, и я услышал яростный рык, поверх которого легло стихотворение:

— Дворняги, вырву вам кишки!

Укусите — и размозжу мозги!

За кровь плачу я кровью,

Грызнёте — и лишу вас всех здоровья.

На удивление, стихи Гоба шавок впечатлили, и они с визгом рванули наутёк. Да, не мешало бы и самому осмотреть местность. Но, к сожалению, я намного хуже, чем Гоб, вижу в темноте.

А если я попадусь на глаза охране Мышкина, то пробраться к нему на бал станет совсем уж невыполнимой задачей. Охрану усилят, а может, даже сумеют меня схватить. Оба исхода меня не устраивают.

А значит, каждый должен делать то, в чём он силён. Гоб разведает местность, а я буду думать, что делать с полученной информацией.

Пока я ждал зеленомордого, обошёл всю турбазу. Искупался в прохладных водах Зеи. Нашел кухню, которая оказалась не заперта. Внутри поживился остывшим супом и парой бутербродов. За еду оставил пять рублей под грязными тарелками. Снова сходил к берегу Зеи, пошвырял камешки в воду и услышал лай псин.

Гоб вернулся и, без труда найдя меня на берегу, отчитался:

— Там трёхэтажная домина,

Дым белый валит из камина,

Вокруг охранников не счесть,

Ну а ещё и слуги есть.

Одни стригут кусты и травы,

Другие трудятся на славу,

Таская стулья и столы,

Отдраивая все полы.

Средь всех видал я мужика,

Ох, его доля нелегка.

Орёт на всех остервенело,

Руководит он слугами умело.

Встречает у ворот машины

И в доме вешает картины.

Из его рассказа я понял лишь то, что идёт подготовка к балу. Куча слуг и охраны. А всем руководит, очевидно, не граф, а его дворецкий.

— Когда машины подъезжают к воротам, их встречает дворецкий или охрана? — уточнил я.

— Амбалы всех приезжих привечают,

Коль в списках есть, то пропускают.

Дворецкий после провожает,

Попутно лентяюг шпыняет, — дополнил Гоб.

Что ж, пожалуй, это всё, что мне нужно знать. Завтра прикинусь грибником и прогуляюсь неподалёку от имения. Пока самый простой вариант — это спрятаться в автомобиле одного из гостей и попасть на территорию особняка. А как это сделать, решу завтра.

Зевнув, я отправился в домик. Возиться с постельным бельём не было никакого желания. Взял шерстяное одеяло и, выйдя на веранду, уселся в кресло-качалку. Красота. Под одеялом тепло, сверчки поют песни. Звёзды ярко светят, а где-то вдали полыхают огни города. Я даже не заметил, как провалился в сон.

Наутро меня разбудила Тамара. Женщина явно жила по распорядку и плевать хотела на покой отдыхающих. Она остервенело лупила поварёшкой по крышке кастрюли и орала:

— Завтрак! Все на завтрак! Подъём! Завтрак!