После развода. Не надо слов, не надо паники - Блио Элен - Страница 1

После развода. Не надо слов, не надо паники.

Элен Блио

1.

Я знала о том, что он мне изменяет.

Не с самого начала, но знала.

Нет, не вычислила, не женская интуиция — вообще не об этом.

Хотя я видела, что мой Слава изменился.

Мой Слава.

Чужой.

Счастливым стал.

Улыбчивым.

В противовес мне. Мрачной, обозлённой на весь мир климактерической бабе. Это не мои слова о себе, конечно. Это меня так подруга назвала, Ленчик.

- Анют, хватит уже, что с тобой происходит? Ты всегда была нормальная? Весёлая заводная... Давай уже, прекращай!

- Что прекращать?

- Вот это всё, унылое... А то сначала сами превращаются в зануд-истеричек, а потом плачутся, что им мужья изменяют:

Я не собиралась плакаться

.Я тогда уже знала.

Мне донесли.

Вы же все в курсе, что мир не без добрых людей, да?

Вот и я... в курсе.

«Анна Андреевна, ваш муж Вячеслав Владимирович завёл любовницу».

Вот так, просто.

Завёл.

Как собачку.

Или вшей... Вши же тоже заводятся?

И она у моего мужа завелась.

Красивая, яркая, активная, популярная.

В прошлом знаменитая спортсменка, медийная личность. Бывший депутат.

Оксана Славина. И фамилия подходящая.

Славина для Славы

.Чувствую, что эту фразу они точно используют.

Или, наоборот, Слава для Славиной?

Не знаю, зачем сегодня я включила это нашумевшее ледовое шоу.

Снова пришло сообщение. Просто канал и время.

Рука сама потянулась за пультом.

Прямой эфир.

Профессиональные фигуристы и разного рода знаменитости, которым предложили попробовать себя в спорте. Идея хорошая, конечно, и шоу красивое. Правда, мне всегда казалось, что есть в этом некое обесценивание заслуг спортсменов. Если любой может встать на коньки вот так, то зачем этим заниматься с детства, гробить здоровье?

Я вот тоже когда-то мечтала стать великой спортсменкой, кататься на коньках в красивом платье. Не сложилось. Там, где я росла, не было возможности.

Шоу начинается. Номера у всех немного примитивные, но каждый с изюминкой, музыка подобрана, костюмы, образы.

Интересно.

В какой-то момент хочется выключить, но я с каким-то упрямством продолжаю смотреть.

Она на льду. Хрупкая, с огромными глазами, яркая, ослепительно улыбается.

И мой муж, который тоже выезжает на лёд на коньках и дарит ей роскошный букет цветов как одной из главных героинь проекта.

Он когда-то серьёзно занимался хоккеем, даже играл за сборную страны. Поэтому его появление ни у кого не вызывает вопросов.

Алые розы, штук сто, наверное, мои любимые.

Её, видимо, тоже.

Красиво, да.

И вроде бы все приличия соблюдены.

Больно ли мне?

Больно. Только... в другом месте болит. Совсем в другом.

Камера обращается к залу.

Смотрю на свою дочь, Лизу, которая аплодирует и смеется. Вторая дочь, Настя.

Напряжена, хмурится.

Муж целует любовнице руку.

Она кладёт букет на стол, который стоит прямо на льду. Подъезжает к моему Славе.

Звучит нежная мелодия вальса. Тоже моя любимая. Из известного фильма.

Мои любимые цветы, мой любимый вальс, мой любимый муж.

Не слишком ли много моего?

Слава предлагает ей руку, они встают в пару, начинают кружиться.

Она очень изящная, такая одухотворённая. И он так на неё смотрит.

Танцуют, хотя их движения едва ли можно назвать настоящим танцем. Но это красиво.

Потому что они оба красивые и так подходят друг другу.

Не выдерживаю и жму на кнопку.

2.

Выключаю. Отбрасываю пульт.

Встаю, иду на кухню. Хочу приготовить ужин, но домработница уже со всем справилась. Спрашивает участливо, нужно ли мне что-то?

Нужно.

Мне нужна моя кухня. Мой дом. Мой муж. Мои дети. Моя жизнь.

А еще... мои цветы и моя музыка.

Что делать?

Наверное, просто пора заканчивать этот спектакль.

Просто уйти.

Никогда не думала, что мне этого захочется.

Просто собрать вещи и уйти в никуда. Оставить всё.

Глупо?

Раньше я читала книжки, где героини, узнав об измене, уходили в закат, еще и беременные, оставляя мужу-«изменщику» и его цаце всё, что нажито непосильным трудом. Я читала и бесилась.

Зачем они так делают?

Зачем бросают всё, оставаясь ни с чем, начиная с нуля, переживая все трудности, зато гордо — мне ничего от него не надо? К чему эта тупая гордость? Надо выжать с козла всё, по максимуму. Надо его оставить с голым задом, чтобы его пассия еще подумала, нужен ли ей такой голодранец. Благо, наши законы это позволяют.

Мне казалось правильным, что женщина борется за своё!

Сейчас я понимаю, что мне ничего не надо.

Я ничего не хочу.

То, что мне надо за деньги не купишь. Увы.

В моём случае надежда только на бога и на мою удачу.

Делаю себе кофе.

Без кофемашины. Сама. Варю в турке.

Сначала сахар и немного воды — сахар плавится, становится коричневым, насыпаю ложку молотой арабики, и заливаю воду. Вода шипит, тут же начинает пениться.

выливаю в чашку, добавляю молоко. Ставлю на стол.

И только после этого понимаю, что приготовила кофе не для себя, а для Славки.

Для мужа.

Сделала так, как любит он.

Он, а не я.

Дрожащими руками беру чашку и выливаю кофе в раковину.

Упираюсь в столешницу, стараясь сдержать слёзы.

БОЛЬНО Так.

БОЛЬНО.

Больнее от того, что я в принципе никогда не исключала такой вариант развития событий.

Всегда всем говорила, что я фаталистка.

Что я всегда готова к тому, что жизнь может повернуться совсем другой стороной.

Я не то, чтобы ждала, что муж начнёт изменять, полюбит другую женщину. Просто всегда говорила, что допускаю, это может случиться. Как может случится с нами сотня, тысяча иных событий, драм.

Люди склонны думать иначе.

Чаще всего большинство надеется, что их то или иное событие не коснётся.

Что трагедии и беды всегда случаются с кем-то другим.

Споласкиваю чашку. Насыпаю в неё молотый кофе, заливаю кипятком.

Руки всё еще дрожат.

Очень хочется плакать, но я не могу. Хочется, и не получается.

Беру чашку и иду в гостиную, которую почему-то считаю своей комнатой, сажусь в любимое кресло.

ЕГО бы я забрала.

Хотя, зачем? Разве мне нужно будет кресло?

Листаю бездумно ленту в телефоне.

Захожу в мессенджеры, смотрю «сториз».

Кто-то вечно отдыхает. Кто-то выкладывает фото еды. Работы.

Моя Лиза выкладывает фото с шоу Пары на льду. Знаменитости, с которыми удалось сделать селфи. И почти семейное фото. Отец, она, сестра и Оксана с цветами.

Милое, теплое фото. Только вот на нём вместо меня - любовница отца.

Дочь знает, что я это увижу.

Зачем тогда выкладывает?

Наверное, какой-то смысл в этом есть.

Хочет показать мне правду жизни?

Ставлю сердечки на все фотографии.

Глотаю горький, терпкий кофе, послевкусие чернослива и орехов, моё любимое.

Закрываю глаза.

В висках стучит.

Сердце пошаливает.

Не стоило пить кофе. Очень хочется слать.

Иду в спальню, переодеваю домашний костюм, натягиваю пижаму.

Уснуть не успеваю — дверь открывается.

3.

Он не включает верхний свет. Только ночник. Двигается осторожно.

Можно притвориться спящей.

Можно даже не притворяться, просто лежать и всё.

- Я не сплю, Слав.

Он застывает.

Чуть откашливается.

Ему неудобно?

Неудобно спать на потолке.

А изменять женщине, которую двадцать лет называл любимой — наверное, это как-то иначе.