Патриот. Смута. Том 6 (СИ) - Колдаев Евгений Андреевич - Страница 18

И… Как-то сразу на душе легче стало.

Царь — уже про себя произнес он и хотел было пасть на колени перед этим человеком, господарем, владыкой. Почему?

Ответа не было.

— Вперед! — Выкрикнул рядом Петр Урусов. — Схватить!

Но воеводе уже было не до этого. Он сделал шаг назад, покачнулся. Его люди, что стояли рядом тут же среагировали. Они, как и он сам, были в растерянности, но увидев слабость своего руководителя, не дрогнули. Встали вокруг, клинки наголо. Раз приказа нет, все просто — защищаем князя. Отходим.

Ощетинились на татар, потому что только они сейчас были явной угрозой.

— Отходим к своим. — Проговорил Трубецкой сквозь зубы. Своего голоса не узнал. — К мосту, к подводам.

— Собака! — Петр злобно смотрел на князя. Но понял, тот увидел что-то свое. Знак какой-то, струсил, растерялся. Мешать не будет, но и помогать тоже.

Весь их план посыпался. Действовать нужно самому.

Татарин был рисковым человеком. Далеко не робкого десятка.

— За ним, вперед. Бейте. — Отдавал он приказы своим людям.

Но, они не взяли луков на это дело. Ночью не планировалось вести дальний бой. Налет и резня, зачем саадачные наборы, в чем их смысл? Только мешались бы. А оказалось — нужно.

Петр, понося все на чем свет стоит и, поминая шайтана, начал хватать запорожцев. Вытаскивать их из палаток. Тормошить тех, кто удирал от навалившегося их леса отряда.

Орал, бился, подхватывал кого-то, ставил в строй.

Ему за какие-то считаные мгновения удалось сколотить небольшую ватагу, и они все бросились вдогонку удирающей по территории лагеря тени. За тем, кто утаскивал к лесу их царика.

За тем, кого часть из них охраняла, а татары и их лидер, хотели убить. В чем цель этого действия — Трубецкой не понимал. Можно было подавать сигнал к началу бойни. Вора больше нет, убит он руками заговорщиков или похищен. Для текущей ситуации разницы никакой. Даже удобнее — его руки, как человека клявшегося в верности чисты.

Поэтому он отводил своих людей к мосту.

И тут раздался громкий бабах! Сотня аркебуз жахнула со стороны леса.

Те люди, что только-только собрались биться, те, которых собрал каким-то чудом татарский князь — падали. Хаос лагеря поглощал их. Только-только налаженное руководство пало. Погоня окончилась, не успев начаться.

Трубецкой смотрел на все это отступая.

Раздавал приказы всем собраться. Важно сейчас, очень важно, чтобы не погибнуть. Подниматься, просыпаться, держать позиции. Неразбериха не должна коснуться их части лагеря. Ведь теперь у него есть цель и понимание — что делать.

Стрелять третий и четвертый раз моим людям даже не потребовалось.

После двух залпов мы начали оперативно отступать. Конница наша, что совершила на другом берегу светопреставление тоже там и осталась. Они подожгли мост. Постреливали в тех, кто пытался по нему переправиться. Отгоняли.

По плану, если атака в их сторону будет сильной, то они должны отступать к Туле, послав нам вестового к оставшимся с нашими конями людям. А если все терпимо, мы, отойдя и перебравшись на плотах обратно, двинемся к ним на объединение. И тогда уже всей полутысячей также отправимся на восток, к Туле.

А оттуда уже к основному войску, что стало в дневном переходе от города. В Дедилов.

Отходили мы быстро. Север озаряли зарницы пожара. Лагерь за спинами нашими горел.

Форсировали реку, как можно быстрее. Поскольку впереди был день, и можно было обсохнуть, многие, раздеваясь, шли вплавь. Кидая вещи на плоты, удерживались за заготовленные бревна. Обошлись одной ходкой.

На правом берегу нас уже ждали оставленные дозорные.

Да, людям было нелегко. Тяжелый переход. Ночь без костров. Вылазка, бой. Но воодушевление оттого, что нам удалось вытащить из лагеря самого воровского царика Димитрия, придавало невероятных сил.

Пока мы тащили его к плотам, он пришел в себя.

Мычал что-то.

Но я показал ему на кинжал, погрозил кулаком, и этот человек заткнулся. Допрашивать его времени не было. Это можно сделать днем, в обед на привале. Или если будет какая-то погоня, некие действия со стороны воинства Лжедмитрия — то вечером.

Вестового не было, а значит, мост сжечь удалось и форсирование реки крупными силами противника не предвиделось.

Я взлетел на своего скакуна, и мы резво, с первыми лучами восходящего солнца понеслись на север к нашей конной части.

От Автора.

Монголы жгут Русь — вокруг пепел, трупы и пустая земля. Они думают, что сломили нас. Ошибаются. Я не сдамся без боя! https://author.today/reader/501997/4728248

Глава 9

Светало.

Мы шли на север по правому, совершенно дикому берегу Упы. Отчетливо было видно, что не так давно здесь прошло несколько конных сотен — наших людей. Все ближе, на левом берегу виделось зарево пожаров. К небу поднимались дымовые столбы.

Слышались выстрелы, взрывы.

Приближаясь, мы стали отчетливее слышать крики. Бойцы мои переглядывались, пожимали плечами. Вроде бы уже больше часа прошло, а какие-то странные движения в лагере все еще происходили. Причем, судя, по тому, что можно разобрать за дымом и слышимому — хаоса там только добавилось.

Звон стали, вопли, брань, редкие выстрелы.

Безумное, пугающее ржание раненых лошадей.

Уверен, если бы мы двигались против течения, то видели окровавленную воду и тела в ней. В лагере войск Лжедмитрия творилось что-то невообразимое. И мы были к этому причастны. Хотя я все больше приходил к мысли, что и без моего появления там затевался бунт, мятеж или что-то такое.

Замятая.

Недаром, когда я выносил воренка на своих плечах из шатра, то приметил чуть больше десятка снаряженных и вооруженных, идущих на встречу бойцов. Они выглядели опытными и настроены, казалось, решительно.

Тогда я не особо старался рассмотреть их. Нужно было уносить ноги,спасать себя, свою миссию и ношу. Благо — все удалось.

Но, готов поставить многое, это были заговорщики.

Что-то громыхнуло, выведя меня из раздумий. К небу поднимался столб дыма.

Минут за десять до подхода к уже начавшему затухать и обвалившемуся мосту нас встретил вестовой. Две с половиной сотни, во главе которых стоял Яков Семенович Ключев, дожидались нас. Торопили. Ситуация на том берегу была непонятной. Ждали меня, чтобы не брать бремя ответственности на себя. Лучше уходить быстрее или действовать как-то иначе.

Отдал приказ, и мы ускорились.

Вышли к дороге, и я осмотрелся.

Здесь с этой стороны видны были остовы «ангелов» — чучел, которые мои люди по приказу сплели из всего, что нашлось в лесу. Их облили маслом и выставили напоказ, запалили. Эдакий отвлекающий, деморализующий акт. Тлели факела, брошенные на землю. В тумане они образовали настоящее зарево. Просто палки, обмотанные тканью. Делать что-то более хорошо горящее времени у нас не было.

У обочины валялось несколько обезоруженных тел. Лопат у них не было, поэтому рядом валялся лапник, которым их думали завалить. Не делали этого, видимо, потому, что трупов могло прибавиться. Судя по одежде — все, кто там были, не из нашей полутысячи. Защитники моста или те, судя по нагости, кто пытался перебраться вброд и нарвался на пули в самый последний момент.

Глянул дальше.

Над рекой все еще стоял туман.

Мост, как я и думал — рухнул. Прогорел, завалился, покачивался на воде частью своей конструкции. Его приличный кусок остался стоять, торча над водой с той стороны.

Восстановить, думаю, можно. Но это время. День, может, два.

Все же — не полностью мы его уничтожили.

Левый берег пылал, дымил. Творилось там что-то непонятное. В дымке бегали люди, слышались выстрелы. Крики, вопли, звон стали, ржание лошадей. Уверен, по воде плыли трупы, только скрывал их туман.