Барон Дубов 9 (СИ) - Капелькин Михаил - Страница 39

Когда глаза привыкли к свету, я увидел, что вокруг бункера с архивами протоптали широкую тропу, которая большим кольцом опоясывала вход в него. И сейчас по этой трассе бегала целая толпа.

— Вперёд! Что вы как бабули⁈ — орала бегущая впереди всех Лакросса.

— Если бы знала, что ты тиран похлеще Коли, осталась бы в Якутске! — жалобно причитала княжна.

Причитала, но бежала за оркессой, не сильно от неё отставая. Остальные порядочно растянулись. Следом за княжной бежала Лиза, затем Марина Морозова рядом с Агнес, а замыкала проблемный строй проблемных женщин Вероника. Оно и понятно: ноша у неё самая тяжёлая. Но оттого не менее приятная. Да, это я про её чудесные формы.

Для полного комплекта дриады не хватало. Она отправилась на север, чтобы встретиться с другими дриадами и узнать больше об огромной твари в Духовном пространстве. И от неё как-то долго не было вестей…

Девушками бегуны не ограничились. Следом ещё и некоторые слуги бежали! А Петрович наблюдал за ними с заднего крыльца особняка. К нему я и направился.

— Коля, привет! — радостно помахала мне Лакросса. — А мы тренируемся, как ты и приказал!

— Коля, спаси нас! — бросилась мне на шею Онежская. — Я так устала. Она нас просто измучила!

А я взял, да и поставил её на землю. Ещё и по попке наподдал, чтобы вернулась в строй.

— Тиран! — жалобно всхлипнула она и снова побежала.

— Не отставать! — кричала Лакросса. — Нам до нормы ещё полдюжины кругов!

— А я свою норму уже отбегала… — тяжело дыша, пропищала Агнес. — Можно я уже всё?

— Как это ты норму отбегала? — удивилась Морозова, когда они обе пробегали мимо меня.

— А у меня ноги короткие. Поэтому получается, я бегаю вдвое больше вас.

— Так сделай их длиннее!

— Зануда!

— Господи-и-ин! — пробежала мимо румяная Вероника в шапке с помпончиком и пушистыми наушниками. Ну прям милота милотой!

Дальше полушли-полубежали запыхавшиеся слуги. Они меня тоже поприветствовали.

— Господин барон! Ваше Благородие!

Ну а где-то среди них затерялись Верещагин с графиней Вдовиной. Ладно, с Верещагиным понятно, а вот как рыжую мотивировали в моё отсутствие — загадка.

Когда колонна наконец миновала, я перешагнул тропу и подошёл к крыльцу с Петровичем. Дал указание подготовить мне ванну и сытный обед, а потом не беспокоить. Ну и в лабораторию никому не ходить. Зелью ещё пару дней надо настояться.

— Его Благородие отдыхать желают? — улыбнулся старик.

— Ещё как!

— Прикажете спровадить гостей прочь?

— Каких ещё гостей? — спросил я, входя в дом.

— С самого утра вас дожидаются. Господин Быков, Никон Порфирьевич, бывший глава баронского войска вашего отца. Ждут снаружи, коли изволите беседовать.

Честно говоря, я слышал, что у моего отца была своя охрана или, если можно сказать, маленькая дружина. Но я их не застал. Отец распустил дружину, чтобы сэкономить денег на их жалованьи.

— Ваше Благородие! — поприветствовал меня крепкосбитый старик с усами и морщинистым лицом.

Он был в стандартной боевой броне наёмников без каких-либо опознавательных знаков. За спиной торчала рукоять меча, на поясе висела кобура с пистолетом, на бедре — нож.

За ним на подъездной дорожке встали две бронированные машины, вроде тех, что атаковали людей Верещагина. Только оснащение было попроще, а пушки смотрели вниз. Возле машин скучали с дюжину бойцов.

— Вас, барон Дубов, с трудом можно застать здесь. На месте не можете усидеть, как и ваш отец, — улыбался Никон. — Мы несколько раз пытались вас застать, но всё время мимо, и вот, между контрактами, нам наконец улыбнулась удача.

— И чего же вы хотите? — спросил я.

— Снова служить роду Дубовых! — отчеканил он.

— И почему я должен взять вас на службу?

— Хотя бы потому, — лукаво прищурились серые глаза воина, — что ваши бравые вояки, что целятся всё утро в нас с крыши, себе скорее ноги отстрелят, чем в нас попадут.

Я искоса глянул на крышу. Там и правда торчало несколько винтовочных стволов.

— Тут с ним не поспоришь, Ваш Благородь, — прошамкал другой старик, зябко кутаясь в шерстяное пальто. — То ведь обычные слуги. Они обучены ложки по этикету раскладывать, а не в людей стрелять. А Никон Порфирьевич воин ладный, дело своё знает.

Я молчал, изучая бойцов и самого Быкова. Скроен он был добротно. Под бронёй скрывалась мускулистая фигура, кожа, красная и обветренная, выдавала человека, не боящегося полевой работы. Взгляд прямой, лицо скуластое и упрямое. Бойцы Быкова тоже выглядели бывалыми воинами, знающими своё дело. Хотя дисциплина, на мой взгляд, у них немного хромала. Но это беда всех наёмников.

— Поймите, Ваше Благородие, — снова заговорил Никон, — мой род, хоть и простолюдинский, но всегда верой и правдой служил Дубовым. Мой отец, отец отца, и его отец тоже…

— Это правда, Ваш Благородь, — подтвердил Петрович.

— Пока ваш отец не прогнал нас.

— Коли прогнал, значит, было за что, — скрестил я на груди руки.

— Я не хочу оскорбить вашего отца, господин. Наоборот, он был человеком чести. И оставался им до самого конца. Когда он распустил наше маленькое войско, жалованье нам не платили уже полгода. Мы бы и дальше служили вашему отцу, но он приказал дружину распустить. Тут уж, сами понимаете, поделать мы ничего не могли. Подались в наёмники, но… — Никон оглянулся на бойцов, — всё равно это не то. Хотим, чтобы у нас снова был дом. Хотим его защищать.

— Это все? — Я кивнул в сторону его «войска».

— Все, кто остался. Пятнадцать лет назад нас было полсотни.

Какое-то время я испытующе смотрел на Никона да на его воинов. Решение принял довольно быстро. Петрович прав: из обычных слуг воины так себе, нужны профессионалы. А с учётом того, что на меня охотится Светлейший князь, нужны верные суперпрофессионалы.

— Казармы знаете где? — спросил я.

— А то! — расплылся в улыбке Быков и протянул мне руку. — Не подведём, Ваше Благородие! Вот, ей-богу, не подведём!

Отдав все нужные распоряжения, чтобы воинов разместили, накормили и обеспечили, направился наконец в свою комнату. Так же сказал, чтобы провели ревизию и дали список оружия и артефактов, которые нужно купить. И чтобы рекрутингом занялись. Тринадцать бойцов — конечно, сила, но не против дружины Светлейшего.

К слову, моя дружина хоть и была маленькая, но в ней уже имелась парочка боевых магов — безродных байстрюков с неплохими Инсектами. Ещё посмотрим, на что они способны.

К следующему утру я отмылся, отъелся и отоспался. Устал настолько, что первые две вещи делал даже одновременно. Лишь бы спать лечь поскорее.

Ну а раз проснулся, то пора заниматься делом. Я не знал, как именно действует зелье — в архивах рода информации было мало. Только о том, что его работа занимает время и пока всё не закончится, кто-то должен защищать выпившего зелье. Почему или от чего? Непонятно.

Поэтому, прежде чем пить, я хотел знать, нет ли врага у меня под боком.

Графиню Вдовину я застал после завтрака в её комнате, в постели.

— Ай! — вскрикнула она, спешно закрываясь одеялом. — Стучаться не учили?

— Мой дом. Хочу — стучу, не хочу — не стучу.

— Вы самый хамовитый из всех баронов, о которых я слышала! — вздёрнула рыжая подбородок.

Я же расплылся в довольной улыбке, садясь в кресло возле её кровати:

— Но вы обо мне слышали! И вообще, уже десять утра — нормальные люди давно встали.

— Нормальные простолюдины, вы хотели сказать! Нормальные дворяне ещё изволят почивать!

Мимо открытой двери медленно прошаркала, словно сомнамбула, зевающая княжна Василиса.

— Всем доброе утро, — будто умирая, сказала она и пошагала дальше.

Екатерина стрельнула в её сторону красноречивым взглядом.

— Видите, барон? Я же говорю, нормальная знать…

— Ей можно, — отбрил я, — у неё лапки.

— Пф! Тоже мне, — сверкнула она почти чёрными глазами. — Я буду с вами разговаривать только после утреннего душа!