Барон Дубов 9 (СИ) - Капелькин Михаил - Страница 24

Сзади вдруг послышался зевок, и между нами высунулась сонная мордашка Вероники.

— Господин, а мы уже приехали? — протирая кулачком глаза, спросила синеглазка.

А мы и правда подъезжали к городу. Показались первые окраинные дома — небогатые, старые избушки простолюдинов. Мы переглянулись с графиней Вдовиной, и я мысленно пообещал ей продолжить этот разговор позже.

— Я — не она, — только уголком губ прошептала Екатерина и отвернулась.

Нет, что-то здесь было, что-то я нащупал…

Владимир оказался небольшим губернским городом. Здания невысокие, узкие улицы пусты в предрассветный час. Проехали его насквозь за полчаса и выбрались на другую окраину. Там, на берегу Клязьмы, находился небольшой судоремонтный завод, где и прятался Розен.

Его звали Арсением. Максимально странный выбор имени. Родители его, что ли, не любили?

Тёмные громады завода были обнесены бетонным забором. Сейчас, утром, оттуда не доносилось никаких звуков, но на вышках и на входе у шлагбаума стояли охранники. Чтобы не привлекать внимания, мы оставили нашу машину в лесу возле дороги за несколько километров от этого места и дошли пешком. Хорошо, что девушки захватили не только обувь на высоких каблуках, но и практичные ботинки и сапоги, как, например, Лиза. Высокие, до колена, они обтягивали её стройные ноги, придавая пепельной блондинке вид одновременно боевой и сексуальный.

Притаились на опушке. Графиня Вдовина сделала солидный глоток из своей фляжки, после чего поделилась со мной. Я не стал отказываться. Чем быстрее восстановлюсь после схватки с ней же, тем лучше.

Сейчас, в предутренних сумерках, наши силуэты потеряли краски и рассеялись на фоне голых деревьев. Ну и плюс змеиный пояс помогал. Нас не замечали.

— Ты левого, я правого, — сказала шёпотом Екатерина.

Я кивнул и сосредоточился. Духовная игла после боевой практики получилась почти идеальной. Метнул свою одновременно с графиней, и на вышках разом упали оба часовых.

Вышли из леса и внаглую направились ко входу, перегороженному шлагбаумом. Двое охранников тут же вздёрнули автоматы и направили на нашу четвёрку. Почему четвёрку? Потому что я и три девушки. А вот Алексей…

Один из охранников, бородатый, словно отшельник или пират, громко сказал:

— Вы кто такие? Мы вас не звали! Идите на…

Договорить он не успел. Сзади появился Верещагин и коснулся руками сразу обоих охранников. Его ладони расплавились, словно масло на солнце, и растворились на лицах врагов. Жидкость, в которую они превратились, переливалась, будто жидкая радуга, и текла ручьём. Проникла в ноздри и рты, и бандиты начали задыхаться. Через минуту они уже лежали на земле.

— И давно ты так умеешь? — удивился я, протягивая ему его маску.

— Всегда умел, просто не знал об этом, — пожал плечами Верещагин, а я только головой покачал.

Да, дела…

Так мы проникли на территорию судоремонтного завода. Вскоре стало ясно, почему никаких звуков не доносилось из-за забора. Верфь не работала и использовалась как склад для контрабандной продукции. Повсюду стояли ящики и контейнеры. Из некоторых пробивались лучики света, а иногда доносились шлепки, удары и сдавленные крики. Видимо, их использовали не совсем по назначению.

— Какой кошмар… — прошептала Лиза, когда мы спрятались за контейнером от проходящих мимо громил с оружием. Они весело обсуждали, как у кого-то хрустели пальцы. Уроды моральные. — И с этими людьми связался мой отец… Боже, это была огромная ошибка.

— Я думал, ты догадалась об этом, ещё когда тебя похитили, — хмыкнул я.

— Господин, там! — чуть громче, чем надо, шепнула Вероника.

В проход между контейнерами входил охранник с кобурой на поясе. Он услышал шёпот Вероники и взглянул в нашу сторону. Однако я успел задействовать змеиный пояс на полную, и он нас не заметил. А вскоре забыл, что ему что-то послышалось, и прошёл мимо. Как раз вовремя. Пояс начал перегреваться.

— И где нам искать Розена? — спросил Верещагин, когда охранник ушёл, а мы перебрались в более укромное место. Спрятались за деревянными ящиками у забора.

— Где-то, где открывается вид на всю территорию, — отвечал я, глядя в сторону реки. — Например, вон там.

В указанном мной направлении стояло большое здание высотой с четырёхэтажный дом, обитое листовым железом. Скорее всего, это был ремонтный цех для кораблей или пароходов, ходивших по Клязьме. Когда-то. Там светилось несколько окон под крышей.

Я наметил маршрут через территорию завода. Минуем склад под открытым небом, зайдём в небольшое здание, выйдем с другой его стороны и проникнем через небольшую дверь в ремонтных цех. А там сориентируемся на месте. Надеюсь, людей Розена там будет значительно меньше.

Двигались короткими перебежками от ящика к ящику, от контейнера к контейнеру. На середине пути чуть не попались. За углом вдруг оказался охранник с собакой на поводке. Довольно крупной овчаркой. Едва я выглянул, как она повела носом в мою сторону. Зараза, почуяла. Дал сигнал остальным переждать, а сам прикрыл глаза и послал маленькую духовную иглу в псину.

Раз.

Собака взвизгнула от боли и натянула поводок.

— Ай, твою мать, Таша, ты сдурела, что ли? — мужик пытался успокоить заволновавшуюся собаку.

А я послал ей ещё несколько игл.

— Твою мать! Руку оторвёшь!

— Эй, что там такое? — донеслось из другого прохода.

— Да Таша будто сбрендила. Опять, что ли, блохи кусают? Вроде недавно обрабатывали. Уведу её в конуру пока что, а то покоя не даст, — отвечал первый охранник.

— Давай, а то Розен ждёт важную поставку, так что надо начеку быть.

— Да знаю я…

Судя по звукам, охранник и постоянно лающая псина отдалялись. Вскоре мы продолжили путь. Снова от контейнера к контейнеру, от ящика к ящику. Забрались в самый центр складского лабиринта.

Мы шли цепочкой, прикрывая друг друга. Я по мере возможности использовал артефактный пояс, но он опять начал перегреваться. Я хоть и оделся полегче поле визита в гостиницу в Москве, но всё равно припекало. Да он так наверняка и испортиться может.

Вдруг под ногой что-то сочно хрустнуло. Ветка? Откуда здесь ветка?

Не успел взглянуть себе под ноги, как округу огласил вопль боли.

— А-а-а! — хрипло кричал какой-то припорошенный снегом забулдыга. — Нога! Моя нога! — А после, увидев меня, возвышающегося над ним, сменил пластинку: — Чужаки! Здесь чужаки!

Я склонился и коротким ударом вырубил тощего алкоголика, которому наступил на ногу так, что сломал её. А алкоголик, потому что рядом несколько пустых бутылок валялось. Прислушался, не вызвал ли крик тревоги. Из соседнего ряда, скрытого двумя ярусами деревянных ящиков, донеслось:

— Это Петрович орал?

— Ага, опять, похоже, белочку поймалу. И на кой Розен его до сих пор держит?

— Я слышал, что он как дурной пример…

Два голоса начали удаляться.

Фух. Я уж думал, придётся тут всех бандитов перебить. Мне их не жалко, но время тратить не хотелось.

Вскоре добрались до входа в небольшое здание, нырнули в него, скрывая в тени парочки больших контейнеров. Внутри было пусто, мебель и даже двери отсутствовали. В одной из комнат горел огонь в бочке, а вокруг лежали люди.

— Что за… — вырвалось у меня.

Мертвецы.

Это был чёртов морг. В выбитые окна задувал холодный ветер, превращая комнату в холодильник.

Мужчины, женщины. Даже дети. Что за мразь этот Арсений Розен?

В груди начала клокотать лава.

Следом к проходу подтянулись девушки, но я заслонил его собой.

— Что такое? — тихо спросила Лиза. — Нам разве не туда?

— Нет, — мотнул я головой. — Выход дальше по коридору.

Верещагин мгновенно растворился и мелькнул лужей на полу. Я почувствовал, как он появился за спиной, а затем негромко выругался.

— Сказал же, нам не туда, — покачал я головой.

Алексей, ничего не говоря, появился вновь передо мной и продолжил путь по коридору. Девушки последовали за ним, опасливо поглядывая на меня. Только Екатерина не выглядела напуганной — наоборот, на её лице возникло выражение брезгливости. Интересно, почему?