Чужак. Черный титул (СИ) - Нормаер Константин - Страница 9

Но не успел я приблизиться к следующему монаху, как меня остановил хриплый, но требовательный голос:

— Не смей нарушать сон лемуров, мерзкий воришка!

Я резко обернулся. Возле винтовой лестницы, справа от алтаря, стоял старик в белом облачении. Скорее всего, это и был тот самый отец Поджи, который, завершив свои бдения в башне, спустился вниз по внутренней лестнице.

— А ваш крик его разве не потревожит? — уточнил я.

Старик не ответил, лишь недовольно покряхтел и медленно направился в мою сторону. Белые одеяния и широкий красный пояс немного выбивались из общей картины, словно епископ по какой-то причине перепутал элементы одежды. Приблизившись, старик подслеповато уставился на мое лицо, которое в этот момент озарял свет черной свечи.

— Mannarо, забавно, что именно ты явился в нашу обитель.

— Поверьте, у меня не было особого желания. И это вынужденная мера.

— Да-да, все вы так говорите, а потом происходит непоправимое, — посетовал епископ.

— Вы мне верите?

Отец Поджи растянул губы в милой, но немного безумной улыбке.

— Конечно верю. Человек с двойной душой не может солгать. Но будить лемуров я все-таки не позволю. Их тела еще не освободились от духа, а значит, есть опасность, что перерожденные могут проявить излишнюю агрессию.

— Лемуры? Так вы называете этих мертвецов? — уточнил я.

Епископ покачал головой и, хихикнув, указал на дверь:

— Что-то мы с тобой заболтались. Ступай к воротам и впусти недомерка. Это действо неизбежно, и оно должно случиться. А говорить мы будем потом, когда свершится предначертанное.

[1] Лк. 21: 11

Глава 5

Глава 5. Голосование

Что-то мощное ударило в закрытые ставни, и вновь наступила напряженная тишина, которая, увы, длилась недолго. Вскоре опять нечто ударило в хлипкие ставни трапезной.

Джулио Медичи напряженно уставился на присутствующих в зале кардиналов и епископов и прижал указательный палец к губам, но подействовал этот сигнал не на всех. Один из представителей Святого Престола, тучный, с огромным рыхлым носом и несколькими подбородками, воспринял это как сигнал к действию.

— Сколько можно ждать, Джулио⁈ Мы десятые сутки заперты в этих стенах. У нас заканчивается вода, еда. Еще чуть-чуть — и я лично выберусь из укрытия и буду спасаться собственными силами.

Кардинал Монино всегда проявлял несдержанность. Но при нынешних обстоятельствах и условиях он превратился в ходячий Везувий, вспыхивая по любому поводу и обжигая своих оппонентов огненным словцом.

— Мы должны запастись терпением! — принялся спокойно объяснять Медичи. — Я, как приор ордена Госпитальеров, гарантирую вам безопасность. Но лишь в том случае, если вы будете соблюдать установленные мною правила. Иначе я не ручаюсь за вашу жизнь!

Обиженно надув щеки, словно индюк, кардинал Монино повернулся к присутствующим и, расставив руки в стороны, возмущенно произнес:

— Нет, вы это слышали, уважаемые синьоры⁈ Он гарантирует мне жизнь, если я стану плясать под его дудку! А вот не дождетесь! Потому что ваша тактика, безусловно, говорит о вашей неопытности в данном вопросе.

— Не передергивайте, — предупредил кардинала Джулио.

Медичи прекрасно понимал, что человеческие силы у запертых в трапезной кардиналов на пределе, еще немного — и вспыхнет пламя, которое обязательно сожжет их души, насытив огарком гнева и ненависти.

— И еще объясните мне, Джулио, почему мы должны вам доверять? Про семейство Медичи ходят разные слухи, в том числе обличающие вашу бесчестность! — продолжил свои нападки Монино.

— Не мелите чушь, Ваше Святейшество! — произнес Джулио.

Он медленно прошелся вдоль зала — толпа кардиналов расступилась, пропустив Медичи к длинному столу, на котором еще оставались остатки утренней еды. Только употреблять их в пищу уже никто не осмеливался.

Голодные, напряженные взгляды. Находящиеся в плену этих стен священнослужители дождались, когда Джулио окажется возле дверей, которые были последним оплотом, — металлические штыри, широкая деревянная балка и хлипкий одинарный замок.

— Мы можем решить вопрос с моей честностью прямо сейчас, — уверенно заявил Медичи. — Вы выпустите меня наружу! Надеюсь, это успокоит ваши разбушевавшиеся умы и червленые сердца.

По залу пробежали взволнованные возгласы. Никто не хотел открывать двери перед истинным злом, ни на каких условиях. На это и был сделан расчет хитроумного Джулио.

Заметив на лицах смятение, Медичи продолжил говорить:

— Мы собрали здесь конклав, который должен принять очень важное и ответственное решение. Нам нужен новый духовный лидер взамен того ужасного существа, что занимает сейчас Апостольский Престол! При этом я прекрасно осознаю, с каким врагом нам придется столкнуться и какие козни может строить наместник Дьявола, укрывшись святым облачением. Мы уже лишились трети наших соратников.

Среди кардиналов пробежали возгласы одобрения.

Джулио улыбнулся:

— Но нам посчастливилось выжить за воротами Вольтерры. Тогда почему вы ропщете на свою судьбу и ищете виновных, а не молитесь о поддержке Христовой? Это опасная стезя, но кому, как не нам — поборникам веры, пройти ее и добиться, чтобы власть Господа установилась в Ватикане и во всем католическом мире?

Многие одобрили слова Медичи. Многие, но только не Монино. Дернув головой, тучный кардинал упер руки в бока и задал очередной каверзный вопрос:

— А откуда нам знать, что зло, охватившее Вольтерру, — не твоих рук дело? Лично я с самого начала ставил под сомнение успех нашего предприятия! Но ты уверял меня, что все выйдет самым лучшим образом. А по факту, как только мы въехали за ворота, нас поджидали ужас и смерть!

Факты были весьма весомые. Вовсе не удивительно, что нашлись те, кто поддержал именно Монино. Правда, их оказалось куда меньше, чем сторонников Медичи.

— Мы можем сколько угодно кидать друг в друга грязью подозрений, но слова так и останутся словами. А спасение у нас лишь одно: найти выход из города и покинуть стены проклятой Вольтерры, — продолжил Джулио. — Но для начала необходимо осуществить задуманное! Нашего кворума достаточно, чтобы представить миру нового Папу.

Монино недовольно фыркнул и расплылся в притворной улыбке:

— А какой в том смысл? Кому нужно наше мнение, если за стенами этого зала притаились существа, способные разорвать нас на части за считанные секунды⁈ И теперь мы уже вряд ли обретем свободу, если только не преклоним головы перед самим Сатаной!

На этот раз слова кардинала вызвали у присутствующих настоящее возмущение. Представители Святого Престола и слышать не хотели о Нечистом.

— Увы, но многое из сказанного — чистая правда! — раздался спокойный старческий голос.

Из толпы вышел невысокий седой мужчина в кардинальском одеянии. Поправив очки, он внимательно посмотрел на присутствующих, при этом его пальцы весьма ловко перебирали бусинки на четках. Это был один из представителей знаменитого рода Висконти — кардинал Мончини, в прошлом викарий самого папы Иннокентия VIII. Он был собран и спокоен как никогда.

— Оба оратора правы и одновременно ошибаются в главном. Вольтерра сейчас находится не в лапах Дьявола. Город продемонстрировал нам свой истинный облик, и это не такая уж большая проблема. Не торопитесь меня перебивать. Я сейчас все объясню. Вольтерра ожила, чтобы раз и навсегда избавиться от шелухи, что мы насильно навешивали на город последние столетия. Запомните, Вольтерра — столица этрусков. И мы должны это усвоить раз и навсегда! А на старых руинах вряд ли построишь новый Рим.

Лицо Монино побагровело:

— Какого черта вы несете⁈ Какие еще этруски⁈ Откуда они здесь взялись? Вольтерра была, есть и будет оплотом святости! Пристанищем первого Приората!

— Или прародительницей Первой ведьмы⁈ Прошу не забывать об этом немаловажном факте. И еще, ответьте на один вопрос: почему ведьма появилась именно здесь, в Вольтерре? А не в развязном Неаполе или Сицилии, например?