Чужак. Черный титул (СИ) - Нормаер Константин - Страница 31

Старик прослезившись, кивнул и перекрестил Беллармина.

— Пусть Господь хранит ниспосланного небесами нашего спасителя.

Беллармина отошел в сторону и приблизился к магистру. Совершив низкий поклон, он обратился к тому с вопросом:

— Я надеюсь, вы не откажите нам в помощи и сопроводите вместе со мной первую группу?

— Вы уверены? — нисколько не смутившись, уточнил Медичи.

— Это вопрос жизни и смерти. В случае опасности мне потребуется меч и решительность, а не молитва и жалкие причитания.

— Разумно, — изрек стоявший неподалеку Монино.

Острый взгляд Беллармина пронзил тучного священника.

— Понимаю ваше недоверие. Я бы и сам не стал вверять свою жизнь первому встречному. Но я готов делом доказать свою преданность Святому престолу. Поверьте, Его святейшество уже простил ваш поступок. И дорожит каждым из вас.

— Я вам не верю! Ни единому вашему слову! — брызжа слюной, рявкнул Монино.

— Поэтому я и определил вас во вторую группу, — на лице Беллармина возникла ехидная ухмылка. — Мне понятны ваши опасения, но не понятна ваша заносчивость, монсеньор. Я единственный из всех присутствующих, кто встречался лицом к лицу с исчадиями ада, которые сейчас поджидают вас за этой дверью. А если вы считаете, что Совет Десяти способен помочь вам, так спишу вас огорчить, они прибывают в неведенье относительно разлома, открывшегося в недрах Вольтерры.

— Я с вами, — внезапно произнес Медичи, резко прервав речь новоиспеченного кардинала.

Монино одарил магистра презрительным взглядом.

— Предатель!

— Я забочусь о безопасности членов конклава, — напомнил Медичи. — И клянусь вам своим родом, я вернусь за вами и не пожалею жизни, чтобы спасти вашу.

Недовольно пробурчав что-то под нос, Монино повернулся к присутствующим спиной — разговор был окончен.

Кардиналы выстроились в ряд, цепочкой, как обозначил проводник. Беллармино замер у окна, сквозь узкую щель были видны рваные облака, сквозь которые проглядывала Больная луна. Ее темные оспины на бледном боку казались неизлечимыми язвами.

Внезапно огромное облако, пятном брызнуло на светлую поверхность, погрузив мир во мрак.

— Пора, — произнес Беллармина.

Оказавшись возле дверей, магистр обхватил рукоять меча, вторая рука легла на широкую позолоченную ручку. Беллармина оказался рядом и осторожно положил руку на плечо Медичи.

— Прошу вас не торопиться и смотреть в оба. У нас будет всего тысяча ударов сердца, чтобы спуститься в подвал и укрыться в норе.

— Тысяча ударов сердца? — уточнил магистр.

— Именно так.

Беллармина указал на дверь, передав ключ одному из кардиналов. Тот кивнул и перекрестил проводника.

Темный коридор, словно спящий змей, принял их в свое лоно. Ни единого источника света — лишь тяжелое, прерывистое дыхание впередиидущего, а еще дрожь в конечностях, которая передавалась по цепочке, порождая в каждом из кардиналов неподдельный страх.

Высокие своды утопали в темноте. Нечто жуткое, потустороннее источало ужасный наполненный стенаниями и за утробным воем звук. Пригнув головы, бредущие по лестнице представители высшего духовенства, вздрагивали от малейшего шороха. Но ничего не происходило. Опасность продолжала витать в воздухе, терзая сознание неведомым страхом.

Добравшись до нижнего пролета Беллармина остановился, подождал, а потом резко дернул рукой. В его руке вспыхнуло крохотное синее пламя. Кардиналы едва не кинулись врассыпную. Стоявший позади всех магистр сдержал внезапный натиск, заставив священников сбиться в кучу, в пределах видимости.

Беллармина улыбнулся и указал взглядом наверх. Синие пламя осторожно осветило своды.

На гладком холодном камне, словно пиявке на теле больного, прилепились огромные крылатые твари. Длинные перепончатые крылья, острые уши и влажная чешуйчатая кожа. Жилистые лапы, больше напоминающие человеческие руки утопали в камне, между глубокими зазорами.

Увиденное вызвало у кардиналов неподдельный ужас. Кто-то схватился за четки, кто-то зажмурил глаза, но практически все, будто по команде, начали молиться.

В этот самый момент раздался оглушительный хлопок, вызвав у присутствующих настоящую панику. В то время как Беллармина разразился неприятным, лающим смехом.

— Не беспокойтесь, сейчас инкубы нас не слышат. Так что можно не шептаться, а говорить в полный голос. Но, запомните, как только я подниму руку, сжатую в кулак, вы должны проглотить звук, затаив дыхание.

— Почему они замерли? Они спят? — тут же уточнил Медичи.

Проводник покачал головой:

— Ничего подобного. Они вкушают.

— Что значит вкушают?

— Это у нас — людей, все просто, — принялся объяснять Беллармина. — Мы сначала едим пищу, а потом её перевариваем. У инкубов немного иначе. Они вначале поглощают человеческую плоть, и затем начинают ее вкушать, То есть ощущать внутри себя остатки чужой плоти. Это и означает — вкушать. Но стоит поторопиться или у меня не останется времени, чтобы вывести вторую группу.

На лице магистра промелькнул страх.

В руках проводника возникла связка огромных ржавых ключей. Он быстро подобрал нужный и, открыв дверь, провел кардиналов в следующий коридор.

Бледный свет продолжил освещать путь. Беллармина шел неторопливо, осторожно наступая на каменные плиты. Замыкая цепочку идущих, Медичи постоянно оглядывался, ожидая внезапного нападения со спины.

— Не думайте мой друг, в тварях, что населяют эти подвалы, нет подлости, — не поворачивая головы, произнес проводник.

— Не приписывайте им благородства, — недовольно нахмурился Медичи.

— Вы верно неправильно меня поняли. Дело отнюдь не в положительных качествах инкубов. Все дело в их происхождении. Они подобны хищникам, что обитают в темных чащах и лощинах. Как бы вы, к примеру, не умоляли волка, он все одно вцепиться вам в глотку. А побуждения его будут довольно просты. Так и с порождениями ада. С одним отличием: они всегда нападают глядя тебе в лицо. Скорее всего, испытывая от этого некое неподвластное нам наслаждение наподобие чревоугодия или похоти.

— Откуда вам столько известно про этих тварей? — поразился магистр.

Беллармина дернул плечами, по всей видимости, задорно хихикнув,

— Считается, что главные борцы с пособниками дьявола это инквизиторы. Но если быть до конца откровенным — они видят лишь верхушку айсберга, а все самое потаенное и ужасное скрывается в глубине. — Перст проводника указал вниз. — Там, где скрыто истинное зло. А ведьмы и колдуны и обычные еретики, это слишком мелко. Поэтому я избрал путь экзорциста — рыцаря без страха и упрека.

— Может быть, тогда вам стоит обратиться к Привратникам. Как по мне — именно они истинные борцы с дьявольским отродьем.

— Кто? Привратники⁈ Не смешите меня. Совет Десяти это такие же напыщенные вельможи, как многочисленные братья и сестры короля. Шуты на службе Его Святейшества.

Медичи нахмурился:

— Я слышал про них иное.

— Слух весьма обманчивые орган осязания, — не согласился Беллармина. — К примеру, ты в лесу слышишь плеск реки, а оказывается это шорох деревьев. Слышим мычание вола, но при более внимательном рассмотрении выясняется, что это голосит крохотная птичка.

— И все же Привратники зарекомендовали себя при осаде Триоры, когда город захватила кучка отступников из числа чернокнижников.

— А вы присутствовали при тех событиях? — уточнил проводник.

Медичи растерянно покачал головой. Он был уверен, что кардинал согласится с его выводами относительно знаменитого монашеского ордена. Но Берллармина оказался слишком критичен.

— Не верьте слухам, и не верьте собственным очам, которые тоже весьма обманчивы. Доверяйте лишь разуму, который вряд ли подведет вас в трудную минуту.

— Вы это слышали! — раздался тревожный голос одного из кардиналов.

Впередиидущий внезапно остановился и принялся затравленно смотреть по сторонам. Вскинув вверх ладонь, проводник заставил кардиналов замолчать. Абсолютная тишина принесла несколько странных звуков: шуршание, стуки, шипение.