Драконья сталь. Дилогия (СИ) - Геярова Ная - Страница 91

– Ну что? – спросил он настороженно.

Я пожала плечами.

– Мы не договорили… Решили продолжить позже, вместе с Эйлой.

– Он тебе поверил? – Кай внимательно смотрел на меня. И я понимала, что для него это очень важно. Вероятно, он больше всего хотел, чтобы доверие Дэя ко мне было таким же, как у него самого.

– Не знаю, но я старалась быть честной.

«Честной… – у меня внутри стало холодно. – Старалась. Я снова лгу тому, с кем как раз и нужно быть максимально честной! Один раз я уже погрязла во лжи и обмане. И что теперь?.. Я снова повторяю свои ошибки. А как быть, когда рассказать не возможно?»

Я стояла, смотрела на Кая, и мне очень хотелось во всем ему признаться.

А он вдруг шагнул вперед, обнял меня и легко прижал к себе.

– Все будет хорошо, Шайра. Главное, что ты жива и мы рядом. Мы со всем справимся.

Мое желание открыться тотчас улетучилось. А что, если я расскажу – и все это разрушится? Он не поймет. Я убью его веру в себя. Нет… Я не могу так рисковать. Не сейчас. Я обязательно признаюсь… но не сейчас.

– Идем, – потянул Кай. – Я провожу тебя в комнату. Время уже позднее. Кстати, мы в одном крыле. Илисар сказал, что вас поселили в комнату под крышей. Как она тебе?

– Очень милая, – постаралась улыбнуться я.

Кай крепче сжал мою руку, и я облегченно выдохнула. Рядом с ним тревога отступала, и я могла хоть немного расслабиться… Хотя нет. Расслабиться я как раз не могла – в груди разгорался колючий холод. То самое ощущение... Я что‑то делаю не так. Но поступить по‑другому просто не могу. Я не собиралась рисковать своей связью с Каем. Поэтому просто в ответ сжала его пальцы. Я не могла позволить себе потерять и его.

Когда мы дошли до нашей комнатки, я повернулась, чтобы сказать «доброй ночи», и… не успела. Кай обнял меня и притянул к себе.

– Здесь нас никто не увидит, – прошептал он мне на ухо. – Знаешь, рядом с тобой мне легче. И ты даже не представляешь, как я счастлив, что ты есть. Мне кажется, я любые трудности способен пережить, если ты будешь рядом.

Его теплое дыхание коснулось моей щеки, и в этот миг я сама потянулась к нему. Все время в пути к Нарлару я мечтала снова остаться с ним наедине. Снова ощутить его руки на своей коже. Прижиматься так близко, чтобы его запах остался на мне.

Кай склонился и коснулся моих губ своими. Поцелуй был жадным и в то же время осторожным, словно он боялся меня спугнуть. А я боялась, что он поцелует – и уйдет. Я не хотела его отпускать, зарылась руками в его волосы и прижималась всем телом.

Руки Кая скользили все быстрее по моей одежде. Мое сердце билось так громко, что я не слышала, как он толкнул дверь. Мы буквально ввалились в комнату. Кай порывисто подхватил меня на руки – и уже в следующий миг мы оказались на кровати, не прерывая поцелуев.

Я на ощупь искала пуговицы его рубашки. Начала пытаться их расстегнуть, пальцы путались, а пуговицы не поддавались. В нетерпении я рванула ткань – и они отлетели в стороны.

– Тихо‑тихо, малышка, ты меня сейчас разорвешь, – чуть насмешливо подметил Кай.

Я чуть отстранилась, тяжело дыша. В комнате был полумрак, лишь тусклый свет настенного бра мягко ложился на его лицо. Я смотрела на Кая снизу вверх и не могла поверить, что все это – наяву.

В памяти всплыла та ночь в сарае – наша первая близость, внезапная и сумбурная. С тех пор мы жили дорогой, и не было ни единой минуты, чтобы остаться вдвоем. Я жила ожиданием, что мы повторим это. И вот… я не хотела медлить ни секунды.

Я смотрела на него, не веря самой себе. Ведь я была убеждена, что ни с кем и никогда не смогу испытать такой страсти, как с Дэем. И все же… я жаждала близости с Каем так, как никогда прежде. Я буквально утопала в желании к нему, а тело горячими волнами отзывалось на каждое его прикосновение.

Кай целовал меня все настойчивее. Его ладони обжигали, оставляя горячие полосы на моей коже. И я тонула в этих ощущениях. Его пальцы переплелись с моими, и казалось, будто тепло его рук вливается в меня, разгоняя всю боль и сомнения.

А потом Кай отпустил мои руки и скользнул к вороту моей рубашки. Он торопливо потянул ткань, пытаясь стянуть ее с меня. Я закрыла глаза, выгибаясь к нему, и… уловила тихий стук.

Мы оба замерли, словно по команде, и одновременно обернулись.

В проеме стояла Эйла. Она скользнула по нам уставшим взглядом.

– Дверь не пробовали закрывать? Сюда могла прийти не только я.

Сказала, отвернулась от созерцания нас и медленно направилась через комнату. Подошла к креслу и тяжело опустилась в него.

Я в спешке начала судорожно запахивать рубашку.

Кай тяжело выдохнул, сел на край кровати и посмотрел на Эйлу.

– Что произошло? – спросил он, переводя дыхание.

Целительница помолчала и тихо сказала:

– Зейн пришел в себя. Он будет жить. Я сделала все, что могла. Но… это не тот Зейн. Простите. Слишком много времени он был в этом состоянии.

С этими словами она прикрыла глаза.

Кай вскочил.

– Что значит – «не такой»?

Целительница не отозвалась.

– Эйла… – тихо позвала я.

Она не откликнулась: ее голова мягко склонилась набок.

Кай подошел к девушке, осторожно поднял ее на руки и переложил на кровать, укрыв пледом. Потом посмотрел на меня – и я все поняла.

Быстро застегнула уже натянутую обратно рубашку.

– Идем. Пусть Эйла отдыхает.

И мы вместе вышли из комнаты.

Глава 15

Мне пришлось практически бежать по коридору за Каем. Рядом с нами мчался Ник – мы столкнулись с ним, едва спустились по лестнице с моего чердака на этаж имперцев.

Парни не обменялись ни словом: лишь коротко кивнули друг другу и стремительно направились в лазарет.

Кай не отпускал моей руки, и, чем ближе мы подходили к целительскому крылу, тем сильнее он сжимал мои пальцы. Мне уже было больно, но я терпела молча, понимая, насколько староста сейчас взволнован. Скорее всего, он даже не замечал, что причиняет мне боль.

Мы буквально влетели в целительскую.

Там царило оживление: вокруг кровати Зейна собрались лекари, капитан Дэй и еще несколько магов стояли чуть поодаль. Они что‑то обсуждали вполголоса, переглядывались, спорили с имперским лекарем и Ейларой.

Несколько других целителей суетились вокруг Зейна. Он полусидел на подушках – бледный, осунувшийся, с темными кругами под глазами.

Я успела заметить, что с тела парня исчезли те самые черные паутинки. Вероятно, Эйла сумела снять проклятие и уничтожить «семя» искаженной магии.

Но что же значило ее «не такой»?..

Похоже, о том же думал и Кай. Он что‑то шепнул Нику, и оба шагнули ближе к Зейну.

– Привет, дружище, – улыбнулся ему Ник.

Зейн поднял взгляд, но смотрел так, словно не видел друга. А потом до меня донеслось странное, словно шепотом в ухо:

– Живы…

Я уставилась на Зейна. Он продолжал смотреть вперед немигающим, прямым взглядом, от которого становилось жутко.

– Она говорила… все мертвы… – я вздрогнула от пугающего шелеста и от осознания, что губы парня не шевелились. Он словно и не говорил вовсе. Но я же слышала!

– Она говорила… я тоже мертв…

– Кто говорил? – спросила я, подходя ближе, не в состоянии скрыть дрогнувший голос.

Кай и Ник посмотрели на меня, вопросительно переглянулись.

– Ты это к нам обращаешься? – натянуто спросил Кай.

Но я не ответила. Я во все глаза смотрела на Зейна.

А он медленно, с заметным усилием, повернул голову. Его взгляд наконец сфокусировался на мне. И лучше бы он на меня не смотрел. Мертвый это был взгляд. Не было в нем искры того жизнерадостного парня, которого я знала.

– Она приходила… во тьме… ведьма… говорила…

– Молодые люди! – отталкивая нас от Зейна, встряли лекари. – Ему нельзя напрягаться. Он жив, но пока еще не дееспособен.