Драконья сталь. Дилогия (СИ) - Геярова Ная - Страница 89

Теперь уже Ник дернулся вперед, но был остановлен Каем. Тот молча ухватил его за руку и покачал головой.

– Да она же убивает его! – взревел Ник.

Эйла стремительно обернулась и приложила палец к губам.

Кай положил руку Нику на плечо, и сжал его, заставляя замолчать. Тот зарычал от злости, но все же замер, с болью глядя на извивающегося и хрипящего Зейна, у которого по губам пошла пена.

У меня самой сердце бешено колотилось в груди. Хотелось закричать: «Прекрати! Ему больно!» – или броситься помочь, но я лишь стиснула пальцы и заставила себя стоять неподвижно.

Эйла положила ладони на грудь Зейна и прошептала слова, совершенно непонятные для меня. Символы потянулись по телу парня и вспыхнули ярким, мерцающим серебром.

Зейн снова выгнулся дугой, а потом резко обмяк. Его веки дрогнули. Он медленно их открыл. Взгляд был мутным, блуждающим. А потом затуманенные глаза вдруг остановились на Эйле, уставились прямо в нее. Он что‑то быстро зашептал – странное, рваное, совершенно нечеловеческое и абсолютно непонятное.

Через миг он замолчал и медленно прикрыл веки.

– Что это значит? – хрипло воскликнул Ник, во все глаза смотря на распластанного на больничной койке друга.

– Невероятно... – прошептал в это время целитель, глядя на кристалл. В его недрах клубились черные, извивающиеся змеи.

Эйла повернулась к нам и тяжело вздохнула:

– Дело не в самом проклятии. Оно достаточно простое. А вот то, что в нем еще присутствует... это и является нашей проблемой. В вашем друге появилась уникальная «добавка», направленная на то, чтобы любое магическое вмешательство усиливало проклятие. Можно сказать, оно питается им. Поэтому все попытки лечить вашего друга только усугубляли положение. С каждым разом проклятие становилось сильнее и все больше поглощало Зейна.

Имперский лекарь закатил глаза и пораженно выдохнул:

– Но ведь это невозможно... Это...

– То есть все это время они... – Ник осекся, с сомнением глядя на Нестара. – Лечили неправильно?!

– Это темная магия, – выдохнула Эйла. – Здесь нет правильно или не правильно, зато есть сотня возможных вариаций воздействия, которые далеко не всегда можно просчитать или уловить.

Лекарь замотал головой, его руки заметно задрожали.

– Мы проверяли на поглощение, – пробормотал он растерянно. – Но не смогли выявить. Все говорило о высокой концентрации, но... как же так?..

Эйла передернула плечами:

– Вы бы и не смогли выявить, – печально сказала она. – Здесь не вмешаны заклятия поглощения. Здесь сама магия поглощает любые попытки взаимодействия.

Целитель поднял голову и вдруг ошарашенно прошептал:

– Вы имеете в виду...

Она кивнула:

– Именно. Самое обычное проклятие, но замешенное на искаженной магии. Только она имеет такую структуру. Она жрет все, что ей дают, и усиливает наложенное проклятие. А выявить ее вы не могли, потому что это не воздействие. Это сама магия, которая проникла в него. Иными словами, сейчас в нем поселился паразит, скрытый легким проклятием. При каждой попытке снять проклятие паразит получает все больше магической энергии. По сути, все это время вы кормили и усиливали его.

– Ты хочешь сказать, что Зейн зараженный?! – выдохнул охрипшим голосом Кай.

Эйла встретила его взгляд. В ее глазах мелькнула грусть, она слегка качнула головой.

– Не совсем. Для заражения магия должна была бы поглотить его, подчинив себе. Но здесь – лишь крошечная толика, этакий зачаток. Семя. Могу только восхищаться тем, кто это создал... Уникальная работа, направленная на полное обесточивание объекта и на невозможность идентифицировать и уничтожить само проклятие. По сути ваш друг сейчас – кокон для этого семени.

– В смысле? – ошарашенно выпучил глаза Ник и, заикаясь, продолжил: – А что будет, когда оно там окрепнет или вырастет?

Эйла и Нестар переглянулись.

– Вы знаете, почему искаженную магию назвали «искаженной»? – поинтересовалась лекарка.

Мы молчали. Она невесело усмехнулась.

– В свое время она создавала уникальные существа, полностью изменяя их структуру, сознание, и облик. Искаженная магия, как безумный профессор, постоянно создавала все новые и новые экземпляры. Какие‑то выживали и становились настоящим бедствием для людей, какие‑то погибали в ходе превращений.

Я смотрел на Эйлу, с ужасом осознавая происходящее.

– То есть сейчас это «семя» меняет Зейна?

Девушка кивнула.

– Да. И я не знаю, что из вашего друга получится в итоге.

– Я плохо понимаю, к чему ты ведешь, – не выдержал Кай. – Ты просто скажи: его можно спасти или нет?!

Эйла нахмурилась. Ее взгляд скользнул к лекарю:

– Нужны травы и некоторые редкие элементы. Вероятно, их можно достать у ведьм... – она снова начала перечислять сложные названия, обращаясь к целителю. – У вас такие есть?

Мужчина быстро прикинул в уме и кивнул:

– Три найдутся в наличии. Остальные... Сейчас отправлю запрос ведьмам.

Эйла кивнула:

– Будет хорошо, если сюда придет верховная Ейлара. Она знает о темных потоках и сможет помочь.

Целитель повернулся, заметил двух молодых лекарей у соседних ширм и громко выкрикнул:

– Эд! Лей! Немедленно бегите в храм ведьм и пригласите верховную. Скажите, что целитель Нестар ее приглашает. У нас тут кое‑что очень любопытное! Уверен, ей это будет интересно.

Парни переглянулись и бегом кинулись из лазарета.

Эйла посмотрела на нас:

– Это займет время. Вероятно, три–четыре часа, а то и больше. Убрать то, что наложено на вашего друга, – недолго, но приготовление составов потребует какого‑то времени. Не стойте у нас над душой. Вам лучше идти: здесь вы только помешаете работе.

Она встала, подошла ближе к Каю и положила ладонь на его руку:

– Я сделаю все, что смогу. Но я не божество. Вы должны понимать все риски. Просто молитесь и верьте, что мы спасем вашего друга. А если у нас не получится... – она вздохнула. – Прошло очень много времени, пока ваш друг был в таком состоянии, и даже если мы уничтожим в нем семя искаженной магии и уберем проклятие, я не знаю, какие внутренние и магические изменения уже произошли в нем. Я даже не знаю, кем он предстанет перед нами, когда придет в себя. Я не могу дать никаких гарантий, что это будет тот самый Зейн, которого вы знали.

Кай вздрогнул от ее слов, но кивнул и сделал шаг назад.

– Ребята, идемте. Не будем мешать... Эйла... если ты его спасешь... если...

Она покачала головой:

– Я не даю обещаний, когда не уверена. Но я постараюсь. Молитесь.

С этими словами она отвернулась и направилась вслед за спешащим в лабораторию целителем.

Глава 14

В коридор мы вышли молча – слишком много было мыслей.

Я искренне старалась надеяться на спасение Зейна, но внутри неприятно ворочалось колючее предчувствие, вызывающее у меня мороз по коже.

«А если не получится? Если это последний раз, когда мы видим Зейна?.. Если лекари упустили время и его уже невозможно спасти?»

Я мельком взглянула на Кая. Таким напряженным я не видела его давно – напряженным и каким‑то растерянным. Взгляд старосты блуждал перед собой, словно искал, за что зацепиться, чтобы перестать думать… А о чем Кай думал – можно было и не спрашивать. О том же, о чем и я, и бредущий рядом с нами молчаливый Ник.

И я прекрасно понимала, что ребятам намного тревожнее, чем мне.

Для меня Зейн – лишь одногруппник, парень, с которым мы вместе были в когте. А для них… Я вздохнула, взяла Кая за руку и сжала ее, стараясь хоть немного его приободрить. Он повернулся ко мне и чуть заметно – только уголками губ – улыбнулся. Правда, улыбкой назвать это нельзя было: просто губы чуть скривились, а лицо оставалось все таким же напряженным.

Правда, это напряжение тут же сменилось недоумением, когда на весь коридор раздалось: