Драконья сталь. Дилогия (СИ) - Геярова Ная - Страница 31

А может, это и есть настоящая любовь? Не всепоглощающая, разрушающая страсть, а именно любовь — понимающая и принимающая.

Что бы это ни было, меня это радовало.

Радовало, что сегодня я могу почти спокойно смотреть на него — зная, что могло бы быть между нами. Стою, смотрю — и не дрожу от одного его присутствия.

Но смогу ли я так же сдерживать себя, когда он окажется ближе? Когда начнутся личные тренировки, смогу ли я сохранить эту холодную отстраненность, за которую цепляюсь сейчас?

Слишком много непонимания внутри.

Я отвела взгляд и коротко ответила:

— Да, капитан, я готова к индивидуальным тренировкам.

Дэй кивнул.

— Отлично. Вечером, после общей практики, жду вас здесь. Не задерживайтесь.

Он отвернулся и зашагал по аллее, уходя с полигона.

А я все еще стояла на месте, сжимая рукоять клинка так, что побелели пальцы.

Сегодня он снова будет рядом.

И это пугало меня больше, чем любой бой.

***

Практика закончилась поздно.

Все, чего мне хотелось, — просто встать под теплые струи воды, смыть с себя весь этот тяжелый день и рухнуть в мягкую, теплую постель. Но вместо этого я шла в сторону полигона.

Плац был пуст, лишь один край освещался магическими фонарями.

Дэй ждал меня там — в сумрачном свете, с мечом в руке.

— Опаздываете, — отметил он, едва я подошла.

— Вы сами приказали усилить практики, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Командиры лишь исполняют ваши приказы.

Дэй усмехнулся.

— У вас есть претензии? Вы — коготь Империи. И должны соответствовать. То, что произошло в лесу, показало несостоятельность вашей группы к вступлению в отряд. И пока у меня будут хоть какие‑то сомнения, вы не сможете тренироваться даже с младшим когтем. Вас просто покалечат в первой же схватке.

Он помолчал, прищурившись и оценивающе рассматривая меня.

— В вашей группе вы самый сильный кадет. И я бы хотел видеть вас в отряде раньше остальных.

— Лиандра тоже сильна, — спокойно произнесла я. — Просто ей не хватает быстроты мышления.

Дэй снова усмехнулся.

— Так же, как и остальным. Но вы прекрасно понимаете, что именно скорость — одно из главных ценностей бойца. Пусть Лиандра оттачивает ловкость и реакцию. У вас они уже есть.

Он сделал шаг ближе, и мне показалось, что даже воздух между нами стал гуще.

— Приступим, — произнес принц и чуть наклонил голову, смотря прямо мне в глаза. — И да, кадет Шайра, сегодня я хочу видеть вас в полной силе.

Я коротко кивнула, чувствуя, как дыхание все же сбивается, а сердце снова дает слабину.

Все‑таки рано я порадовалась, что могу держаться рядом с ним. Могу — но на определенном расстоянии.

Внутри меня все загудело от напряжения — от его взгляда, которым он меня буквально прожигал, меряя с головы до пят.

Это все вокруг так действовало — ночь и мягкий свет фонарей, заставляющий меня вспоминать и ощущать притяжение, ту самую романтику, что была между нами точно такими же ночами, во время точно таких же тренировок. Запах ночных трав, легкий стрекот светлячков где‑то в кустах, шорох листвы — и дыхание Дэя рядом.

Я вытащила клинок из ножен, стараясь не показать, как дрожат пальцы, и встала в стойку.

Принц напал первым.

Не в полную силу — но резко, словно для начала проверяя мою реакцию.

Я парировала. Потом снова. И снова.

Он делал выпады — я ловко уворачивалась.

Мы двигались по плацу, почти не глядя на землю — это было похоже на танец с клинками, на бешеное, опасное танго.

По коже прошел легкий ветерок, донося до меня запах Дэя — чистый, чуть терпкий.

Чем дольше длилась эта тренировка, тем ярче я ощущала близость принца.

А потом он стал жестче. И наши тела начали соприкасаться — его ладони, холодные захваты, удары, скольжение стали по стали.

Кожа вспоминала его прикосновения, сердце отзывалось все сильнее, несмотря на мои усилия подавить свои чувства.

Я ругала себя.

Ругала за эту предательскую слабость, за то, что не могла выкинуть его из головы даже здесь, даже сейчас.

Но и остановиться не могла.

Я снова видела его в бою — резкого, быстрого, уверенного… того самого, которого я так любила.

Его взгляд прожигал. Его голос отзывался в груди.

— Не бойтесь ударить, Шайра, — произнес он чуть хрипловато, и сердце очередной раз ударило в ребра, больнее, чем если бы он нанес по мне удар. — У вас хорошо получается слева. Так и работайте с этой стороны…

— Я и справа могу, — выдохнула я хрипло, оказавшись в его захвате. Но тут же вывернулась.

Я была в его руках только мгновение — но даже оно пронзило меня разрядом.

Я ощутила бой сердца принца — и мое уверенно пропустило удар, сбившись с ритма и заставив тяжело дышать.

От злости — или от желания — я прорычала и рванула вперед.

Ярость захлестнула, но не на него — на себя.

На собственную слабость, на это предательское, вновь вспыхнувшее желание, которое я так старалась погасить.

Я не ошиблась: стоило нам начать тренировки — и все всплыло, закружилось, затянуло.

Яркое дежавю отзывалось в крови пульсом.

Почти как тогда.

Дэй был резким, порывистым, горячим, жестким — и оттого невозможным, мучительно желанным.

Тело предавало, ныло от близости — и это злило, застилало разум.

— Будьте внимательнее! — рыкнул он, почти сбив меня с ног. Схватил за руки, рывком поставил обратно в стойку. — Вы способны на большее, Шайра!

Дэй резко оттолкнул меня, заставляя сделать шаг назад.

— Почему вы не стараетесь? Что с вами? Вы решили так просто сдаться? Сейчас же — сражайтесь во всю силу!

Я вновь рванулась вперед.

Удар.

Злость.

Ярость — на себя, на свою похотливую несдержанность.

Слишком резкий выпад — необдуманный.

Дэй легко парировал его и нанес ответный удар — так, что меч едва не выскользнул из моих пальцев.

Я рухнула на одно колено, тяжело дыша, опустив глаза.

Принц навис надо мной.

— Вставайте, кадет Шайра!

Я вскинула голову — и встретилась с его взглядом.

Горящим.

Испытывающе-пронзительным.

Дэй смотрел на меня.

Ох, этот синий омут…

Я тонула в нем.

Принц смотрел непозволительно долго.

Потом подал мне руку.

Я осторожно ее приняла, чувствуя, как пальцы предательски дрожат.

Дэй рывком заставил меня подняться — и я оказалась слишком близко.

Слишком… невыносимо.

И снова это чувство.

Как же я его ненавидела — это чувство, поднимающееся изнутри и заливающее все мое существо, захватывающее каждую мысль.

Я стояла, запрокинув голову, и смотрела на него.

На своего Дэя.

На того Дэя, которого так сильно хотела.

А он смотрел на меня.

И в синеве его глаз что‑то вдруг смягчилось.

— Вы слишком напряжены, — произнес он негромко. — Не бойтесь. Расслабьтесь. Будьте собой.

Его слова только сильнее подожгли меня изнутри.

Как я могла расслабиться, когда он рядом?

Когда я чувствовала эту мучительную, глухую тягу, рвущую грудь и ломавшую мое дыхание?

Он чуть улыбнулся и положил руку на мою ладонь, заставляя опустить меч.

Внутри меня что‑то вспыхнуло, загорелось пламенем — и я, пытаясь не показать, что творилось во мне, вскрикнула, резко оттолкнула его и тут же встала в боевую стойку, уже яростную.

— Вот это другое дело! — улыбнулся он и отскочил в сторону, легко уклоняясь от моего удара.

Клинки снова встретились.

— Вот так, — сказал он, довольный, и его глаза сверкнули. — Это уже лучше.

Я уверенно наступала на него, выплескивая в удары все свое желание, всю сдерживаемую страсть, всю злость на саму себя. Всю свою любовь.

Мы двигались все быстрее.

Его удары становились тяжелее — мои яростнее.

И в каждом из них я пыталась выместить все, что не могла ему сказать словами.

Удар.

Удар.

Удар…