Фаберже 1 (СИ) - Хай Алекс - Страница 22

— Договорились, — я протянул ей руку.

— Договорились, — согласилась Алла, пожимая мою ладонь.

Сделка была заключена. Молодая графиня практически светилась от удовольствия. Она надела наш прототип и снова полюбовалась собой в зеркале.

— Я пришлю своего ассистента, — сказала она, собирая свои многочисленные артефакты. Безделушки лихо полетели в сумку стоимостью с целую квартиру. — Она обговорит с вами все детали продвижения и совместной работы.

— Разумеется, — кивнул отец.

В моей голове уже складывался план по захвату рынка артефактов. С таким союзником можно было замахнуться на многое.

Мы проводили графиню до выхода из магазина. Самойлова была в прекрасном настроении — шла лёгкой походкой, изредка поглядывая на свой новый браслет, который решила не снимать.

— До свидания, Александр Васильевич, — сказала она на пороге. — Василий Фридрихович, было очень приятно познакомиться.

— Взаимно, — ответил отец с достоинством. — Надеюсь на плодотворное сотрудничество.

— О, можете не сомневаться, — лучезарно улыбнулась Алла. — Я уже придумала, с чего начну рекламную кампанию.

Мы проводили её взглядом, пока графиня не села в ожидавший её автомобиль. Лена всё это время наблюдала из-за прилавка, стараясь выглядеть занятой сортировкой ценников.

Как только дверь закрылась, сестрица тут же подскочила к нам:

— Ну как? Как всё прошло?

Отец сиял, как медный самовар:

— Лена, ты не поверишь! Эффект превзошёл все ожидания. Её способности выросли буквально на глазах!

— Серьёзно? — недоверчиво переспросила она.

— Без наших артефактов она едва огонёк размером с горошину создавала, — рассказывал Василий, размахивая руками. — А с браслетом — настоящее пламя! Устойчивое, мощное!

Лена покраснела от гордости:

— Значит, и моя работа над дизайном не пропала даром?

— Графиня была в восторге от внешнего вида, — заверил я. — Сказала, что выглядит стильно.

— И что дальше? — нетерпеливо спросила сестра.

Я оглядел торговый зал. Несколько покупателей внимательно разглядывали витрины и нас не слышали.

— Теперь самое сложное, — сказал я, понизив голос. — Нужно организовать массовое производство. Подсчитать, сколько изделий мы можем сделать, не влезая в новые долги.

Отец наконец-то тоже протрезвел от восторгов:

— Материалы стоят денег. А денег у нас…

— Практически нет, — закончил я. — Поэтому придётся вложить все свободные средства. Продать фамильные драгоценности, как планировали. Всё пустить на закупку металлов и самоцветов.

Лена нахмурилась:

— А если что-то пойдёт не так? Если спроса не будет?

— Будет, — уверенно сказал я. — Самойлова не тратит своё время на пустые проекты. У этой девицы нюх на успешные идеи.

Я направился к лестнице:

— Идём в кабинет. Нужно составить детальную карту производства и посчитать финансы. Если Алла начнёт рекламную кампанию, а у нас не будет товара — мы облажаемся.

— А сколько времени у нас есть? — спросила Лена, следуя за мной.

— Месяц до запуска продаж, — прикинул я. — Самойлова будет держать интригу, но не станет тянуть слишком долго. Её подписчики не любят долгих ожиданий. Да и нам нужно заработать нужную сумму, пока кредиторы не явились сюда с вооружённой охраной.

Ближе к вечеру прибыл лекарь — пожилой мужчина с седой бородкой и усталыми глазами. Доктор Семён Петрович Волжанский приходил к Лидии Павловне каждый день, и я успел к нему привыкнуть.

Мы с Василием ждали в коридоре, пока он проводил ежедневную процедуру подпиткой энергии. Сквозь приоткрытую дверь доносился тихий разговор — лекарь расспрашивал о самочувствии, Лидия Павловна отвечала слабым, но бодрым голосом.

Яйцо действительно помогало. Женщина выглядела лучше, чем в день моего приезда, хотя без лекаря всё равно нельзя было обойтись.

Через полчаса доктор вышел из спальни, убирая инструменты в потёртую кожаную сумку.

— Как дела, Семён Петрович? — спросил отец.

— Стабильно, — ответил Волконский. — Фамильный артефакт оказывает благоприятное воздействие. Лидия Павловна чувствует себя значительно лучше.

— Слава богу, — облегчённо вздохнул Василий.

Лекарь помолчал, явно подбирая слова. Было заметно, что он чувствовал себя неловко.

— Господа, боюсь, мне нужно с вами поговорить, — сказал он тихо. — О финансовой стороне вопроса…

— Слушаем, — сказал отец настороженно.

Волжанский тяжело вздохнул:

— Я вынужден поднять цену на свои услуги. Лечение Лидии Павловны отнимает у меня очень много сил. Приходится отказываться от других пациентов, сокращать практику, чтобы иметь резерв для подпитки. Ведь, по сути, я работаю до полного истощения каждый день…

— Новая ставка? — прямо спросил я.

— Двадцать рублей за визит, — ответил лекарь, не поднимая глаз. — При ежедневных процедурах.

Я быстро подсчитал в уме. Шестьсот рублей в месяц только на лечение матери. Неприятно.

Но это всегда стоило дорого. Лекарь имел право подпитывать своей силой другого мага только по достижении шестого ранга. У них, как и у артефакторов, была своя градация прав и ограничений. И… монополия на некоторые услуги.

— Семён Петрович, — начал отец, — я понимаю, но…

— Василий Фридрихович, мне прекрасно известны ваши трудности, — перебил Волжанский. — Поэтому до конца месяца буду работать по старой ставке. Это даст вам время подумать — согласны ли вы на новые условия или предпочтёте найти другого специалиста.

Он надел пальто и взял сумку:

— Простите, что ставлю вас в такое положение. Но у меня тоже есть семья, которую нужно кормить…

Глава 11

Лекарь направился к выходу, оставив нас с отцом переваривать новость. Шестьсот рублей в месяц только на поддержание матери в живых. Радужные перспективы.

— Менять лекаря нельзя, — сказал я, едва за доктором закрылась дверь. — На матери экономить не будем.

Отец кивнул с облегчением — видимо, боялся, что я предложу найти кого-то подешевле.

— Семён Петрович отлично справляется, — вздохнул он. — Да и любой другой специалист такого уровня обойдётся примерно в ту же сумму. Сертифицированных лекарей шестого ранга и выше в районе — с десяток, не больше. И у них монополия на подобные услуги.

— Значит, остаётся искать деньги, — подытожил я.

Василий Фридрихович снова тяжело вздохнул и опустился в кресло:

— Уже ищу. Договорился со знакомым антикваром — завтра передаю ему на реализацию часть старинной мебели и коллекцию неартефактных украшений. По предварительным расчётам, должны выручить тысяч тридцать.

— Неплохо, — признал я. — Но недостаточно.

— Знаю, — отец потёр виски. — Придётся продавать ещё что-то. Может быть, картины…

— Продавай всё, кроме фамильных артефактов.

В дверях послышалось лёгкое покашливание. Лена стояла на пороге с блокнотом в руках и слегка виноватым выражением лица.

— Извините, не хотела подслушивать, — сказала она. — Но мне нужно с вами поговорить… О производстве.

— Заходи, — кивнул я.

Сестра прошла в комнату и положила блокнот на стол:

— Я составила список материалов, которые есть в наличии. Ну, для проекта с системой артефактов… Металлы, самоцветы, расходники. Нам нужно понять, сколько изделий мы собираемся выпустить. Сколько понадобится дополнительных материалов. Сколько у нас сотрудников и сколько они реально смогут сделать за отведённое время…

Лена открыла блокнот и показала исписанные страницы с цифрами:

— А главное — посчитать, сколько чистой прибыли мы получим к моменту выплаты долгов.

Умная девочка, думала о практических вещах. С сестрой Александру точно повезло.

— Правильные вопросы, — одобрил я. — Идём в кабинет. Бумаги для расчётов понадобится много.

Мы переместились в рабочий кабинет отца — просторное помещение с массивным столом, книжными полками и картой Петербурга на стене. Лена разложила свои записи, Василий вывел компьютер из спячки.